1991   1992   1993   1994   1995   1996   1997   1998   1999   2000   2001   2002   2003   2004   2005   2006   2007   2010

 

“Золотое сечение” архитектора

Газета "Московский комсомолец". 14 января.


Шоу ждет москвичей

Газета "Московский комсомолец". 18 февраля.

Бесстыжий классик

Газета "Московский комсомолец". 20 марта.

Бесстыжий классик (окончание)

Газета "Московский комсомолец". 22 марта.

Разгром среди ясного неба

Газета "Московский комсомолец". 24 марта.

93-й год

Газета "Московский комсомолец". 30 марта.

“Tрио” в кабине

Газета "Московский комсомолец". 7 апреля.

Силовики в законе

Газета "Московский комсомолец". 9 апреля.

Специалист по монстрам.Человек, который “вычислил” Чикатило

Газета "Московский комсомолец". 27 апреля.

Отдых в накомарнике

Газета "Московский комсомолец". 29 апреля.

Надежда умрет последней

Газета "Московский комсомолец". 30 апреля.

Вшей погонят взашей

Газета "Московский комсомолец". 25 мая.

Время сушить сухари

Газета "Московский комсомолец". 28 мая.

Рейтинг слухов

Газета "Московский комсомолец". 1 июня.

Поклон от “потёмщика“

Газета "Московский комсомолец". 10 июня.

В урну

Газета "Московский комсомолец". 20 июня.

Доктор всех залечит?

Газета "Московский комсомолец". 4 июля.

«McLaren» реабилитируется

Газета "Московский комсомолец". 17 июля.

Лобби или хобби?

Газета "Московский комсомолец". 26 июля.

Александр Буйнов: «Половину своих зубов я выплюнул на асфальт»

Газета "Московский комсомолец". 4 августа.

Цирк на букву “Ж”

Газета "Московский комсомолец". 31 августа.

Ху из мистер Путин

Газета "Московский комсомолец". 8 сентября.

Разговорчивый Pыбкин

Газета "Московский комсомолец". 17 сентября.

Баши-лэнд

Газета "Московский комсомолец". 26 сентября.

Из Парижа! По делу! Срочно!

Газета "Московский комсомолец". 9 октября.

Скинхеды за “Pодину”

Газета "Московский комсомолец". 14 октября.

Дворцовые тайны

Газета "Московский комсомолец". 4 ноября.

Метро чистит нутро

Газета "Московский комсомолец". 23 ноября.

Почему нас не берут в космонавты?

Газета "Московский комсомолец". 2 декабря.

Теперь будет ученым

Газета "Московский комсомолец". 14 декабря.

Родина в кавычках

Газета "Московский комсомолец". 14 декабря.

Фас на бензин

Газета "Московский комсомолец". 22 декабря.

Убийства за семью печатями

Радио "Свобода". 25 августа 16:00.

Пережить август

Газета "Московский комсомолец". 31 августа.

ПУТИНА

Газета "Московский комсомолец". 25 января.

Товарищ ЗЮ

Газета "Московский комсомолец". 24 апреля.

Милые бранятся…

Газета "Московский комсомолец". 21 июля.

Лицо

Газета "Московский комсомолец". 21 марта.

Куба опять си

Газета "Московский комсомолец". 19 декабря.

Трамвай для Президента

Газета "Московский комсомолец". 15 сентября.

Гимн заказывали?

Газета "Московский комсомолец". 14 декабря.

Еще не вечер или кое-что о кандидате из «органов»

Газета "Московский комсомолец". 14 марта.

Кастрированная демократия

Газета "Московский комсомолец". 9 сентября.

Возвращение на Итаку

Газета "Московский комсомолец". 6 мая.

Полицаи и подлецы

Газета "Московский комсомолец". 4 ноября.

Масон ли Путин?

Газета "Московский комсомолец". 2 февраля.

“Золотое сечение” архитектора


Зачем раздражать народ, вспоминать то, что уже прошло? Прошло? Что прошло? Разве может пройти то, чего мы не только не пытались искоренить и лечить, но то, что боимся назвать и по имени... Оно и не проходит, и не пройдет никогда, и не может пройти, пока мы не признаем себя больными. А этого-то мы и не делаем.
Лев Толстой

Александра Николаевича Яковлева называли и продолжают называть “архитектором Перестройки”. Одни — с нескрываемым уважением, другие — со столь же откровенной ненавистью.
А еще его называют — “Большой Яковлев”. Во-первых, чтобы выделить его среди других известных Яковлевых, а во-вторых, слово “Большой” лучше прочих передает роль этого человека в современной истории.
Только что в издательстве “Материк” вышла новая книга “Большого Яковлева” — “Сумерки”. Она прекрасно написана, причем писал ее А.Н. сам и, в отличие от известного персонажа, не на заданную тему. Ни автор, ни его книга не нуждаются в рецензиях: сразу по выходе она исчезла с книжных прилавков. Но тираж ее — крошечный, а не откликнуться на нее невозможно. Поэтому мне показалось, что вместо обычной рецензии лучше всего познакомить наших читателей с небольшими отрывками из этой книги.

“Тому, о чем я собираюсь писать, названия нет. Невообразимые злодеяния, совершенные правителями страны под громкие аплодисменты толпы, неистово и агрессивно мечутся в душе, в уголочке которой приютилась придушенная совесть, смирившаяся с рабством.
...Дети-заложники. Закон о расстрелах детей с двенадцати лет, а на практике — и грудных. Система концентрационных лагерей, населенных миллионами человеческих тел. Расстрелы без суда и следствия. Социалистические соревнования в ОГПУ—НКВД—КГБ по “истреблению врагов народа”. Приговоры по телеграфу. “Великие стройки коммунизма” на костях заключенных. Каторга. Пыточные в Лефортове и на Лубянке, официально введенные по решению безумного руководства страны. Массовые репрессии как средство удержания власти. Бесконечные войны — гражданская, мировая и “холодная”. Десятки малых войн — с Финляндией, Японией, Китаем, Польшей, Украиной, в Закавказье и Средней Азии, с Венгрией, Чехословакией, Афганистаном, а теперь в Чечне. Всеобщее обнищание и позорная отсталость. Моральная деградация и бесконечная усталость человека”.
“Не надо прятать голову в песок — это мы беспощадно, позабыв о чести и совести, ожесточенно боремся, не жалея ни желчи, ни чернил, ни ярлыков, ни оскорблений, не страшась ни Бога, ни черта, лишь бы растоптать ближнего, размазать его по земле, как грязь, а еще лучше — убить. Это мы травили и расстреливали себе подобных, доносили на соседей и сослуживцев, разоблачали идеологических “нечестивцев” на партийных и прочих собраниях, в газетах и журналах. И разве не нас ставили на колени на разных собраниях для клятв верности и раскаяния, что называлось критикой и самокритикой, то есть всеобщим и организованным доносительством. Виноваты мы сами!”
“Я рад тому, что смог преодолеть, пусть и не полностью, все эти мерзости. Переплыл мутную реку соблазнов власти и выбрался на спасительный берег свободы. Не дал оглушить себя медными трубами восторгов. Презрел вонючие плевки политической шпаны”.
“Проклятая власть, жестокая. Вернулся с фронта и узнал, что еще в 1942 году мать потянули в суд за то, что наша овца, выдернув колышек, к которому была привязана, обгрызла пару кочанов капусты в совхозном поле. Мама и вещички с собой взяла, когда пошла в суд, была уверена, что посадят в тюрьму. И посадили бы, да кто-то вспомнил, что в семье еще три маленьких дитенка, а муж и сын на фронте”.
“Спустя годы пришлось работать на даче Брежнева в Завидово. Писали доклад ко Дню Победы. Брежнев тоже был с нами. По окончании — обычная выпивка. Тосты, тосты... И все, конечно, за Леонида Ильича, за “главного фронтовика”. Ему нравилось. Я тоже взял слово и стал говорить о том, что тяжелее всего на фронте было не нам, мужчинам, а девчонкам, женщинам. Война трагична, но во сто крат она ужаснее для женщин.
Брежнев растрогался, долго молчал, а потом сказал, что надо подумать о каких-то особых мерах внимания и льготах для женщин-фронтовичек. Ничего потом сделано не было”.
“Где-то году в 70-м я поехал по делам в Краснодар. На другой день туда приехал Виктор Голиков — помощник Брежнева по пропаганде и сельскому хозяйству. Поселились в партийной гостинице. Вечером зашел Григорий Золотухин — первый секретарь крайкома партии. Выпили, стали играть на бильярде. Мы с Голиковым заговорили о положении в писательской среде. Григорий Золотухин внимательно слушал нас, а затем, обращаясь к Голикову, сказал:
— Слушай, Вить, ты ответь мне на такой вопрос. У нас в крае десятки формально организованных писателей, больше сорока. Так вот, кто поталантливее, те против нас, но их мало. С просьбами не обращаются, жалоб не пишут. Те же, кто за нас, — одна шантрапа, все время толкутся в моей приемной, чего-то просят, кого-то разоблачают. Скажи мне, Вить, почему так получается?”
“После моего возвращения из Канады резко изменил отношение ко мне Крючков. Он как бы забыл о времени, когда вместе с Андроповым, после провала их операции в Оттаве, начали вести против меня стрельбу “на поражение”. Крючков напористо полез ко мне в друзья. Он много и в негативном плане рассказывал мне об идеологическом управлении контрразведкой. Он стал буквально подлизываться ко мне, постоянно звонил, зазывал в сауну, всячески изображал из себя реформатора”.
“Перед своим уходом на пенсию Виктор Чебриков сказал мне:
— Я знаю, что ты поддержал Крючкова, но запомни — это плохой человек, ты увидишь это. — Затем добавил слово из разряда характеризующих, что-то близкое к негодяю”.
“Уже после мятежа Крючков не нашел ничего более умного, как опубликовать статью в “Советской России” под названием “Посол беды”. Это обо мне. Статья длинная и глупая. В ней содержались стандартные обвинения по моему адресу: развалил то, развалил это... Но в ней было и одно серьезное обвинение. В том, что Яковлев связан с западными спецслужбами, видимо, с американской. Конечно, фактов никаких.
Группа сторонников Крючкова обратилась в Генеральную прокуратуру с просьбой расследовать это дело и привлечь меня к ответственности. Я тоже потребовал расследования. Опросили всех, кто мог знать хоть что-то. Дали свои показания Горбачев, Бакатин, Чебриков, работники внешней разведки. Они отвергли утверждения Крючкова как лживые.
Крючков отказался дать свои разъяснения следователю, заявив, что результаты расследования ему известны заранее. Тут он прав — знал, что врет”.
“О Чернобыльской катастрофе написано много. Ничего нового добавить почти невозможно, кроме, пожалуй, одного эпизода. Когда обнаружилась реальная угроза радиоактивного заражения реки Припять, то срочно начали сооружать ров на берегу реки, чтобы дождь не смывал зараженную землю в воду. В разговоре со мной министр обороны Язов проговорился, что вот пришлось направить туда подразделение солдат для земляных работ.
— А где же нашли спецкостюмы, их, как докладывают, нет? — спросил я.
— Так без костюмов.
— Как же так можно, Дмитрий Тимофеевич?
— Они же солдаты, обязаны выполнять свой долг”.
“Упомяну об одном грустном для меня моменте, о проблеме, связанной с пактом Риббентропа—Молотова. Однажды мне позвонил Борис Ельцин (он был уже президентом, а я работал в Фонде Горбачева) и сказал, что “секретные протоколы”, которые искали по всему свету, лежат в президентском архиве и что Горбачев об этом знал. Находка ошарашила меня. Не могу сказать, что Михаил Сергеевич препятствовал работе комиссии, — не было такого. Но тогда зачем хитрить на пустом месте? До сих пор не могу уловить логику его мысли. А в легкомыслие верить не хотелось. Однако, как свидетельствует бывший работник архива Политбюро, Болдин докладывал об этих бумагах Горбачеву, который дал указание никаких справок по ним не давать”.
“Во всей этой “игре в прятки” высвечивается любопытнейшая черта горбачевского характера. Не хочу давать оценку этому свойству в целом, но скажу, что эта черта не раз помогала Михаилу Сергеевичу в политической жизни, особенно в международной. Он мог утопить в словах, грамотно их складывая, любой вопрос, если возникала подобная необходимость. И делал это виртуозно. Но после беседы вспомнить было нечего, а это особенно ценится в международных переговорах”.
“Горбачев “сдал” экономическую программу “500 дней” под лицемерное “одобрям” большевистского лобби, “сдал” работающую демократическую структуру — Президентский Совет, но “сдал” он прежде всего самого себя. Но главное состояло все-таки в том, что Горбачев, отстранив своих ближайших соратников от процесса Перестройки, именно в этот момент фактически потерял и свою власть. Формально это произошло в декабре 1991 года, а в жизни — на год раньше. Крючков и его подельники из высшего эшелона власти, в основном давние агенты и выдвиженцы спецслужб, по-своему оценив сложившуюся ситуацию, начали восстанавливать утраченные позиции. Раздев Горбачева догола в кадровом отношении, они приступили к подготовке мятежа.
Мы тоже хороши. В том числе и я. Только у Шаталина хватило мужества публично потребовать отставки Горбачева, да еще Петраков открыто высказал свое нелицеприятное слово относительно происходящих событий и поведения Президента. И ушел с поста его помощника.
Когда позднее Михаил Сергеевич предложил Эдуарду Шеварднадзе вернуться на пост министра иностранных дел (это было в моем присутствии), последний ответил отказом.
— Почему? — последовал растерянный вопрос.
— Я вам не верю, Михаил Сергеевич, — последовал жесткий ответ”.
“Некоторые мои друзья из межрегиональщиков просили меня приходить на их собрания, не требуя никаких обязательств. Они имели в виду установить через меня рабочий контакт с Горбачевым, надеясь, что об их заседаниях и решениях будет докладывать не КГБ, а близкий Горбачеву человек. Там было много достойных фигур: Андрей Сахаров, Борис Ельцин, Гавриил Попов, Анатолий Собчак. Кстати, можно представить себе ситуацию, если бы эти представители демократического крыла были бы в начале 1990 года включены в Президентский Совет. Многое бы пошло по-другому, чем случилось. Горбачев, когда я проинформировал его о ситуации, не разрешил мне посещать собрания межрегиональной депутатской группы”.
“Мы веками лелеем надежду на лучшую жизнь. Ложимся спать с надеждой и просыпаемся с нею же. Ждем и от наступившего столетия чего-то неожиданного, быстренько забыв, что было с нами раньше. Задумал Александр II отойти от рабовладельческого феодализма — убили. Того же самого захотел Столыпин — убили. Протрубил о приходе всеобщего счастья Ленин — обманул, оставив после себя только бронзовые истуканы с протянутой рукой, да еще нищую страну. Уничтожая Россию и ее народы, Сталин тоже утверждал, что всеобщее счастье — за ближайшим поворотом. Во время Реформации, после 1985 года, был опрокинут тоталитарный режим, но не до конца. Программно-реформаторски представил себя и Путин, но дадут ли ему чиновники соединить слова с делами, покажет время.
Вот и продолжаем мы сидеть в сумерках на пенечке ожиданий — словно безногие, безрукие и безголовые. Работать умеем, но не хочется, да и чиновник не дает. Пенек пока держит нашу голую задницу, но и он подгнивает”.

Книга Александра Николаевича Яковлева грустная. И называется она грустно: “Сумерки”. Однако в нем, в названии, заложена и некоторая толика оптимизма. Ведь после сумерек и ночи рассвет все-таки наступает. Вопрос лишь в том, долго ли длится ночь. И доживем ли мы до рассвета.
 

Марк ДЕЙЧ
 

Шоу ждет москвичей

Вариантов решения этого вопроса — масса. Можно погулять по центру, перемещаясь от одной концертной площадки к другой, а можно послушать духовой оркестр в ближайшем парке. Сторонникам здорового образа жизни — прямая дорожка на стадионы, любителям литературы и истории — в музеи и библиотеки. Лень куда-то ехать? И не надо: во всех районах пройдут дворовые праздники.
Как всегда, для москвичей заготовлено много сюрпризов. А чтобы каждый нашел себе занятие по душе, “МК” публикует подробный план городских мероприятий на 6 и 7 сентября.


Долгорукий укажет путь
За погоду можно не беспокоиться. Даже если небесная канцелярия пошлет на Москву дождик, Лужков обещает разогнать тучи. Рано утром 6 и 7 сентября в воздух поднимется самолет-разведчик и обследует небо на подступах к столице. Дождевые облака безжалостно уничтожат химреагентами.
Интереснее всего будет на центральных площадях: Тверской, Театральной, Лубянской и Пушкинской. Звезды шоу-бизнеса, барды, джаз-банды удовлетворят самых взыскательных меломанов, а театральные и цирковые представления не оставят равнодушными детей и родителей. Большинство программ в центре города пройдет во второй половине дня — с 14 до 22 часов.
Имейте в виду: всех зрителей, которые захотят посетить концертные площадки под открытым небом, обязательно будут досматривать милиционеры с металлоискателями. Кроме того, мэрия решила не поощрять любовь граждан к пьянке. В местах массовых гуляний полностью запрещена продажа не только алкоголя, но и любых напитков в стеклянной таре.
Торжественное открытие Дня города-2003, как обычно, состоится на Тверской площади 6 сентября в 12 часов. Свадебных церемоний на виду у всего честного народа, как в прошлом году, не будет. Основной деталью антуража станут строительные леса и символическая дорога времени, идущая к сцене от памятника Юрию Долгорукому. За час с небольшим перед зрителями пронесется вся история Москвы. “Творить историю” будут театральные коллективы, любимые певцы мэра и, конечно, сам Юрий Лужков.
С 14 до 22 часов, после того как разойдутся почетные гости, напротив мэрии начнется сразу несколько фестивалей. Выбирайте, что вам ближе: народное творчество, камерная музыка или национальные колориты. Под вечер пройдет подведение итогов конкурса песен о Москве. На следующий день на Тверской площади свои программы представят столичные газеты, в том числе и “Московский комсомолец”. Ответственно заявляем: будет весело. К тому же можно подписаться на любимое издание.

Борцы сумо выходят в народ
6 сентября с 16.00 до 22.00 Пушкинская площадь дает праздничный гала-концерт “Москва — исток души России”. Посреди сцены установят нарядный фонтан, а на большом экране будет проецироваться происходящее на площадке. Забойщиками станут известные барды — Олег Митяев, Сергей Никитин, за ними выйдут ретрозвезды: группы “Самоцветы”, “Надежда”, Анне Вески. А под занавес зрителям споют “рокеры”: Владимир Кузьмин, Ирина Отиева, Михаил Михайлов и другие.
7 сентября в 14 часов здесь же, на “Пушке”, начнется этническая программа. Фольклорные группы из 20 стран мира (Шотландии, Малайзии, Испании, Италии, Кубы, Германии и пр.) поздравят Москву и москвичей с днем рождения города. Представители турфирм проведут со зрителями веселое интерактивное шоу. Если вы станете активно в нем участвовать, то имеете все шансы выиграть путевку в жаркие края.
С 17.00 до 22.00 популярные советские и российские песни исполнят Алексей Глызин, Сергей Крылов, Виктор Салтыков. Под них можно забойно потанцевать — как пообещали организаторы, все условия для дискотеки будут созданы.
Такого разнообразия, как на Театральной площади, не ожидается, пожалуй, больше нигде. 6 сентября с 15 до 16 часов на всю округу разнесется грохот тамтамов — это японский ансамбль барабанщиков презентует москвичам ритмы своей родины. У представительниц прекрасной половины есть редкий шанс воочию увидеть настоящих борцов сумо (самые “худенькие” весят 150 кг), а лицам мужеска полу наверняка придутся по вкусу бои на мечах. На закуску выступит молодежная и очень модная в Стране восходящего солнца рок-группа с труднопереводимым названием “Блюм оф юс”.
Как известно, Москва претендует на проведение Олимпиады-2012. Причем претендует настолько серьезно, что на Театральной площади с 16 до 18 часов официально пройдет конкурс логотипов. Да что там логотипы! К Олимпиаде уже подготовлен и гимн, который прозвучит вечером 7 сентября на Лубянской площади.
После спортивных страстей самое время послушать хорошую музыку. Концерт “Золотые мелодии джаза” состоится с 18.00 до 19.30. А потом начнет работу одна из самых популярных площадок Дня города — “Московское караоке” (19.30—22.00). Горожане смогут от души попеть песни вместе со звездами. Тексты песен будут транслироваться на светодиодном экране.
Воскресный день на Театральной площади начнется с концерта “Молодежь города-героя Москвы” (14.00—17.00). Такое название — неспроста. Как считают организаторы этой площадки, в жизни всегда есть место благородным поступкам. И всегда есть люди, которые их совершают. А вот какие они, герои прошлых эпох и современности? И вообще, как воспитать героя? Приходите — узнаете.
С 17 до 22 часов — программа “Я шагаю по Москве”, посвященная 40-летию одноименной картины Георгия Данелия. Целых пять часов зрители будут вспоминать фильмы о Москве вместе с любимыми киноактерами: Людмилой Хитяевой, Александром Панкратовым-Черным, Олегом Анофриевым, Валентиной Талызиной, Инной Макаровой, Евгением Стебловым, Владимиром Зельдиным и другими.

Дефиле крылатых крокодилов
Лубянская площадь по традиции отдана для семейного отдыха — сюда лучше всего приходить с малышами. 6 сентября с 14 часов можно увидеть выступления маленьких артистов детского цирка из Электростали и Московского детского театра эстрады. Также вас ждут познавательные викторины и конкурсы, а под вечер — хиты в исполнении Андрея Губина, Дмитрия Маликова, Криса Кельми, групп “Самоцветы” и “Земляне”.
7 сентября детей и их родителей ждет еще более интересная программа. С 14.00 до 15.00 артисты театра кукол “Жар-Птица” сыграют перед юной аудиторией спектакль “Дюймовочка”. С 15 до 18 часов лучшие молодые артисты цирка торжественно прошествуют от Малого театра до Лубянки и покажут все, на что способны. В 18.00 — презентация проекта “Олимпиада-2012 в Москве”, на которой прозвучит музыкальная композиция “Старт дает Москва”. Затем на встречу со зрителями придут звезды советской эстрады 80-х годов, а завершится вечер под ритмы молодежной дискотеки.
Интересная программа пройдет в саду “Эрмитаж” 6 сентября с 11 до 21 часа. С 11.15 до 11.55 театралы могут насладиться ариями и хоровыми номерами из опер русских композиторов. В 12.00 начнется выступление театра “Охочих комедиантов”, а в 13 часов перед публикой выступят факиры и фокусники братья Сафоновы. После того как вы убедитесь в ловкости их рук, в самый раз посмотреть костюмированное дефиле “Крылатый крокодил”, латиноамериканские танцы и капустник Владимира Вишневского.
И еще. 6 и 7 сентября будут бесплатно работать все городские музеи, а также несколько музеев федерального подчинения, в том числе Государственный политехнический и декоративно-прикладного искусства. Так что стоит воспользоваться моментом. Например, посетить Музей истории Москвы, где будет выставка, рассказывающая о повседневной жизни в мегаполисе и семейных традициях. Посетители смогут узнать не только о жизни современных московских семей, но и о знаменитых династиях: Бахрушиных, Волконских-Губаревых, Дуровых.

Москву взорвут в 21.00
В Лужниках в субботу пройдет городской праздник “Спортивная столица-2003”. В 10.00 он откроется парадом физкультурников и спортсменов Москвы, городскими соревнованиями воспитанников интернатов и детей-инвалидов. Москвичи и гости столицы смогут стать участниками и зрителями соревнований и турниров по 35 видам спорта — армрестлингу, шахматам, бадминтону, волейболу, дартсу и т.д. На Малой спортивной арене с 10 утра вы сможете протестироваться на предмет здоровья и работоспособности.
А 7 сентября в 21.00 в Лужниках начнется грандиозный фестиваль фейерверков. Четыре пиротехнические команды из Москвы, Сергиева Посада, Дании и Китая взорвут ночное небо столицы (запланировано 4 показа по 10 минут). Как рассказали нам организаторы фестиваля, лучше всего смотреть на фейерверк из самих Лужников, потому как это не просто бабаханье через определенные промежутки времени, а настоящее шоу под специальную музыку. Правда, придется заплатить за вход 100 рублей. Но если вас не слишком интересуют звуковые эффекты, сообщаем по секрету: совершенно бесплатно наблюдать за огненным шоу можно будет почти на всей территории юго-запада Москвы.
Рассказать обо всех мероприятиях, которые запланированы в Москве на 6 и 7 сентября, просто невозможно: их больше 4 тысяч! Замечательные программы пройдут на ВВЦ, Поклонной горе, Красной площади, Васильевском спуске, Воробьевых горах, в парках культуры и отдыха. 150 крупных площадок ждут своих гостей в округах. Как сказал Юрий Лужков на заседании правительства Москвы, посвященном подготовке к Дню города, “надо сделать так, чтобы, начиная с нынешнего года, этот праздник глубоко погрузился во дворы”. И что вы думаете? Так и сделали.
Театрализованные праздники пройдут 7 сентября во дворах — победителях конкурса “Мой двор, мой подъезд”-2003:
11.00 — г. Зеленоград, корп. 1557;
13.00 — ул. Солнечногорская, д. 5, корп. 1;
15.00 — Проспект Мира, д. 108;
15.00 — ул. Б. Галушкина, д. 25;
16.00 — ул. Верхние Поля, д. 8;
18.00 — ул. Каховка, д. 9, корп. 3.
В программе праздников — конкурсы на самый красивый балкон, песню о своем дворе и лучшую частушку, чаепитие, вручение подарков ветеранам войны и труда, игры, викторины. Во дворы обязательно приедут популярные артисты.

Куда запрещен въезд автомобилистам:
С 20.00 5 сентября до 23.00 6 сентября запретят движение транспорта по Тверской улице от Пушкинской площади до Охотного Ряда.
5 и 6 сентября с 9.00 до 23.00 нельзя будет проехать по улице Варварка, Васильевскому спуску, Большому Москворецкому мосту и Москворецкой улице.
С 22.00 5 сентября до 8.00 8 сентября закроют проезд по Новой и Славянской площадям.
С 16.00 5 сентября до 6.00 8 сентября ограничат движение на проспекте Академика Сахарова на участке от Садового кольца до Бульварного.
С 10.00 6 сентября до 23.00 7 сентября будет закрыт проезд по улице Косыгина на участке от проспекта Вернадского до Мосфильмовской улицы.
6 и 7 сентября с 12.00 до 23.00 будет запрещено движение в пределах Бульварного кольца.
6 сентября с 10.00 до 15.00 закроют проезд по улицам Волхонка, Большая Полянка, Люсиновская, Даниловский Вал, Большая Тульская и площадям — Серпуховской заставы и Боровицкой.
6 сентября с 13.00 до окончания милицейской комбинированной эстафеты будет закрыто для автотранспорта, кроме общественного, Садовое кольцо. Движение будет восстанавливаться по мере прохождения этапов эстафеты.
7 сентября на время проведения комбинированной эстафеты с 9.00 будет поэтапно закрываться для автотранспорта внутренняя сторона МКАД от Щелковского шоссе. Движение восстановится по окончании мероприятия.
7 сентября с 11.30 до 16.00 запретят проезд по Большому Москворецкому мосту, Болотной улице, Болотной набережной, улице Серафимовича, Малому Каменному мосту, улицам Большая Полянка, Большая Якиманка, Калужской площади и улице Крымский Вал.

Что нового услышат и увидят москвичи в День города:
— Новую песню о Москве (авторы Александр Морозов и Анатолий Поперечный) — на открытии Дня города (Тверская площадь, 6 сентября).
— Логотип Олимпиады-2012 — на конкурсе логотипов (Театральная площадь, 6 сентября, 16.00—18.00).
— Гимн Олимпиады-2012 (Лубянская площадь, 7 сентября, после 18.00).

Где можно хорошенько посмеяться:
Если вы совершенно не настроены на серьезный лад, отправляйтесь в субботу утром на Театральный проезд. Здесь в 11.30 начнутся соревнования официантов по ходьбе с подносами. Подносы будут полными, а ходьба быстрой, постепенно переходящей в бег. В 12.30 у гостиницы “Метрополь” можно посмотреть соревнования рекордсменов Книги Гиннесса и Книги рекордов планеты, а когда они закончатся, поучаствовать в конкурсе быстрой еды среди зрителей.
Хотите еще зрелищ? Пожалуйста. 6 сентября в 12.30 на Садовом кольце начнется 34-я комбинированная эстафета столичной милиции. В ней примут участие 16 команд по 30 человек. Стражи порядка будут преодолевать этапы эстафеты бегом, на лыжах-роллерах, автомобилях, велосипедах, с ящиками с боеприпасами, через полосы препятствий и в специальной экипировке.
 

Марк ДЕЙЧ, Ольга ГРЕКОВА
 

Бесстыжий классик


Не каждый подлец — антисемит.
Но каждый антисемит — подлец.
Лион Фейхтвангер


Со вторым томом своего эпохального труда “200 лет вместе” Александр Исаевич не торопился. Ему-то что, ему торопиться некуда. А вот мы извелись. Нет, не насчет содержания — тут у нас особых иллюзий не было. Но может, думалось, Великий Писатель Земли Русской (ВПЗР) не всегда слушает одних только блюдолизов. Может, он иногда и к критическим замечаниям снисходит...
Дудки. Те самые, медные. Давно уже г-н Солженицын слушает и слышит только их.
Ну что ж. Ему, ВПЗРу, уже ничем, конечно, не поможешь. Но вот для нас-то еще не все потеряно. Мы еще в состоянии отличить ложь от лжи. Ложь во спасение — от лжи злонамеренной и потому особенно отвратительной.

— Да вы поймите, — кипятилась Варвара, поднося к носу камергера газетный лист. — Вот статья. Видите? “Среди торосов и айсбергов”.
— Айсберги, — говорил Митрич насмешливо. — Это мы понять можем. Десять лет как жизни нет. Всё Айсберги, Вайсберги, Айзенберги, всякие там Рабиновичи...
И.Ильф, Е.Петров.
“Золотой теленок”

Экс-камергер Митрич высказал сию примечательную мысль году эдак в 1927-м. К аналогичному выводу пришел и Александр Солженицын — правда, значительно позже: на пороге XXI столетия. Собственно, его эпохальный труд следовало бы назвать, перефразировав понятливого Митрича, “200 лет как жизни нет”. Это и есть главная мысль автора в его двухтомном “исследовании новейшей русской истории” — о двух столетиях совместной жизни русских и евреев в Государстве Российском.
Правда, в первом томе ВПЗР (Великий Писатель Земли Русской) еще пытался сохранить некоторую видимость исторического наукообразия. Ему это удалось в той мере, в какой нам, “образованщине”, лень было лезть в архивные первоисточники и уличать глубокоуважаемого Александра Исаевича в передергивании, а то и в откровенной лжи. Кроме того, до февраля 1917 года (первый том заканчивается перед тем памятным февралем), по мнению А.И., “Айсберги, Вайсберги, Айзенберги и прочие Рабиновичи” хоть и пакостили России по мере сил и возможностей, но вот возможностей этих у них было не слишком много, потому как во власть они к тому времени пролезть еще не успели.
Во втором томе “исследования”, начинающемся февралем 17-го, автор уже не претендует на научность своего опуса. Понятно почему: события не столь уж давние, документов и свидетельств — множество, а кое-кто даже еще что-то помнит. Поэтому во втором томе Солженицын — публицист. Причем публицист не только скучный (по выражению Татьяны Толстой), но и лживый.
Доказать это не слишком сложно. Однако никому не хочется этим заниматься. Одних смущает титул “живого классика”, которым кто-то наградил А.И. (“классик” не возражал). Другим — противно.
Преодолеем брезгливость, полистаем второй том солженицынской публицистики.

ВПЗР и 1917 год
Хорошо известно, что произошло в феврале 17-го. Коротко говоря — “царя скинули”. Солженицын считает, что хотя “Февральская революция была совершена русскими руками”, но совершена “русским неразумием”. Согласно “живому классику”, им, русским, была несвойственна “абсолютная непримиримость к русской исторической власти, на которую у русских достаточного повода не было, а у евреев был”. Оказывается, русская интеллигенция усвоила “еврейский взгляд” на самодержавие, в результате “непримиримость победила умеренность”.
Умеренность?
В 1902 году Лев Толстой писал Николаю II:
“Самодержавие есть форма правления отжившая, могущая соответствовать требованиям народа где-нибудь в Центральной Африке, отделенной от всего мира, но не требованиям русского народа. И потому поддерживать эту форму правления можно только, как это и делается теперь, посредством всякого насилия: усиленной охраны, административных ссылок, казней, религиозных гонений, запрещения книг и газет и вообще всякого рода дурных и жестоких дел”.
Может быть, Лев Николаевич усвоил “еврейский взгляд” на самодержавие? Впрочем, это всего лишь Толстой. Что с него взять? “Образованщина”.
Но вот — свидетельство черносотенца и провокатора Шульгина. Солженицын этого господина очень любит, в том числе и цитировать. Впрочем, вот этой цитаты мы у А.И. не найдем:
“Пулеметов — вот чего мне хотелось. Ибо я чувствовал, что только язык пулеметов доступен уличной толпе и что только он, свинец, может загнать обратно в его берлогу вырвавшегося на свободу страшного зверя. Увы — этот зверь был... его величество русский народ”.
Ну, хорошо. Пусть не Толстой, и даже не Шульгин. Современный российский историк Боханов, явно симпатизирующий монархии, в книге “Распутин” пишет:
“Ненависть так быстро овладевала душами людей, что оторопь брала. Один старик в Новгородской губернии публично высказался так: “Из бывшего царя надо было кожу по одному ремню тянуть”. Услыхав подобное, потрясенный Василий Розанов воскликнул: “И что ему царь сделал, этому серьезному мужичку?”
Умеренность...
В 1924 году в Берлине вышел сборник статей “Россия и евреи”. Его авторы — “лица еврейской национальности”, сражавшиеся против большевиков в рядах белых армий, — заслужили похвалу Солженицына. Он с удовольствием цитирует этих евреев. Ему нравятся высказывания авторов (повторенные затем легионом антисемитов) о том, что русский человек видит теперь еврея и во главе Петрограда (Зиновьев), и во главе Москвы (Каменев), и во главе Красной Армии (Троцкий). Солженицыну эти банальные “аргументы” столь приятны, что он дает сборнику следующую оценку: “Немногие авторы — еврейские или русские — видели столь далеко вперед”.
Между тем о революции 1917 года в сборнике сказано вот что:
“Не нами вызванная, не нами и осуществленная... Погубили Россию не евреи, а правящие круги русского общества. Те русские люди, которые отрицают ответственность русского народа за события последних шести лет (сборник, напомню, вышел в 1924 году. — М.Д.), отказываются от своей собственной истории и культуры, они превращают весь русский народ из творца жизни в ее раба”.
Этой цитаты мы у Солженицына не найдем. Она ему не нужна. Дело в том, что у “живого классика” совсем другая задача. В бурных событиях февраля—октября 1917 года он приписывает евреям роль “идейных вдохновителей”. Дескать, все это время страной управляло “жесткое теневое правительство, лишившее либеральное Временное правительство всякой реальной власти”. В этом “теневом правительстве” доминировали “евреи-социалисты”, ширмой которым был “десяток солдат, вполне показных и придурковатых”. Что же это за “теневое правительство”? Солженицын, явно под впечатлением знаменитого в советскую эпоху фильма “Ленин в октябре”, объясняет: это был “властный и замкнутый Исполнительный Комитет Петроградского Совета, затем, после июля, и перенявший от него всероссийское значение Центральный Исполнительный Комитет (ЦИК), — и вот они-то и были подлинные направители России”.
Так ли? Истинный русский патриот, доказавший это всей своей жизнью, генерал Деникин в книге “Очерки русской смуты” писал, не пытаясь свалить ответственность за трагические события 17-го года на инородцев:
“Совет (позднее и Всероссийский Центральный Комитет) не мог и не хотел оказывать в полной мере хотя бы сдерживающего влияния на народную стихию, вырвавшуюся из оков, мятущуюся и бушующую. Всё значение, влияние и авторитет Совета находились в строгой зависимости от степени потворствования инстинктам народных масс. И сколько-нибудь твердое и решительное противодействие их давлению грозило смести бытие Совета”.
Стыдно напоминать “великому историку” азбучные истины. О том, что после Февральской революции в России установилось двоевластие. Что Временное правительство играло ключевую роль в управлении страной, а с июля, когда Керенский сменил князя Львова на посту Председателя, оно стало единовластным. Советы — вторая власть! — превратились в “фиговый листок контрреволюции”, стали “бессильны и беспомощны” (выражения весьма компетентного участника тех событий, г-на Ульянова-Ленина). Конечно же, Александр Исаевич — человек тоже осведомленный. Он прекрасно знает, что весной 1917 года Петросовет возглавлял Чхеидзе (грузин), а его заместителями были Скобелев и тот самый Керенский (оба русские). А наиболее влиятельным членом Петросовета был Суханов (чистокровный русский, пристрастностью Солженицына записанный в евреи). Тот же Чхеидзе позже возглавил ВЦИК, в котором летом-осенью 17-го евреи составляли 22%. Почти все они были меньшевиками и эсерами, поддерживали Временное правительство, а к большевикам относились отнюдь не благостно. В общем же — среди трехсот главных актеров политического театра России 1917 года было 43 еврея, причем большая их часть, 27 человек, большевиков, мягко говоря, недолюбливали, а Октябрьскую революцию не приняли вовсе.
Все это, повторяю, Солженицыну известно. Но — не нужно. Потому что противоречит его задаче.
Правда, нехотя и сквозь зубы А.И. признает: “Дело тут не в национальном происхождении Суханова и других — а именно в без-национальном, в антирусском и антиконсервативном их настроении”. Даже “либеральное Временное правительство — при вполне русском составе его” не имело, по мнению Солженицына, “русского мирочувствия. Никогда ни одной русской национальной ноты не прозвучало у русского министра и историка Милюкова. Но — и “главную фигуру революции”, Керенского, в национальном духе тоже не уличишь. Зато — постоянная настороженная ощетиненность против всяких вообще консервативных кругов, и тем более русских национальных”.
Милюков, сторонник конституционной монархии и лидер партии кадетов, в марте 17-го буквально умолял великого князя Михаила, брата Николая II, принять корону. Уж если от него не прозвучало “ни одной русской национальной ноты”, то все прочие, ясное дело, — враги России, “пена интернациональная”. Единственный человек той поры, заслуживший одобрительные слова Солженицына, — “солдат-генерал Корнилов”. Тот самый, что в августе 17-го года намеревался установить в России военную диктатуру.
А мы-то на протяжении многих лет полагали “живого классика” борцом с тоталитарной властью. Ошибались.
Любопытная деталь. Главное, за что достается от Солженицына Временному правительству, — за “потерю чувства национального самосохранения”. По мнению А.И., потеря сия заключалась в стремлении Временного правительства “к военной победе во что бы то ни стало! к верности союзникам!” (после Февральской революции Россия в союзе с Англией и Францией продолжала войну против Германии). Тут, считает А.И., имел место гибельный “перекос”: “О последствиях дальнейшей войны для России — и заботы нет”.
Очень хочется согласиться с Солженицыным. Действительно: Временное правительство не смогло вывести Россию из войны. Это в конечном итоге его и погубило. Но кто же тогда главный носитель “национального духа”? Кто же предлагал спасительное для России решение? В русской политической элите 1917 года был лишь один человек, заявлявший: “Немедленно вывести Россию из войны во что бы то ни стало!” И лишь одна партия, призывавшая к тому же. Это были Ленин и большевики.
Уж не большевик ли г-н Солженицын?
 

ВПЗР и советская власть
Как-то Александр Исаевич назвал Октябрьскую революцию “ленинско-еврейской”. В книге он таких вольностей себе не позволяет. Напротив, декларирует: “Этой книгой я хочу протянуть рукопожатие взаимопонимания — на всё наше будущее”.
“Протянуть рукопожатие” — это бы еще полбеды. Гораздо хуже, что в протянутой Солженицыным руке временами отчетливо видна дубина, а временами — топор.
Об установившемся в 1917 году режиме он пишет:
“Нет, власть тогда была — не еврейская, нет. Власть была интернациональная. По составу изрядно и русская. Но при всей пестроте своего состава — она действовала соединенно, отчетливо антирусски (здесь и далее выделено Солженицыным. — М.Д.), на разрушение русского государства и русской традиции”. Евреев же — всех, всю нацию — А.И. обвиняет в том, что они “не помешали в несколько месяцев выйти вперед именно евреям-большевикам, а те с жестоким избытком использовали привалившую власть”.
“Помешать” — это как? Запереть в гетто?
“Евреи, — продолжает ВПЗР, — приняли “непомерное участие” в создании “государства — не только нечувствительного к русскому народу, не только неслиянного с русской историей, но и несущего все крайности террора своему населению”.
Таким образом, обвинения предъявлены — все те же, невежественные и черносотенные. И хотя высказаны они не в охотнорядских выражениях, а в псевдолитературных, менее подлыми от этого не становятся. Солженицын лжет, причем сознательно, справедливо надеясь на нашу необразованность.
Попробуем разобраться.
Была ли советская власть “неслиянной с русской историей”? Действительно ли она означала “разрушение русского государства и русской традиции”?
Замечательный русский философ, свидетель и участник революционных событий, непримиримый противник большевиков, высланный ими из России на знаменитом “философском пароходе”, Николай Бердяев писал (“Истоки и смысл русского коммунизма”):
“Большевизм оказался наименее утопическим и наиболее реалистическим, наиболее соответствующим всей ситуации, как она сложилась в России в 1917 году, и наиболее верным некоторым исконным русским традициям, и русским исканиям универсальной социальной правды, понятой максималистически, и русским методам управления и властвования насилием”. Ленин, по словам Бердяева, “соединил в себе две традиции — традицию русской революционной интеллигенции в ее наиболее максималистических тенденциях и традицию русской исторической власти в ее наиболее деспотических проявлениях”. Большевики “создали полицейское государство, по способам управления очень похожее на старое русское государство. Марксизм-ленинизм впитал в себя все необходимые элементы народнического социализма, но отбросил его большую человечность, его моральную щепетильность как помеху для завоевания власти. Он оказался ближе к морали старой деспотической власти”.
Так что же — “неслиянно”? Может быть, Солженицын считает себя философом и историком, куда более значительным и осведомленным, чем Бердяев? Наверняка именно так ВПЗР и считает. Вероятно, именно поэтому в эпохальном труде А.И. мы не найдем даже упоминания об этой знаменитой книге Бердяева.
Что ж — что правда, то правда: власть большевиков стала трагедией для России. В очередной раз народ был обманут в своих надеждах на социальную справедливость, а страна оказалась под властью советской бюрократии (как заметил Бердяев, “более сильной, чем бюрократия царская”) и нового деспотизма, куда свирепее прежнего. Но все это, к сожалению, вполне соответствовало “исконным русским традициям”.
Далее. Согласно Солженицыну, власть большевиков была “по составу изрядно и русской”, но вот участие в ней евреев — “непомерное”. “Изрядно” — это сколько? И что считать “непомерным”?
Непомерным количеством “неарийских” фамилий А.И. создает у читателя впечатление, будто вся российская власть, начиная с 1917 года, была еврейской. Достоверных сведений при этом не приводит — это у него вообще такая “творческая манера”. К примеру, Совнарком: до конца 20-х годов его роль в политической жизни страны была исключительно важной. А с 1929 года важнейшие решения принимались уже партийным руководством. Так кто же в действительности руководил страной?
При Ленине среди 15 членов Совнаркома был один еврей (Троцкий) и один грузин (Сталин). Все остальные были русскими. После смерти Ленина председателем Совнаркома стал Алексей Иванович Рыков. У Солженицына он упомянут мельком (“этнически русский” деятель партийной оппозиции Сталину), но о том, что Рыков 6 лет возглавлял правительство России, — ни слова. Из 8 заместителей Рыкова — один еврей (Каменев), один латыш, один украинец, двое грузин и трое русских. С 1923 по 1930 год наркомами были 23 человека: пятеро евреев (среди них — те же Троцкий и Каменев), один молдаванин (Фрунзе), один поляк (Дзержинский), один латыш (Рудзутак), один армянин (Микоян), двое грузин (Сталин и Орджоникидзе); остальные 12 (более половины, не считая Рыкова) — русские.
А все вместе, согласно Солженицыну, — “пена интернациональная”.
С 1930 по 1941 год председателем Совнаркома был Вячеслав Молотов — ясное дело, “этнически русский”. Солженицын упоминает его более 10 раз, но ни разу — о том, что он был главой правительства. Кстати, ни слова не говорит А.И. и о том, что именно Молотов вместе со Сталиным несет основной груз ответственности за организацию массовых репрессий.
В Политбюро ЦК ВКП(б) в 20-е годы евреев было трое: Троцкий, Зиновьев и Каменев. Между собой они, мягко говоря, не ладили, да и евреи они — только по происхождению. А с 1927 года “лиц еврейской национальности” в правящих партийных кругах практически не осталось. После XV съезда ВКП(б) (декабрь 1927 г.) Пленум ЦК утвердил список руководства партии. Поскольку эти данные Солженицын тщательно замалчивает, приведем этот список полностью.
Члены Политбюро: Бухарин, Ворошилов, Калинин, Куйбышев, Молотов, Рыков, Рудзутак, Сталин, Томский — семеро русских, один грузин, один латыш.
Кандидаты в члены Политбюро: Андреев, Каганович, Киров, Косиор, Микоян, Петровский, Угланов, Чубарь — шестеро славян (русских или украинцев), один армянин и один еврей.
Именно они — члены и кандидаты в члены Политбюро ЦК — принимали решения о ликвидации нэпа, коллективизации, начале массовых репрессий. Некоторые — Бухарин, Рыков, Угланов, Томский — пытались воспротивиться “генеральной линии” и были уничтожены.
Впоследствии состав Политбюро в национальном отношении практически не менялся. К примеру, в 1939 году, после XVIII съезда ВКП(б), из 9 членов Политбюро шестеро были русскими (Андреев, Ворошилов, Жданов, Калинин, Молотов, Хрущев), один грузин (Сталин), один армянин (Микоян) и один еврей (Каганович).
Солженицын неспроста избегает этих подробностей. Потому что высшая власть страны по своему национальному составу была не “изрядно русской”, а подавляюще русской. Еврейского участия в ней с 1927 года практически не было. Один лишь Каганович — твердолобый сталинский сатрап — оставался членом Политбюро до 1957 года.
Но и в первое десятилетие советской власти все было не совсем так, как это описывает Солженицын. Или даже совсем не так. Уже тогда членство в партии было основой для номенклатурной карьеры. Однако в 1922 году евреи составляли 5,2% членов ВКП(б), а русские — 72%. Приводя эти данные, А.И. спешит добавить: дескать, “наверху” удельный вес евреев “был значительно выше”. Действительно, в 20-х и первой половине 30-х годов евреи-большевики входили в руководство и партийных, и хозяйственных органов власти. Но так ли уж “выше”? Все это время советская власть держалась на “старой партийной гвардии” (выражение Ленина). В нее входили те члены партии, которые вступили в нее до октября 17-го года. Ленин называл эту “гвардию” “тончайшим слоем”, который обладал в партии и в стране “громадным, безраздельным авторитетом”. Именно из этого слоя и рекрутировалось начальство всех рангов и уровней.
В 1922 году “гвардейцев” было 44148 человек. Из них подавляющее большинство — русские (65%). Евреев же — 3146 (7,1%). (Д.А.Чугаев, “Коммунистическая партия — организатор СССР”.)
Эти сведения у Солженицына отсутствуют: они развенчивают миф о “еврейском засилье”. А на этом мифе, как на краеугольном камне, держится “историческое исследование” “живого классика”.
 

Марк ДЕЙЧ
 

Бесстыжий классик (окончание)


Не каждый подлец — антисемит.
Но каждый антисемит — подлец.
Лион Фейхтвангер.


ВПЗР и террор: “красный” и “большой”
“Население России — в целом — сочло новый террор “еврейским террором”, — пишет Солженицын.
Антисемиты всегда говорят от имени “населения”. “Живой классик” — не исключение. Он сладострастно называет фамилии евреев, служивших в органах ВЧК-ОГПУ, в запале причисляя к ним и неевреев (современный историк Геннадий Костырченко заметил, что это — “от недостаточного знания фактов”).
При этом, следуя своей обычной манере, Солженицын упрямо обходит вопрос: сколько же евреев насчитывалось в руководстве и прочих структурах органов госбезопасности? Более того: используя в своих неблаговидных целях современные исторические исследования, ВПЗР не гнушается прямыми подтасовками и явным искажением смысла научных публикаций. К примеру, он ссылается на известную работу Льва Кричевского “Евреи в аппарате ВЧК-ОГПУ в 20-е годы”. “В 1918 году, — цитирует Кричевского Солженицын, — в эпоху красного террора национальные меньшинства составляли около 50% центрального аппарата ВЧК”.
Обратите внимание на совершенно точную и корректную формулировку Кричевского — “национальные меньшинства”. Далее “живой классик” добавляет уже от себя: “На фоне множества латышей и изрядного числа поляков весьма заметны и евреи”. Так сколько же их было? Оказывается, евреи составляли 3,7% от общего числа сотрудников аппарата ВЧК. А среди “ответственных и активных сотрудников” этого ведомства евреев было — 8,6%. Эти цифры — у Кричевского. У Солженицына они отсутствуют.
Зато он с особенным удовольствием пишет о том, что “из 12 следователей отдела по борьбе с контрреволюцией — наиболее важного в структуре ВЧК” евреев была — половина. Кричевский объясняет сей “перекос” вполне логично: эти шестеро были людьми “с более высоким образовательным цензом”, потому-то их и поставили на эту работу. Этого объяснения у Солженицына нет. Оно ему не нужно.
По сведениям того же Кричевского, в сентябре 1918 года следователями в ВЧК работали 42 человека. Из них: латышей — 14, русских — 13, евреев — 8, поляков — 7. Но и этих цифр мы у Солженицына не найдем. Он вообще избегает сводных данных, потому что они вдребезги разбивают его концепцию о “засилье евреев”.
Правда, в середине 30-х в центральном аппарате НКВД некоторое время наблюдался некоторый переизбыток “лиц еврейской национальности”. Наркомом внутренних дел был тогда Генрих Ягода — тоже из них. В его ближайшем окружении (по состоянию на 1.10.1936 г.) работали 43 еврея (39% руководящих кадров) и 33 русских (30%). Эти данные приведены в справочнике “Кто руководил НКВД в 1934—1936 гг.”, доступном любому желающему.
Вот тут бы “живому классику” и разгуляться. Ну как же — явный ведь “перекос”!.. Ан нет: молчит А.И. Почему? Все просто. В конце 1936 года Ягоду на посту наркома внутренних дел сменил Николай Иванович Ежов. А в 37-м начался “большой террор”. За два следующих года число расстрелянных более чем в семь раз превысило число убитых за все остальные 22 года сталинизма. При этом, с приходом Ежова, число евреев среди руководящих работников НКВД сократилось с 43 до 6. Доля же русских в руководстве наркомата, напротив, резко увеличилась — с 33 до 102 человек (67%). Потому-то и не с руки Солженицыну писать об этом. Ибо тогда придется сделать очевидный вывод: “большой террор” осуществили отнюдь не евреи...

ВПЗР и Гитлер
В первом томе “200 лет вместе” я обнаружил любопытное высказывание автора:
“Системы капиталистическая в экономике, в торговле и демократическая в политическом устройстве — по большей части детище евреев, и они же для расцвета еврейской жизни наиболее благоприятны”.
То есть вообще-то ничего особенного в этой фразе г-на Солженицына не содержится. Заурядная антисемитская банальность. Но вот что забавно: очень уж она напоминает высказывание другого г-на, и тоже — весьма известного:
“Экономическая система наших дней — это творение евреев. Она находится под их исключительным контролем. Конечной целью евреев на этой стадии развития является победа демократии”. Адольф Гитлер, “Моя борьба”.
Нет, не плагиат. Во всяком случае, не явный: дословного совпадения не наблюдается. А вот по сути — очень даже похоже. Прямо-таки один к одному.
Может быть, случайность? Чего не скажешь в юдофобской запальчивости...
Г-н Солженицын, том второй:
“Стратегически задуманный Лениным удар по русскому народу как главному препятствию для победы коммунизма — успешно осуществлялся и после него. В те годы — Коммунизм всей своей жестокостью мозжил русский народ. Коллективизация, больше всех других коммунистических действий, явно отвергает всякие теории о “национальной”, якобы “русской”, диктатуре Сталина. О содействии же в коллективизации правящих коммунистов-евреев — стоит помнить, что оно было усердно и талантливо. 15 миллионов крестьян разорены, согнаны, как скот, с их дворов и сосланы на уничтожение в тайгу и в тундру”.
Теперь сравним:
“Марксизм стремится к тому, чтобы отдать всю власть в руки евреев. Самым страшным примером в этом отношении является Россия, где евреи в своей фанатической дикости погубили 30 миллионов человек, безжалостно перерезав одних и подвергнув бесчеловечным мукам голода других, и всё это только для того, чтобы обеспечить диктатуру над великим народом”. Адольф Гитлер, “Моя борьба”.
А второй-то автор поталантливее будет. Короче излагает. Да и понятнее.
Что же касается цифр, то фюрер об их правдоподобии никогда не заботился. Однако классику надо бы аккуратнее. “Всего оказались выселенными почти три с половиной миллиона крестьян” (“История России, ХХ век”). Откуда взялись “15 миллионов”? Да оттуда же, откуда у Гитлера — 30. Что же касается “правящих коммунистов-евреев”, то из 10 членов Политбюро еврей тогда был один — Каганович...
Должен отметить, что “историк” Солженицын склонен к экстравагантности не только в цифрах. Дорогого стоит его “историческое открытие”: “Троцкий явился единовластным руководительным гением Октябрьского пререворота. Трусливо скрывшийся Ленин ни в чем существенном в переворот не вложился”. После такой “сенсации” уже не удивляешься тому, что Брестский мир у Солженицына подписывает еврей Иоффе, Чичерина ВПЗР не упоминает вовсе. Или вот, например:
“9 февраля (1953 г. — М.Д.) в советском посольстве в Тель-Авиве взорвалась бомба. 11 февраля СССР разорвал дипломатические отношения с Израилем. Конфликт вокруг “дела врачей” от того становился еще острее. Взрыв мирового гнева совпал с быстрым действием внутренних сил, которые, может быть, и покончили со Сталиным.
После публичного коммюнике о “деле врачей” — Сталин прожил всего 51 день. Освобождение из-под стражи и бессудебное оправдание врачей были восприняты старшим поколением советских евреев как повторение пуримского чуда: Сталин сгинул именно в день Пурим, когда Эсфирь спасла евреев Персии от Амана”.
Давно известно и подтверждено независимыми экспертами: Сталин умер от кровоизлияния в мозг. По Солженицыну, однако, “вождя народов” сгубили жи... — то есть, извините, евреи. И приурочили это к своему празднику Пурим.
Смелая гипотеза. Фюрер позавидовал бы.

ВПЗР и Великая Отечественная война

Во втором томе солженицынского творения эта тема — единственная, на которую откликнулись мои коллеги. Понять их можно: большего бесстыдства до сих пор читать не приходилось.
Совсем недавно всплыла старая работа Солженицына “Евреи в СССР и в будущей России”. А.И. написал ее в 1968 году, но публиковать не стал. Иначе — не видать бы ему Нобелевской премии. Он и сегодня открещивается от этой работы, но слов из песни не выкинешь. А в песне этой есть, к примеру, такие слова: “Я видел евреев на фронте. Знал среди них бесстрашных. Не хоронил ни одного”.
Очень похоже на иронические строки Бориса Слуцкого:
“Пуля меня миновала,
Чтоб говорилось нелживо:
“Евреев не убивало!
Все воротились живы!”
Слуцкий ушел на фронт добровольцем, был тяжело ранен, вернулся в строй, в конце войны получил тяжелейшую контузию. Другой поэт, Павел Коган, имевший “белый билет” (он очень плохо видел), тем не менее прорвался на фронт, и тоже добровольцем. Погиб.
В книге “200 лет вместе” бесстыжий классик пишет:
“Участниками войны считались и 2-й, и 3-й эшелоны фронта: глубокие штабы, интендантства, вся медицина, многие тыловые технические части, и во всех них, конечно, обслуживающий персонал, и писари, и еще вся машина армейской пропаганды, включая и переездные эстрадные ансамбли, фронтовые артистические бригады, — и всякому было наглядно: да, там евреев значительно гуще, чем на передовой”.
Не только бесстыжие — еще и подлые строчки.
На фронтах Великой Отечественной воевали полмиллиона евреев. Почти половина из них — погибли. Три четверти павших составляли рядовые солдаты и сержанты, остальные — младшие лейтенанты, лейтенанты и старлеи; иными словами, тот самый “первый эшелон”, в котором, по утверждению Солженицына, евреев было не густо.
Опровергать вранье “живого классика” можно было бы еще долго. Рассказать о том, что четверо евреев повторили подвиг Матросова, причем один из них, Абрам Левин, закрыл вражескую амбразуру своей грудью на год раньше Матросова. 14 летчиков-евреев повторили подвиг Гастелло. Четверо совершили воздушный таран. Еще четверо бросились с гранатами под танки. Пятеро подорвали гранатами себя и окруживших их гитлеровцев. И сколько было евреев — Героев Советского Союза. Примеров — множество, их приводит в нескольких своих статьях мой коллега Валерий Каджая. Солженицыну они, конечно, хорошо известны. Но — не нужны. Как и другим антисемитам.
Разговаривая со многими людьми военного поколения, я пришел к выводу: те, кто утверждает, будто во время войны евреи отсиживались в тылу, сами на передовой скорее всего не были. Потому что те, кто сражался на передовой, истину знают.
А как же Солженицын? — спросите вы. Ведь он же фронтовик...
И тут обнаруживаются любопытные обстоятельства. Если о лагерном прошлом А.И. известно немало, то о военном — практически ничего. Эту тему “живой классик” старательно избегает. Неужто из скромности, которой он никогда не отличался?
Ну, прежде всего. Сам А.И. в добровольцы почему-то не записался. Ждал, пока призовут. А пока — спокойно дождался первого сентября, начала учебного года, и пошел учить детишек математике.
Да и на фронте Солженицын был отнюдь не в первом эшелоне. Он даже принимал там свою первую жену, Наталью Решетовскую, которая гостила у него (на фронте!) три недели. Решетовская вспоминает:
“Немного побездельничав, я начала знакомиться с работой, понять оказалось легко. Все дело в том, чтоб расшифровывать замысловатые синусоиды, которые приборы выстукивали на звукометрической ленте. Интересно! В свободное время мы с Саней гуляли, разговаривали, читали. Муж научил меня стрелять из пистолета.
У себя на батарее Саня был полным господином, даже барином. Если ему нужен был ординарец Голованов, блиндаж которого находился с ним рядом, то звонил: “Дежурный! Пришлите Голованова”. Вверенный ему “народ”, его бойцы, кроме своих непосредственных служебных обязанностей, обслуживали своего командира батареи. Один переписывал ему его литературные опусы, другой варил суп и мыл котелок, третий вносил нотки интеллектуальности в грубый фронтовой быт”.
На передовой Солженицын никогда не был. Он командовал батареей звуковой разведки (БЗР), которая располагалась, по определению А.И., во 2-м, 3-м, а то и в 5-м эшелоне. Во всяком случае — никак не в 1-м. По звукам выстрелов вражеской артиллерии БЗР определяла ее местонахождение и передавала эти данные своим батареям. А вот те-то и занимались настоящей военной работой.
И два своих ордена, как выяснил Валерий Каджая, Солженицын получил не за храбрость в бою, а не выходя из блиндажа — когда после двух битв и побед в них награды раздавались всем подряд.
Так что военные годы Александр Исаевич провел вполне благополучно. Как выясняется, он всегда и всюду умел неплохо устроиться. В лагере он с самого начала пошел в “придурки” — сумел стать “заведующим производством”, то есть старше нарядчика и начальником всех бригадиров!”. Потом, выдав себя за физика-атомщика, попал в шарашку, где вполне сносно (по сравнению, конечно, с лагерем) провел большую часть своего заключения. И чтобы остаться в “придурках”, даже записался в стукачи под кличкой Ветров. Утверждает, правда, что не стучал. А после шарашки, уже в экибастузском лагере, он вновь — и нормировщик, и бригадир...
В вину ему это ставить негоже: выживал как мог. Приспосабливался. Но вот сам-то он именно это ставит в вину другим. Сам-то он всегда вел себя именно так, как — по его мнению — вели себя столь нелюбимые им евреи. Другими словами, Солженицын приписал им то, что ему неприятно вспоминать о себе.

ВПЗР и культур-мультур

С советской (читай — еврейской) культурой Александр Исаевич разбирается вполне по-большевистски: быстро и безапелляционно. Замечательный композитор Исаак Дунаевский у него — “зорко не упускал ступенек советской карьеры. Тут и Матвей Блантер (автор знаменитой “Катюши”, а также одной из самых прекрасных военных песен — “В лесу прифронтовом”. — М.Д.), и братья Даниил и Дмитрий Покрассы. Еще же Оскар Фельцман, Соловьев-Седой — не берусь представить в полноте. (Захватывая годы и позже, чтоб к этой теме не возвращаться: поэты-песенники Илья Френкель, Михаил Танич, Игорь Шаферан, композиторы Ян Френкель, Владимир Шаинский, не продолжаю.) Сколько ж они все настукали оглушительных советских агиток в оморачивание и оглупление массового сознания, — и начиняя головы ложью, и коверкая чувства и вкус?”
Но особенно досталось Александру Галичу. На его творчество Солженицын растратил аж 6 страниц своего драгоценного “исследования”, продемонстрировав абсолютную глухоту к поэзии и заставив усомниться в умственных способностях нобелевского лауреата.
А как же русские? Ведь в названии солженицынской книги продекларировано: “вместе”... Где все эти бубенновы, грибачевы, софроновы, шпановы и прочие шевцовы, имя коим легион? Уж сколько они “настукали оглушительных советских агиток” — никакому учету не поддается...
Есть, есть русские. Во всяком случае — один: Евгений Евтушенко. Престарелому “живому классику” очень не нравится евтушенковский “Бабий Яр”. Вот заключительные четыре строчки этого знаменитого стихотворения:
“Еврейской крови нет в крови моей.
Но ненавистен злобой заскорузлой
Я всем антисемитам, как еврей,
И потому — я настоящий русский!”
“Своим “Бабьим Яром” Евтушенко причислил себя к евреям по духу”, — злобно пишет А.И. Ощутить боль другого народа, как свою, — это, по мнению Солженицына, всего лишь дань моде и игра на потребу публике.
По себе судит.
Кстати, нечто подобное не так давно высказывал генерал-неандерталец Альберт Макашов. Жид для него — не только иудей, но и русский, который “еврей по духу”.
Историк Геннадий Костырченко (на его книгу “Тайная политика Сталина” А.И. ссылается довольно часто, по своему обыкновению обдирая цитаты — до полного искажениях их смысла) отмечает, что Солженицыну “ближе расовый подход к еврейству, хотя, по понятным причинам, он этого не афиширует”.
Что же касается “оморачивания и оглупления” и вообще — холуйства, то тут Александр Исаевич явно кое-что забыл. Оно и понятно: говоря его словами, “о себе — плохое так трудно помнить”.
В марте 1963 года Хрущев выступил перед творческой интеллигенцией с погромной речью. Досталось многим, но не Солженицыну: его пока не трогали. А спустя несколько дней А.И. позвонил помощнику Хрущева, Лебедеву, который записал разговор (цитирую по книге Владимира Войновича “Портрет на фоне мифа”). Солженицын говорил:
“Я глубоко взволнован речью Никиты Сергеевича Хрущева и приношу ему глубокую благодарность за исключительно доброе отношение к нам, писателям, и ко мне лично, за высокую оценку моего скромного труда. Мой звонок Вам объясняется следующим: Никита Сергеевич сказал, что если наши литераторы и деятели искусства будут увлекаться лагерной тематикой, то это даст материал для наших недругов, и на такие материалы, как на падаль, полетят огромные жирные мухи.
Мне будет очень больно, если я в чем-нибудь поступлю не так, как этого требуют от нас партия и очень дорогой для меня Никита Сергеевич Хрущев”.
Далее Владимир Лебедев добавляет: “Писатель Солженицын просил меня, если представится возможность, передать его самый сердечный привет и наилучшие пожелания Вам, Никита Сергеевич. Он еще раз хочет заверить Вас, что хорошо понял Вашу отеческую заботу о развитии нашей советской литературы и искусства и постарается быть достойным высокого звания советского писателя”.
По-видимому, надо понимать так, что вот это и значит — “жить не по лжи”.
От дальнейших комментариев воздержусь.

Postscriptum: ВПЗР и койоты
Из воспоминаний Солженицына о жизни в Вермонте:
“Но кого я ласково люблю — это койотов: зимой они часто бродят по нашему участку, подходят и к самому дому и издают свой несравнимый сложный зов: изобразить его не берусь, а — очень люблю”.
Койот — самый примитивный представитель псовых (сборник “Американские прерии”). Питается кроликами, мышами, насекомыми и падалью. У него плохая репутация — недаром его называют “луговым шакалом”. Как и шакал, койот труслив и коварен. Его вой обычно производит на людей тягостное впечатление.
Солженицын койотов — любит. “Ласково”.

Марк ДЕЙЧ
 

Разгром среди ясного неба


“Вы можете красиво выиграть, но, увы, и так же красиво проиграть...” — обычно говорит Борис Громов, неизменный болельщик “Сатурна-RenTV”. Но, думается, в эту субботу губернатор Московской области был недоволен вдвойне: счет на табло стадиона, равно как и игра хозяев поля, оказались попросту безобразными: 0:3 — поражение от ведущего борьбу за выживание “Торпедо-Металлурга”. Таким стал дебют Олега Романцева на посту главного тренера “Сатурна”.

Впрочем, в Романцеве ли дело? “В любой ситуации футболисты уровня “Сатурна” не имеют права опускаться до безвольности и безразличия”, — подытожил Олег Иванович произошедшее. Да, именно безразличие все предопределило. Ведь не верится, что сама по себе смена тренера в клубе с классным подбором игроков и задачей попадания в тройку лучших российского чемпионата способна привести к разгрому...
Причем 3:0 — это не самый плохой для хозяев итог благодаря вратарю Корнюхину, единственному в составе раменчан, кого еще можно выделить. Да и что сказать о самой игре, если хозяева за весь матч создали всего один опасный момент: в дебюте игры аргентинец Павлович попал в штангу? Все остальные созидательные действия сводились к толчее у ворот соперника.
А на другой половине поля творились парадоксальные вещи: Максим Белецкий не на самой большой скорости спокойно убегал от защитников и за какие-то пять минут дважды выходит один на один. В итоге связка Белецкий—Бракамонте все и решила...
Впрочем, зрители в тот момент были увлечены не столько игрой, сколько появлением... белки, видимо, пришедшей погостить на стадионе из близлежащего Раменского бора. Под аплодисменты хвостатая гостья перелетала из сектора в сектор.
— Так что же случилось, Олег Иванович? — вопрос Романцеву после матча. — Даже несмотря на последние неудачи, “Сатурн” никогда не выглядел таким пассивным...
— Трудно за два-три дня исправить дела в команде. Мы сделали все, чтобы победить, но с первых минут стало ясно, что у футболистов в голове уже отпуск. Вот торпедовцы вышли так, будто этот матч у них последний. Хороший пример для подражания!
— Может быть, проблема в психологии игроков?
— Я пока не могу ничего понять, сейчас пойдут в раздевалку, узнаю у них все. Еще вчера и позавчера были долгие беседы, мне казалось, что им реально интересно попасть в тройку...
А вот Александр Игнатенко, главный тренер “Торпедо-Металлурга”, теперь по праву называется грозой авторитетов. Вспомните: не так давно аутсайдеры обыграли и без пяти минут чемпиона России — ЦСКА. Вот только, к сожалению, как правило, эта довольно симпатичная команда играет лучше в гостях, нежели дома. А ближайший матч “металлурги” проведут как раз дома — против непосредственного соперника в борьбе за выживание волгоградского “Ротора”.

Марк ДЕЙЧ, Дмитрий ЛЮБИМОВ

93-й год


Александр Руцкой: “Следователю я сказал: “Вина — моя, я отвечаю за все”
Александра Руцкого нет нужды представлять нашим читателям. До сих пор его имя у многих на слуху. И до сих пор оно вызывает неоднозначную реакцию — прежде всего в связи с событиями осени 1993 года. Тогда, 10 лет назад, его имя было неким знаменем. Многие в это знамя искренне верили, но многие же — ловко прятались в его тени. Именно поэтому сегодня, в десятилетнюю годовщину тех трагических событий, без Руцкого нам не обойтись.

— Aлександр Владимирович, с чего начались ваши разногласия с Борисом Ельциным?
— Наши отношения вообще развивались по синусоиде, а вскоре после выборов, когда я стал вице-президентом, эта синусоида как-то резко пошла вниз.
— От чего это зависело?
— От шептунов. Бурбулис постоянно напевал ему, что я подпиливаю стул под президентом. А главным шептуном был Коржаков.
— У вас с ним были напряженные отношения?
— Внешне — нормальные. Но, видно, такова уж психология этого человека: обязательно облить кого-то грязью. Вы почитайте его книгу о Ельцине, все будет ясно.
Несколько позже у нас с Коржаковым интересная история случилась. Конечно, прямых доказательств у меня нет, но больше — некому. Пригласили меня как-то на ЗИЛ, рабочие там взбунтовались. Зарплата — где-то 340 рублей в месяц, тогда на эти деньги можно было купить пару кило мяса и кило масла. Короче говоря, семью не прокормить. Ну, я и поехал. Успокаивать. Там еще Виктор Павлович Баранников присутствовал. Я распалился и говорю рабочим: вот вернется Борис Николаевич из отпуска, я его попрошу, чтобы он разрешил приставить мою охрану к Нечаеву (тогдашнему министру экономики), и посмотрим, как этот негодяй будет жить на 340 рублей.
Вернулся Ельцин, зовет меня на дачу — отметить его день рождения. Поехал. У него там Бурбулис, Баранников, Коржаков, еще кто-то. Поздороваться не успели, Ельцин мне говорит: “Ну, давай 340 рублей”. И включает запись. Все слушают. А там, значит, так. Мои слова “подредактировали”, Нечаева убрали, и получилось: дескать, вот вернется Борис Николаевич, я приставлю к нему свою охрану, дам 340 рублей и посмотрю, как этот негодяй будет на них жить.
Смотрю, Коржаков гаденько так улыбается.
И тут Баранников вмешался. Спрашивает: “Борис Николаевич, кто вам дал эту запись?” А у него, у Баранникова, привычка была: записывать то, что происходило на таких митингах. Он свою кассету достал, в диктофон вставил и включил. Ельцин послушал, схватил диктофон и шмякнул его об стену. А потом мне говорит: “Ладно, давайте будем работать. Я вам поручаю сельское хозяйство”.
— Это после его указа о расформировании колхозов и создании на их базе — за один год! — 200 тысяч фермерских хозяйств?
— Ну да. Чистейшей воды афера. У нас с ним по этому поводу много стычек было. В конце концов он назначил меня председателем межведомственной комиссии по борьбе с коррупцией. Через некоторое время я приношу ему очень острый доклад. Он доклад полистал и с ухмылкой говорит: “Ну-ну”. И все. А потом я выяснил, что Ельцин все пересказывал тем, о ком я писал в докладе. Тогда-то я и решил выступить на Верховном Совете.
— После этого памятного заседания вас и убрали?
— С Ельциным мы тогда на том и расстались. На следующий день приезжаю на работу, а постовой мне говорит: “Извините, но президент запретил вам въезжать на территорию Кремля”.
— Вы с Хасбулатовым были единомышленниками?
— Никогда. Мы совершенно разные люди. Но тогда, в августе 93-го, мы объединились. Решили провести съезд, разослали телеграммы депутатам. Из Кремля тоже посыпались телеграммы со всевозможными посулами — только чтобы никто не приезжал.
— А как повели себя коммунисты?
— Да какие они коммунисты! Они перевертыши. Они как флаг на бане: в какую сторону ветер, туда же и флаг. Вспомните 93-й год: куда делся их лидер после заседания Верховного Совета? Сказал, что идет поднимать народные массы. А 23 сентября — исчез. И больше его никто не видел. Позже, правда, мы увидели г-на Зюганова на телеэкране. Он призывал народ “не поддерживать мятежников”, “не участвовать в противостоянии”.
А потом, в конце того же года, те же “коммунисты” пришли в Думу, их там было большинство. И все эти законы о приватизации — иначе говоря, сигнал к тотальному разграблению страны — были приняты при их активном участии.
— Но кворум тем не менее был?
— Даже с излишком. Так что все было вполне законно. Мы и Бориса Николаевича пригласили. В качестве ответа на наше приглашение нас окружили колючей проволокой, собаками, отключили связь, электроэнергию, воду, канализацию... Что было дальше, вы знаете.
— Известно действительно многое, но кое-какие вопросы остаются до сих пор. Что явилось толчком к тому, что противостояние переросло в вооруженный конфликт?
— Провокация Терехова. Ну, тот самый, который руководит каким-то там “союзом офицеров”. С несколькими своими людьми он попытался захватить штаб войск СНГ, хотя никто ему этого не поручал. Кроме того — и это очень важно — у его людей было оружие со спиленными номерами. У охраны Верховного Совета был свой оружейный парк. Там был и пулемет, и автоматы, и снайперские винтовки. Потом, когда началось следствие, оно установило: все оружие Верховного Совета оставалось в смазке, из него не стреляли. Патроны оставались в оцинкованных ящиках.
— Откуда же взялось оружие у людей Терехова, да еще со спиленными номерами?
— Как говорится, хороший вопрос. Но у меня нет на него ответа. Зато я знаю, что перед тем, как появиться у нас, в Белом доме, Терехов встречался с руководителем управления ФСК по Москве и области Евгением Савостьяновым. Делайте выводы.
У меня и у самого есть любопытные вопросы. Как Терехов и его люди смогли пройти сквозь три или четыре цепи кордонов, окружавших Белый дом? Да еще с оружием? И как попали к нам баркашовцы, и тоже — со своим оружием?
— Вы хотите сказать, приход к вам Терехова с его людьми и баркашовцев — это была провокация спецслужб?
— Я уверен в этом на сто процентов. Их лозунги, которые они вывешивали, — “Бей жидов, спасай Россию!” — часть той же провокации. Я неоднократно посылал охрану сдирать эти лозунги. И несколько раз между охраной и баркашовцами возникали драки.
— Почему же вы не выставили их оттуда?
— А попробуйте выставить их в этом бардаке. Кстати, и ушли они из Белого дома подземными ходами, о которых никто, кроме работников спецслужб, знать не мог.
— Ну допустим. Но есть эпизод, за который несете ответственность лично вы. Я имею в виду ваш призыв к коллегам-летчикам: поднять самолеты в воздух и бомбить Кремль. Вы и сегодня подписались бы под ним?
— Сейчас, спустя десять лет, — нет. Но попробуйте представить себе ту ситуацию. Двухнедельная блокада, полное отсутствие возможности выразить свою позицию через СМИ, зверские избиения людей на подступах к Белому дому, расстрел демонстрации у здания мэрии, бойня в “Останкино”, стрельба из танков по зданию. В зал заседаний лупили прямой наводкой, причем снарядами, которые пробивают стену и взрываются внутри помещения. Там были реки крови, кишки на стенах, оторванные головы. Я все это видел. Наверное, я был не прав, обращаясь с таким призывом. Но это было практически неосознанно. Я не знаю, что стал бы делать другой человек в этой ситуации. Уже потом, в “Лефортово”, я и следователю сказал то же самое: вина — моя, я отвечаю за все.
— А как вели себя другие подследственные?
— Мне довелось читать некоторые протоколы допросов. За Хасбулатова было стыдно. От показаний “предводителя коммунистов” Анпилова, было такое ощущение, словно в дерьме извалялся. Протоколы допросов Янаева и Макашова было стыдно читать... Да ладно, Бог с ними со всеми...
 

Снайперы в октябре. Сколько их было? Кто они? Откуда?
Это одна из самых загадочных страниц октябрьских событий десятилетней давности. И до сих пор она остается загадкой. Конечно, не единственной. К примеру, на вопрос о количестве погибших и раненых есть множество ответов. А это значит, что скорее всего ни один из них не достоверен. Однако на некоторые вопросы ответов нет вовсе, и подступиться к ним практически невозможно. Прежде всего я имею в виду снайперов, о роли которых в те октябрьские дни так много говорилось позже практически во всех СМИ. Кто они, эти снайперы? Сколько их было? Откуда они взялись? И куда делись потом, когда все было кончено? И почему ни один из них не был пойман?

B книге “Записки президента” Борис Ельцин пишет о том, что 4 октября спецподразделения “Альфа” и “Вымпел” отказались подчиниться приказу и штурмовать Белый дом. Уговорить их должен был Михаил Барсуков — генерал-лейтенант, начальник Главного управления охраны президента:
“Барсукову с трудом удалось их убедить хотя бы просто подойти к “белому дому”, — вспоминает Ельцин. — То, что они находятся где-то рядом, психологически будет давить на засевших в здании, они раньше сдадутся... Тактика была у Барсукова простая: пытаться подтягивать их как можно ближе к зданию, к боевым действиям. Почувствовав порох, гарь, окунувшись в водоворот выстрелов, автоматных очередей, они пойдут и дальше вперед”.
Однако и подойдя к Белому дому, спецназовцы вовсе не торопились идти на штурм. Вот тут-то — очень вовремя! — выстрелом снайпера был убит младший лейтенант Сергеев.
“После того как бойцы “Альфы” узнали о том, что погиб их товарищ, — продолжает Ельцин, — многих не надо было уговаривать. Почти вся команда пошла на освобождение “белого дома”. Во главе “Альфы” шли Барсуков и начальник президентской охраны Александр Коржаков”.
Что это был за снайпер, Ельцин не уточнил. Из контекста нужно было понять так, что речь идет о снайпере, стрелявшем из Белого дома.
Год спустя после этих событий, в 1994-м, на мою долю выпала редкая удача. На мои вопросы согласился ответить человек, чью фамилию и даже имя я обещал не называть ни при каких обстоятельствах. Мне было позволено сообщить о нем лишь то, что он — высокопоставленный сотрудник спецслужб, и та часть информации (насколько я понял, весьма незначительная), которой он со мной поделился, получена им от его подчиненных и коллег — таких же профессионалов, как и он сам. По условиям нашей договоренности, даже голос его на пленке был мной изменен — интервью с ним было передано в эфир в октябре 1994 года на волнах радио “Свобода”, где я в то время работал.
Многое из того, о чем вы сейчас прочтете, может показаться невероятным даже спустя 10 лет. Ни подтвердить, ни опровергнуть эти сведения я не могу. А моему собеседнику не было нужды что-либо подтверждать. Он просто сообщил мне то, что считал возможным. Кстати, он и сегодня продолжает работать в той же спецслужбе — профессионалы его уровня нужны всегда.
 

* * *
— Что вам известно о снайперах, которые были задействованы в событиях 3—4 октября?
— По официальным и неофициальным оценкам, в Москве в те дни действовали 100—110 снайперов-профессионалов. Есть версия, будто это боевики, прибывшие из Абхазии и Приднестровья. Действительно, профессионалы там есть, но их немного. Согласно данным, которыми я располагаю, в Москве их было 8—10 человек.
— Не больше?
— Не больше. Их, профессионалов, и вообще-то мало. Кроме того, даже в поезде провезти снайперскую винтовку весьма затруднительно. Это не укороченный десантный автомат, это не АКС.
— Может быть, это были снайперы из бывших “афганцев”, которых привел к Белому дому Котенев? (подполковник запаса А.Котенев, председатель союза ветеранов Афганистана. Его “афганцы” выступили тогда на стороне Бориса Ельцина. — М.Д.)
— На мой взгляд, нет. Я сам неплохо стреляю и знаю, что для подготовки и тренировки снайперу необходимо хотя бы раз в неделю практиковаться. Бывшие “афганцы” такой возможности не имели. Кроме того, когда они пришли к Белому дому, их вооружили помповыми ружьями и АКС. Снайперских винтовок у них не было.
Правда, была еще одна группа, которая теоретически могла бы иметь возможность для введения снайперов в район боевых действий...
— Со стороны Белого дома тоже ведь были снайперы?
— Как раз о них я и хочу сказать. Именно там и находились снайперы из Абхазии и Приднестровья. Но в Белом доме, согласно известным мне документам, было не более 10 винтовок СВД. Если же иметь в виду другую, противоборствующую сторону, то в составе кремлевской охраны есть взвод “трассовиков-чердачников”. Эти люди прикрывают маршрут следования президента или оборудуют свои секторы во время его публичных выступлений. Они были задействованы в октябрьских событиях: даже в СМИ попадались сообщения о том, что при задержании снайпера он демонстрировал удостоверение спецслужб, в частности Министерства безопасности. Подобные удостоверения есть у сотрудников Главного управления охраны — в качестве документов прикрытия. Однако таких людей, обладающих профессиональными снайперскими навыками, тоже очень немного. Согласно моей информации, здесь были задействованы некие иные силы.
— Что вы имеете в виду? Согласно нехитрому подсчету, всего “октябрьских снайперов” было 20—25, ну 30. Но не 100—110! Откуда же взялись остальные?
— Начну с того, что это были настоящие профессионалы. Лейтенант группы “А”, которую журналисты окрестили “Альфой”, Сергеев, был убит пулей, которая попала между верхней границей бронежилета и нижней границей сферы. Для людей гражданских объясню: сфера — это специальный защитный шлем у спецназовцев. По сведениям от трассологов, выстрел был произведен из технического помещения фабрики имени Капранова, которое находится рядом с Белым домом. Это помещение долгое время использовалось КГБ СССР для наблюдения за американским посольством. Комната в этом помещении была оборудована еще 27 сентября.
— Чем оборудована?
— Всем необходимым для посменного дежурства снайперов.
— Что представляет собой граница между верхней частью бронежилета и сферой? Доступна ли она рядовому стрелку?
— По тем данным, которые я получил, у Сергеева этот промежуток составлял около двух сантиметров. Попасть в него может только профессионал высочайшего класса.
— Случайный выстрел вы исключаете?
— Не исключаю. Но вероятность его столь ничтожна, что ею можно пренебречь.
Другой факт. 119-й Наро-Фоминский полк, выведенный еще до октябрьских событий из Прибалтики (об этом мало кто знает — этот полк именовался еще “ачаловским”, поскольку до этого им командовал Ачалов, назначенный позднее Руцким министром обороны Белого дома. Полк шел на помощь Руцкому. Именно это давало основание Ачалову докладывать депутатам в Белом доме и Руцкому о том, что к ним спешат “верные” войска), — так вот, когда этот полк подошел к Белому дому, снайперскими выстрелами были убиты старший лейтенант Красников, рядовой Коровушкин и ефрейтор... (фамилия ефрейтора на пленке оказалась неразборчивой; позже я узнал, что это был ефрейтор Хихин. — М.Д.) Кто в них стрелял?
— После этого, как я понимаю, настроения в 119-м полку резко переменились?
— Правильно.
— В том техническом помещении фабрики имени Капранова — что там было еще обнаружено? Помимо того, о чем вы уже рассказали?
— Будем считать, что я не понял вашего вопроса.
— Вы так и не сказали о том, откуда же взялись все эти снайперы.
— В качестве ответа я предложу вам несколько разрозненных фактов.
В августе один из близких Коржакову людей, генерал Просвирин (генерал-майор Борис Просвирин, заместитель начальника охраны Президента РФ. — М.Д.), через швейцарскую резидентуру установил неформальные контакты со спецслужбами нескольких европейских государств. 17 сентября с Кипра в “Шереметьево” прилетели несколько групп туристов, среди которых были только мужчины. Документы о прилете этих групп почему-то не сохранились.
— Откуда вы знаете, что — не сохранились?
— Так меня информировали мои люди. Как и о том, что не сохранились документы на прилет некоей команды по регби, которую, если я не ошибаюсь, 27 сентября в аэропорту “Шереметьево” встречал сам Коржаков. Ни по линии спорткомитета, ни по линии каких-либо спортивных клубов никаких соревнований по регби в тот период не было. До встречи этой группы сначала Коржаков, а потом Просвирин на оружейном складе милиции особого назначения в Реутове получили снайперские винтовки СВД.
— В каком количестве?
— По той информации, которую получил я, — 50 и 52 винтовки соответственно.
Вот еще один факт. В гостинице “Мир”, откуда — уже после убийства Сергеева — шла стрельба по группе “Альфа”, впоследствии в одной из комнат были обнаружены четыре трупа. Один из них — в форме подполковника милиции. По данным моих информаторов, этот человек являлся сотрудником Главного управления охраны. Трое других — в штатском, без документов.
— С оружием?
— Неподалеку от них были обнаружены две снайперские винтовки СВД. Кому они принадлежали, сказать невозможно, поскольку следственные действия по поводу гибели этих людей, насколько мне известно, не проводились.
Я хорошо помню румынские события. Там снайперы, тоже не пойманные и никем не виденные, расстреливали обе противостоящие стороны — чтобы таким образом развязать руки более сильной стороне. Между собой мы этот прием условно называем “пикадилья”. Во время корриды есть люди, которые маленькими дротиками специально злят быка, чтобы против тореро он казался более разъяренным. Зрителям кажется, что из-за этого бык становится страшнее, а на самом деле — безопаснее.
Еще один любопытный факт. Сразу же после октябрьских событий Москву покидали группы мужчин, среди которых можно было узнать тех, кто прилетал в качестве регбистов или туристов с Кипра. Они уезжали поездами на Варшаву, Берлин и Бухарест. Причем ехали они в тех купе, билеты в которые по заведенной много лет назад практике продавались по брони КГБ...
— Версии в данном случае — дело неблагодарное и даже опасное. Однако допустим — я подчеркиваю: допустим, — эти люди, которые прилетали в Москву накануне октябрьских событий и уезжали по броне КГБ, и были теми неведомыми нам снайперами. Подобное использование профессионалов-иностранцев — насколько распространена такая практика во взаимоотношениях между спецслужбами?
— Мне известны случаи, когда корпоративность спецслужб оказывалась намного сильнее политических связей глав государств. Мне также известны случаи, когда специалисты из российских спецслужб своим физическим участием помогали в борьбе с организованной преступностью в европейских государствах, где наши соотечественники были задействованы против так называемой “русской мафии”.
По поводу истории со снайперами скажу вам так. В отличие от многих военных я — не подписчик газеты “День” (сейчас она называется “Завтра”. — М.Д.), которая не раз выстраивала бредовую версию о приезде в Москву еврейских боевиков, из которых здесь формировались боевые отряды... Оставим эту версию “патриотам”. Я лишь рассказал вам о некоторых разрозненных фактах, полученных мной по моим служебным каналам.

 

Марк ДЕЙЧ

 

“Tрио” в кабине


Сегодня в Москве — премьера картины “Трио” Александра Прошкина (“Холодное лето пятьдесят третьего”). Кино это — авторское, и будет ли оно интересно зрителю — вопрос спорный. Но вот те, кто в этом фильме снимался, интерес вызывают несомненный.
“МК” представляет актера Михаила Пореченкова, сыгравшего в “Трио” одну из главных ролей, и дебютантку Марию Звонареву, которой многие критики прочат успешную карьеру в кино.


“Трио” — криминальный экшн (жанр определяли прокатчики, но слишком обольщаться не следует), написанный сценаристом Александром Миндадзе, постоянным соавтором фильмов Вадима Абдрашитова. Все, что выходит из-под его пера, — своеобразно и художественно. На этот раз его причудливая метафорика попала под жесткую и горячую руку режиссера Александра Прошкина. И получилось слегка невнятное, но вполне приличное кино: немного про любовь, чуть больше — про смерть, и еще про атмосферу смерти, в которую погружаются главные герои — два “дальнобойщика” (Михаил Пореченков и Андрей Панин) и “проститутка”, которую играет Мария Звонарева. На самом деле — это опергруппа, которая “на живца” ловит бандитов, грабящих грузоперевозчиков. Почти весь фильм снят в кабине фуры, крупные планы, и безусловно — крепкая актерская игра.
— Картину снимали в оренбургских степях, — рассказывает Михаил Пореченков, — и съемки были тяжелые, условия — почти невыносимыми. Все в кабине, втроем — физически сложная работа.
— Вы сами в картине водите?
— Андрей не водит машину вообще и когда он в кадре за рулем — нас возили на сцепке. А я иногда вел сам, иногда — тоже на сцепке, потому что в определенные моменты окно кабины заклеивается специальным светофильтром, чтобы рассеивать свет, и дороги не видно. А когда можно было ездить — я ездил сам.
— Тяжело одновременно ехать и играть?
— Нет. Я уже давно за рулем, с 1986 года, поэтому делаю это практически на автомате.
— В дуэте с Паниным легко игралось?
— Просто прекрасно! Он мастер очень большого уровня, высокой школы. Я осмелюсь сказать, что после этой съемки мы стали друзьями, и теперь мы часто созваниваемся, чтобы просто спросить друг друга: “как дела?”
— В разных интервью вы говорили, что мечтаете спеть в кадре. Мечта сбылась?
— Частично — да (герой Пореченкова — милиционер, играющий в самодеятельности. — К.Ш.). Голос в картине, понятно, не мой, потому что мне так не спеть, у меня нет слуха и голоса. Но на съемках петь приходилось.
— Славу вам принесли сериалы. И деньги, как я понимаю, тоже. А у Прошкина, получается, ради искусства снимались?
— Каждый труд, конечно, должен оплачиваться, но когда начинаешь общаться с этими людьми — с Прошкиным, с Паниным, — какие, к черту, деньги, разве можно это измерить деньгами? Так же, как я не знаю, какими суммами измерить количество затраченных усилий. Какими суммами измерить то, что мы вложили, оторвали по куску от себя?.. А все то, что платится, — это ж не деньги, если уж серьезно говорить.
— Вам приходилось выбирать между прибыльными, чисто коммерческими проектами, и такими, как, скажем, фильм Прошкина?
— Однозначно — если Александр Анатольевич скажет, что денег нет и он может платить совсем копейки, то я все равно буду у него сниматься.
— А семью чем кормить будете?
— Теперь я могу уже себе это позволить. Раньше было сложнее.
В команде с такими мастерами, как Андрей Панин и Михаил Пореченков, сыграла Мария Звонарева. Она — дебютантка и сразу получила главную роль. Появление новых лиц в кино всегда приветствуется, тем более — женского пола, потому что проблема серьезных женских ролей с каждым годом становится все острее. А у Марии Звонаревой есть все шансы для того, чтобы стать заметной фигурой в кино — посмотрите фильм, и вы со мной согласитесь. Недавно, 3 октября, ей исполнилось 29 лет. После фильма “Трио” она снялась в картине Андрея Прошкина, сына Александра Прошкина, “Игра мотыльков”.
— Маша, расскажи, откуда ты такая взялась?
— Я родилась в семье педагогов: мама учитель русского и литературы, папа — физики. Закончила Воронежский государственный институт искусств, актерский факультет. Сейчас играю в Рязанском областном драматическом театре.
— И как попала в кино?
— Банальная случайность. К нам в театр приезжали фотографировать актеров: “Алло, мы ищем таланты!” Я сидела дома, болела, и мой муж, тоже актер, уговорил меня пойти фотографироваться. Потом мне позвонили из Москвы, и я поехала.
— Первая роль, да еще в такой “звездной” команде, — не растерялись?
— Конечно, растерялась, как и всякий нормальный человек, который оказался бы на моем месте. Я держалась дома за батарею и говорила мужу: “Олег, а может, я не поеду? Там же все звезды, наверное, монстры какие-нибудь”. Но все оказалось проще, чем можно было себе представить. Мне было комфортно и приятно работать и с Пореченковым, и с Паниным. И потом — когда ты к людям по-человечески относишься, они отвечают тебе тем же — иначе просто и быть не может.
— Какие моменты съемок запомнились больше всего?
— У меня все слилось в единую радугу, и все переливается разными цветами. Я все время и хохотала, и плакала, и все — одновременно. Ничего не хочу выделять.
— В Москву не собираешься перебраться?
— Вопрос не в том, хочу я или нет. Вопрос в возможности. Если она представится, тогда — да.
— Как в театре отнеслись к твоему триумфу?
— По-разному. Все делают вид, что ничего не произошло. И это очень хорошо. А потом, я не создаю прецедентов, так что все в порядке.
— Режиссер не ревнует?
— Ревнует, наверное. Во всяком случае, я на это надеюсь — артистов должны ревновать, особенно режиссеры.
— Чувствуете, что вытянули счастливый билет?
— В Рязани я знаю только одну актрису, сыгравшую в большом кино значительную роль. Больше подобных прецедентов я не знаю. Поэтому, конечно, счастливый билет. Кроме плюсов в этом есть, конечно, и минусы, но все равно билет — золотой.

Марк ДЕЙЧ, Константин ШАВЛОВСКИЙ
 

Силовики в законе


“Международная амнистия” заявляет: сегодня в Российской Федерации откровенно нарушаются права человека.
О том же самом говорят и российские правозащитники.
Недавно Андрей Бабушкин (Общественный благотворительный комитет “За гражданские права”), Лев Пономарев (Общероссийское общественное движение “За права человека”) и Юрий Самодуров (Общественный центр имени Андрея Сахарова) собрали пресс-конференцию. Их мнение было единым: начиная с 2000 года, когда высокие посты в государстве были отданы представителям так называемых спецслужб, положение с правами человека в нашей стране — и без того не слишком радужное — стало стремительно ухудшаться. То, что оно, это положение, и до того было далеким от идеала, мы знали. А если не знали, то догадывались.
О произволе правоохранительных органов, о следствии, превращенном в конвейер пыток, писали практически все СМИ. Но лишь до тех пор, пока власть смотрела на эти писания сквозь пальцы. В последние годы к нескончаемой войне в Чечне добавилось нарастающее давление на СМИ, на общественные организации, на бизнесменов. Были ликвидированы независимые общенациональные телеканалы (НТВ и ТВС). После этого цепная реакция охватила регионы: закрыты независимые от властей местные СМИ. В результате о нарушениях законов, прав и свобод наших сограждан рассказывать стало просто некому.
Практически мы уже вернулись в советскую власть.

Тенденция началась с назначения семи “надзирающих” от имени президента — полпредов. Пятеро из этой “великолепной семерки” — люди в погонах. Иначе говоря — силовики.
Сразу оговорюсь: в принципе я не вижу ничего плохого в том, чтобы на ответственных постах в стране утвердились люди военные или даже представители спецслужб. Подобная тенденция наблюдается во многих демократических странах. К примеру, в США бывшие шефы ЦРУ становились президентами. И при этом, конечно же, они окружали себя “своими людьми”, работавшими когда-то в той же спецслужбе. Однако эти “свои” никогда не пытались вмешиваться в частный бизнес или давить на СМИ. Дело в том, что эти люди были ответственны не только перед своим начальством, но и перед обществом. А вот тут мы еще пока явно недотягиваем.

* * *
На днях влиятельная американская газета “Вашингтон пост” напечатала большую статью об избранном в прошлом году губернаторе Смоленской области Викторе Маслове. Казалось бы: что они там забыли, в нашем Смоленске? Конечно же, ничего забыть там они не могли. Но в ситуации, сложившейся на Смоленщине, американцы увидели тенденцию. А тенденция такова.
Усевшись в губернаторское кресло, генерал-майор КГБ Виктор Маслов “зачистил” администрацию области, назначив на ключевые посты бывших своих коллег по КГБ. Следующий его шаг — контроль над региональными СМИ.
Однако еще до своего губернаторства, во время избирательной кампании, г-н Маслов организовал прослушивание телефонных разговоров тогдашнего губернатора. Между прочим, коммуниста. Факт прослушивания подтвердил прокурор области.
Заполучив вожделенное кресло, г-н Маслов добился, чтобы заместителя его предшественника, Анатолия Макаренко, обвинили в коррупции и посадили. С декабря прошлого года зам предшественника сидит в тюрьме под следствием. Макаренко утверждает, что причина его ареста — в обвинении, которое он выдвинул против Маслова: будто бы в недавнем прошлом новый губернатор получал от Макаренко ежемесячные взятки в размере 2000—5000 долларов.
Непонятно, правда, где зам губернатора-коммуниста брал деньги на взятки. Но дело не в этом. Дело в том (как утверждает газета “Вашингтон пост”), что г-н Маслов расставил “своих людей” из КГБ-ФСБ на важнейшие посты в администрации области. Нынешний руководитель регионального фонда медицинского страхования — бывший сотрудник печально известного Пятого управления КГБ СССР. Другой “человек в погонах”, 16 лет проработавший в КГБ и ФСБ, занял пост руководителя департамента имущества. Этот товарищ, некто г-н Хрол, заявил: “Я ушел из органов безопасности, чтобы последовать за своим генералом. Ему была нужна поддержка от людей, которым он мог доверять. Мы пошли за нашим генералом точно так же, как те, кто работал вместе с Путиным, пошли за ним”.
Красноречивое признание.
В одном из интервью г-н Маслов высказал сожаление по поводу того, что нынче нельзя вершить суд и расправу по образцу 1937 года. Правда, тут же поспешил добавить, что в новой России “это неприемлемо”. Но многие чутко уловили в речи нового губернатора перемену климата.
Очень скоро ее, эту перемену, почувствовали и местные СМИ. Газету, которую поддерживал прежний губернатор, закрыли, вместо нее появилась новая — “Смоленская газета”. В мае этого года в одном только номере она опубликовала 32 (!) фотографии г-на Маслова.
“Всякая критика в адрес правящей команды запрещена, — сказал редактор одной из местных газет, вынужденный уйти со своей должности. — Нам просто запретили писать что-либо порочащее губернатора. По иронии судьбы при прежнем губернаторе-коммунисте мы пользовались куда большей свободой слова”.
А теперь вспомним старинное российское правило: все, что происходит на местах, планируется в центре.
 

* * *
Последняя новость: в Москве будет воздвигнут памятник Андропову. Хорошо хоть, что не на Лубянской площади. Не на месте Железного Феликса.
И дело не столько в том, что Юрий Владимирович — продолжатель дела Ленина—Сталина в борьбе с инакомыслием. И не только в том, что он — идейный вдохновитель создания карательной психиатрии. А все в том же: в тенденции. Между прочим, до сих пор в столице нет памятника миллионам жертв коммунистических репрессий. Могли бы и с Андроповым подождать. Но кому-то, видно, не терпится. Кому?
Руководитель Центра изучения элиты Института социологии РАН Ольга Крыштановская приводит любопытные данные. В последние годы советской власти в Политбюро ЦК КПСС — высший орган власти СССР — входили лишь два “силовика”: министр обороны и председатель КГБ. Даже министр внутренних дел в Политбюро не входил. В ЦК “людей в погонах” было больше, около 7%, — главным образом за счет представителей армейских кругов. При Горбачеве среди высших чиновников страны “спецслужбистов” и военных было всего 3%. При Ельцине — 11%. С приходом Путина количество силовиков возрастает лавинообразно. Сейчас в высшем руководстве страны их более 50%. То есть каждый второй. Немного иная ситуация в правительстве. В конце советского периода силовиков там 5%, сейчас — почти 33%.
Сей феномен Ольга Крыштановская объясняет следующим образом. Придя к власти, Путин должен был создать некую группу поддержки. Для нее ему нужны были “свои люди”. Он привел с собой нескольких бывших своих сослуживцев, каждый из которых, в свою очередь, привел еще 20-25 человек. И так — в геометрической прогрессии.
В законодательной власти, по мнению Крыштановской, процесс аналогичный, хотя и более замедленный. В верхней палате силовиков сейчас 15%, в Думе — около 10%. Но число их будет увеличиваться. При этом Ольга Крыштановская считает, что полагаться на “демократический фактор” не имеет смысла: спецслужбы потому и “спец”, что их действия нелегитимны, но осуществляются они под прикрытием государства. Деятельность спецслужб всегда как бы вне закона.
К этой тенденции Ольга Крыштановская относится с опаской. Ее настораживает, что эта опаска отсутствует в обществе. “Где наши правозащитные организации, где голос интеллигенции?” — спрашивает она. Ведь еще немного — и будет поздно: идет ускоренный процесс установления в России авторитарного режима.
 

* * *
Нет, наши правозащитники не молчат. Но их мало кто слышит.
Вернусь к недавней пресс-конференции. Выступавшие тоже говорили о тенденции. Например, о ликвидации Комиссии по помилованиям при Президенте РФ, президентом же и распущенной. Теперь вопросы помилования отданы на откуп региональным комиссиям при местных администрациях. Работа этих комиссий строжайшим образом контролируется, после чего решения проходят сквозь фильтр заместителя главы Администрации Президента, генерал-лейтенанта КГБ Виктора Иванова. Именно этот человек, утверждают правозащитники, готовит документы по помилованиям на подпись Путину. Причем готовит их, сообразуясь с собственными, специфически ведомственными представлениями о гуманности.
Напомню, что раньше Комиссию по помилованиям возглавлял очень совестливый человек — писатель Анатолий Приставкин.
Говорили правозащитники и о новом законе “О гражданстве”, после принятия которого 7 миллионов человек оказались гражданами непонятно какой страны, а еще 5 миллионов окончательно потеряли надежду на получение российского гражданства. И о новом УПК, провозгласившем состязательность сторон в судебном процессе, но на деле являющемся лишь декларацией, игнорируемой и следствием, и судом.
И конечно же, говорили о прокурорской атаке на компанию ЮКОС.
 

* * *
Атака началась 19 июня — с ареста начальника отдела экономической безопасности ЮКОСа Алексея Пичугина. Ему предъявили обвинение в двойном убийстве, совершенном в прошлом году в Тамбове. Далее в “деле Пичугина” началась фантасмагория, которая, по-видимому, ныне является обычной прокурорской практикой.
На момент убийства у Пичугина было стопроцентное алиби: он находился в Москве — это могут подтвердить не менее двух десятков свидетелей. Прокуратура алиби Пичугина игнорирует.
Суд тоже игнорирует. Тот самый, Басманный. Мне уже приходилось писать о том, что почему-то именно Басманный суд Москвы в особо щекотливых случаях штампует прокурорские ходатайства о взятии обвиняемых под стражу. Так произошло и с Пичугиным.
Началось следствие. Любопытно, что вопросы следователей прокуратуры по большей части касались положения дел в ЮКОСе. Понятно почему: начальник отдела экономической безопасности — лицо весьма и весьма информированное. Непонятно другое: при чем здесь убийство?
Прокуратура представила в суд материалы, обосновывающие необходимость содержания Пичугина под стражей. Адвокаты, пожелавшие ознакомиться с этими материалами, получили отказ. Дескать, покажите нам, сказали адвокатам в прокуратуре, где написано, что мы обязаны знакомить вас с этими материалами.
В сущности, замечательный “довод”. Вроде бы с недавних пор у нас действует закон: разрешено все то, что не запрещено. При советской власти было иначе — запрещалось все то, что не разрешено. Похоже, наша прокуратура уже вернулась под сень этой власти. А может, никогда ее и не покидала?
Басманный суд прокуратуру, ясное дело, поддержал. Но после вмешательства более высокой инстанции все-таки сжалился и разрешил адвокатам ознакомиться с этими материалами. Материалы — на 67 страницах. Делать выписки или надиктовывать на магнитофон — запрещено. Оставалось одно: запоминать. Попробуйте выучить наизусть 67 страниц текста, причем отнюдь не стихотворного...
По-видимому, Басманный суд столицы именно так понимает право обвиняемого на защиту.
“Проверкой не было установлено каких-либо нарушений уголовно-процессуального законодательства в ходе расследования уголовного дела в отношении Пичугина. Все предусмотренные Уголовно-процессуальным кодексом России действия проводились в присутствии адвокатов Пичугина”, — утверждают представители Генпрокуратуры.
Врут. Адвокатам не дали возможности присутствовать ни при одной экспертизе, а с постановлениями об их назначении защитников знакомили уже после проведения этих экспертиз. Более того: по сведениям от правозащитных организаций, Пичугину делали инъекции психотропных и наркотических веществ (об этом, в частности, свидетельствуют следы уколов на его руках). На требование защиты — провести медицинское освидетельствование — следователи прокуратуры ответили отказом. Обращение в ФСБ также ни к чему не привело: наши славные чекисты ответили, что во время допросов подследственный “сознания не терял”. На просьбу адвокатов — допустить к Пичугину врача — следователи прокуратуры сослались на необходимость разрешения от ФСБ, а ФСБ — на необходимость такого разрешения от прокуратуры. Просьба родственников Пичугина о свидании с ним, по словам следователя, “где-то затерялась” (это, заметьте, официальное заявление представителя прокуратуры). А в частной беседе с теми же родственниками тот же представитель вскользь заметил: “Зря вы всё журналистам рассказали”.
В “деле Пичугина” суд отказал защите в ознакомлении с доказательствами следствия, в возможности изучения материалов дела. И когда, после всех этих издевательств, адвокаты заявили отвод суду — вновь отказ. Такая вот “состязательность сторон”.
В довершение ко всему от адвокатов потребовали дать подписку “о неразглашении”. Словно речь идет о государственной тайне.
Тайна действительно имеется. Суть ее — в циничной скоординированности действий ФСБ, прокуратуры и суда, игнорирующих гражданские права. Наши с вами права, граждане.
 

* * *
Потом арестовали совладельца ЮКОСа Платона Лебедева, обвинив его в мошенничестве и нарушении законодательства по приватизации.
Дважды суд — все тот же, Басманный, — продлевал пребывание арестованного под стражей. Хотя, между прочим, высшее должностное лицо страны на весь мир заявило о том, что негоже держать человека в тюрьме только лишь по подозрению в совершении экономического преступления.
Лебедева — держат.
В сентябре предварительное следствие по его делу было завершено. 146 томов. Защита вновь обратилась в суд с ходатайством: разрешить обвиняемому знакомиться с этими томами в нормальной обстановке, находясь под подпиской о невыезде. Суд перво-наперво объявил заседание закрытым. Почему? Да не почему. Просто объявил, что заседание — закрытое, и все дела. А потом и в ходатайстве отказал. А это почему?
Ну как же, причины имеются. Веские. Немногим ранее Басманный суд отказался приобщить к делу медицинские документы, свидетельствующие “о хронических заболеваниях Платона Лебедева, не позволяющих ему находиться под стражей” (напомню, что Лебедев был привезен в “Лефортово” прямо с больничной койки). Значит, не поверил суд болезням обвиняемого. Стало быть — симулянт. А раз так, то и всему остальному веры нет. Вот ведь утверждает же Генпрокуратура, что в аэропорту “Внуково” стоит “под парами” принадлежащий ЮКОСу самолет, готовый в любой момент умчать Лебедева в дальние заграничные края. Правда, защита предоставила суду справку из аэропорта о том, что там, в аэропорту, нет самолетов, имеющих хоть какое-то отношение к ЮКОСу. Но и к этому документу суд отнесся с недоверием.
Помимо того что Лебедев собирается сбежать, суд предположил, что обвиняемый может оказать давление на свидетелей по делу. А кто же эти свидетели? Да вот они: “...Не установленные следствием лица принимали участие в совместной преступной деятельности”.
 

* * *
Совсем недавно была осуществлена еще одна силовая акция. На первый взгляд — против все того же ЮКОСа. Но это только на первый взгляд.
3 октября вооруженные люди окружили детский лицей-интернат в подмосковном Коралове. Предъявили постановление на обыск, подписанное первым заместителем генпрокурора г-ном Бирюковым.
В интернате, который содержится на деньги ЮКОСа, учатся и живут 125 детей. Главным образом — сироты. Многих из них, потерявших родителей в “горячих точках”, вывозили на военных вертолетах. Есть дети погибших пограничников, среди них — сын генерала Гамова. Здесь воспитывался и Алексей Лисичников, который чудом выжил после взрыва его дома в Каспийске; вместе со своим годовалым братом он сумел дождаться спасателей. Здесь живет и учится мальчик, оставшийся круглым сиротой после трагедии “Норд-Оста”... В списке детей через одного — пометка: отец погиб.
Что же искали в интернате работники Генпрокуратуры в сопровождении вооруженных автоматами “спецслужбистов”? Материалы об уклонении ЮКОСом от уплаты налогов. Дескать, такие данные могли оказаться в стареньком компьютере, давным-давно привезенном в интернат из ЮКОСа.
Подобную версию мог выдвинуть только какой-нибудь шибко умный прокурор.
Улов оказался небогатый. Служебная переписка относительно постройки прачечной при интернате, несколько хозяйственных распоряжений, план комплекса зданий и сервер. После налета детей пришлось в буквальном смысле слова приводить в чувство — многие были сильно напуганы... “Нас закроют?” — спрашивали они воспитателей.
Для чего была нужна эта силовая акция? На мой взгляд, в назидание: дескать, имейте в виду, ежели мы чего задумали — сделаем непременно, никакие дети нас не остановят. И вообще: лес рубят — щепки летят.
...Как-то сотрудники ЦОС Генпрокуратуры убеждали меня в том, какой, мол, замечательный у них первый зам г-н Бирюков: честный, принципиальный и человечный. Спустя короткое время, когда выяснится (а это выяснится непременно), что действо в кораловском интернате было затеяно попусту, — соберется ли г-н Бирюков извиниться перед детьми, испытавшими по его вине еще одно серьезное потрясение?
Сомневаюсь.
 

* * *
Теперь — итоги. Неутешительные.
Дело, конечно, не только и не столько в ЮКОСе. Мы можем со злорадным любопытством понаблюдать за тем, как силовики расправляются с очередным “олигархом” и его бизнесом, который, между прочим, вносит существенную лепту в благосостояние нашей страны. Потом мы с тем же, еще не остывшим любопытством понаблюдаем за тем, как разделаются с предпринимателями пожиже.
Но ведь потом-то — примутся за нас. Потому что предпринимателей не останется, а без расправ силовики никак не могут.
В совместном обращении шести российских правозащитных организаций говорится:
“Урок “прокурорской” атаки на крупный капитал безусловно будет повторен и умножен на иных уровнях, вплоть до самого малого бизнеса, до простого гражданина страны, если его интересы пересекутся с интересами беззастенчивого силовика. Сегодня мы заявляем о том, что за все годы, прошедшие с начала демократических преобразований в России, угроза правам человека как никогда велика. И если в дальнейшем общество окажется бездействующим, то происходящие процессы могут принять необратимый характер и поставить под угрозу существование гражданского общества в России”.

Марк ДЕЙЧ
 

Специалист по монстрам.Человек, который “вычислил” Чикатило


Очень трудно писать о человеке, которого никто не знает.
Впрочем, это не совсем так. В узком кругу этот человек хорошо известен.
Александр Бухановский — доктор медицинских наук, профессор юридического факультета Ростовского государственного университета, в Ростовском медицинском университете заведует кафедрой психиатрии и наркологии. Он же — глава лечебно-реабилитационного центра “Феникс”. Кроме того, профессор Бухановский — член двух американских академий: Академии судебных наук и Академии психиатрии и права. Еще — почетный член Ассоциации европейских психиатров (этого звания удостоены лишь четверо российских специалистов).
Не так давно его приглашали в Нью-Йорк — прочесть лекцию для выпускников Академии ФБР. Авторитетнейший международный журнал, издающийся в США, — “Поведенческие науки и закон” — в одном из ближайших номеров публикует статью Бухановского, предоставив под нее 30 страниц (всем другим авторам журнал предоставляет не более 10 страниц своей площади).
Александр Бухановский — крупнейший в мире специалист по серийным убийцам.

Я познакомился с Бухановским в 1992 году в Ростове-на-Дону, когда вел репортажи “из зала суда” во время процесса по делу Чикатило. Я имел возможность на протяжении многих дней наблюдать убийцу, говорить с теми, кто имел непосредственное отношение к этой трагедии. Сумел даже заглянуть в некоторые страницы уголовного дела. Поэтому сначала — небольшое предисловие к интервью с профессором Бухановским.
К началу судебного процесса жителю Ростова Андрею Романовичу Чикатило исполнилось 56 лет. С декабря 1978 по ноябрь 1990 года он совершил с особой жестокостью 53 убийства на сексуальной почве. “В том числе (цитирую по судебному делу. — М.Д.): а) 21 мальчика в возрасте от 8 до 16 лет; б) 14 девочек в возрасте от 9 до 17 лет; в) 18 девушек и молодых женщин”. В зале суда были оглашены чудовищные подробности убийств: множественные ножевые ранения жертв, уже у мертвых — разрезанные животы, отрезанные молочные железы, вырезанные половые органы...
Были арестованы несколько человек. У одного из них признания были выбиты, он признался и был расстрелян. Между тем убийства продолжались.
Этим делом автономно занимались три следственные группы. В конце концов ближе всех к Чикатило подобралась группа, которой руководил Виктор Бураков. И не в последнюю очередь потому, что Буракову помогал психиатр Александр Бухановский. В 1986 году он выполнил “проспективный портрет преступника” (термин, введенный Бухановским): 67 страниц плотного машинописного текста. Он угадал практически все: возраст, рост, “астеническое телосложение”, болезни (вегетососудистая дистония), род занятий. Бухановский предсказал одежду убийцы и даже его портфель, с которым Чикатило не расставался и в котором носил орудия преступлений.
Когда его все-таки арестовали, ситуация создалась сложная. Прямых улик против Чикатило не было, а от показаний он категорически отказывался. Срок содержания под стражей истекал, подозреваемого предстояло выпустить. И тогда Бураков вновь пригласил Бухановского. Психиатр проработал с убийцей день — с утра до вечера, — а наутро Чикатило начал давать показания.
Во время процесса и позже я неоднократно пытался взять интервью у Александра Бухановского. Он отказывался. Более всего меня интересовал вопрос: вменяем ли Чикатило? На суде была представлена лишь одна точка зрения — Института им. Сербского. Многие психиатры, особенно в то время, полагали, что школа, представляемая Институтом Сербского, весьма тенденциозна: многие годы институт занимался не столько наукой, сколько политикой, признавая невменяемыми инакомыслящих.
Суд поддержал точку зрения психиатров института: Чикатило вменяем. И приговорил его к расстрелу.
За прошедшие годы — после суда над Чикатило — Александр Бухановский не дал ни одного интервью. Это — первое.

— Александр Олимпиевич, как случилось, что вы начали заниматься серийными убийцами?
— Как раз с Чикатило все и началось.
Как-то пришел ко мне Виктор Бураков, тогда — капитан (сейчас он генерал). Он искал возможные подходы к убийце. Тогда ведь и термина у нас такого не было — “серийный убийца”... Поначалу разговора у нас не вышло. Я сказал: не моя тема. Но Бураков был настойчив. Мы встречались еще несколько раз, в конце концов он открыл передо мной уголовное дело и показал фотографии: растерзанные трупы детей. Я чуть с ума не сошел, моей дочке было тогда 15 лет. И я сказал: давайте попробуем.
— С чем вы работали?
— С оперативными данными. Ну, может быть, не со всеми, точно я не знаю. Мне предоставили свидетельские показания — как и откуда пропадает ребенок. Описания мест происшествий. Акты вскрытий и экспертиз. Все это привозили мне домой: я люблю работать только у себя дома. Причем с этим делом я работал ночами, потому что днем был занят в институте.
— Практически вы начинали с нуля?
— В случае с Чикатило многое пришлось изобретать, строить соответствующие таблицы с алгоритмами поведения этого человека. Мы впервые работали с серийным убийцей.
— Но ведь в ту пору была версия, будто речь идет не об одном убийце, а о нескольких...
— Версий было много. Будто бы один из убийц — гомосексуалист, в Ростове перешерстили тогда всех гомосексуалов. Или что убийца — шизофреник. Была даже версия, согласно которой убийцей был медик, занимавшийся трансплантологией органов. Кстати, по этой версии я тоже попал в число подозреваемых, поскольку занимался проблемой транссексуалов.
— Вы и сейчас занимаетесь этой проблемой?
— У нас накоплен огромный материал в этой области — пожалуй, самый большой в Европе. Первую операцию мы сделали в 1972 году, когда это было абсолютно запрещено. С тех пор — более 500 случаев. Хотя в те годы положение в этой сфере было странное: во всех странах проблема транссексуалов есть, а у нас ее как бы нет.
— Вернемся к вашей работе по делу серийного убийцы.
— Мое описание преступника (напомню: в тот момент еще никто не знал, что речь идет о Чикатило) произвело впечатление на Буракова, мы стали тесно сотрудничать. Я участвовал в обучении оперативной группы. Дело в том, что оперативники совершенно не представляли, о чем идет речь. Я читал им лекции по криминальной психиатрии. Кроме того, я консультировал некоторые оперативные мероприятия. К примеру, группа Буракова разработала операцию под названием “Манок”. В те места, где мог появиться преступник, подсаживали оперативника, который изображал психически неполноценного человека, — именно на таких преступник “западал” в первую очередь. Оперативником была женщина. На три дня я поместил ее в клинику, чтобы она переняла манеру поведения некоторых больных. Об этом никто не знал — ни персонал, ни больные.
— Операция “Манок” сработала?
— Нет. Операций, кстати, было несколько. Иногда кого-то задерживали, Бураков мне звонил, даже ночью: просил приехать и “посмотреть” — не может ли очередной задержанный оказаться тем убийцей.
— Как вы это определяли?
— Я выстроил модель психического заболевания этого человека. В дальнейшем, когда Чикатило был арестован, моя модель полностью подтвердилась. Это был человек с органическим заболеванием мозга и последующими изменениями характера. При встрече с задержанным мне нужно было определить, соответствует ли ему мое описание.
Я обращаю ваше внимание: я работал не как эксперт, а как врач. Серийные убийства (или иные серийные противоправные действия) иначе называются так: многоэпизодные преступления, совершенные в условиях неочевидности. Для следователя эта неочевидность означает только одно — отсутствие явного мотива и материальных улик преступления. Врач видит ситуацию иначе. Серийный преступник оставляет следы, которые следователь лишь фиксирует. А врачу они говорят о многом. Например, манипуляции с глазами: когда преступник выкалывает своим жертвам глаза или вырывает их из глазниц. Случайностей здесь не бывает, эта жестокость свидетельствует об определенном этапе развития болезни.
Подобные следы оставлял и Чикатило. Изучив эти следы, я и составил проспективный портрет.
— Почему же им не воспользовались?
— Ну это все-таки не фотопортрет и даже не фоторобот. Этот портрет — психологический и поведенческий, хотя некоторые внешние данные в нем присутствовали.
— Как случилось, что его все-таки задержали?
— В тех местах, где он мог появиться, были организованы засады. На одну из них он и вышел после очередного убийства. Могли и отпустить — никаких улик при нем не было. Разве что несколько неряшливый вид... Задержали, а немного позже выяснилось, что его один раз уже арестовывали при аналогичных обстоятельствах, но тогда — выпустили.
— Вас известили о его аресте?
— Ну что вы! Это была совершенно секретная информация, а в оперативную группу я ведь не входил. Меня приглашали, так сказать, для разовых консультаций.
— И когда же вы понадобились?
— На 9-й день. Приехал Бураков и говорит: задержали человека, по всем признакам — вроде бы тот самый убийца, но улик никаких, а со следствием он, мягко говоря, не сотрудничает.
— А еще через день согласно УПК его нужно выпускать...
— Способов для продления срока содержания под стражей было достаточно... Короче говоря, мы поехали. Только на этот раз не в отдел милиции, как раньше, а в управление КГБ: Чикатило держали в изоляторе комитета. Мне предоставили кабинет начальника следственного управления и привели задержанного.
— Он был в наручниках?
— Нет.
— Когда вы поняли, что он — тот самый серийный убийца, вам не стало страшно?
— Страшно не было. Видите ли, он становился убийцей лишь в определенных обстоятельствах. Я уже достаточно хорошо представлял себе его характер. По ходу беседы с ним степень совпадения реальных черт Чикатило с моими предварительными разработками оказалась практически полной.
— Сколько времени вы с ним разговаривали?
— Весь день. Мы сидели друг против друга. Сначала я объяснил ему, что я врач и моя задача — помочь ему. Я не следователь и не судья, говорил я, поэтому я не собираюсь оценивать ваши поступки с точки зрения права или морали. Может быть, то, что с вами произошло, — не вина ваша, а беда. И лучше врача никто этого не поймет... Я положил перед ним некоторые выборочные места из моего заочного исследования — там, где я описывал его детство и юность, его семью, родителей. Он прочитал и разрыдался. Во время нашего разговора он вообще часто плакал. Как ребенок. Я дал ему выговориться. Он говорил поначалу сумбурно, а потом все более связно и подробно.
— Вы фиксировали его рассказ?
— Процессуальных документов для таких случаев тогда не было. Я вел не протокол допроса, а историю болезни. К сожалению, она оказалась невостребованной, так до сих пор она и лежит у меня. Хотя там есть уникальные вещи. Кроме того, по моей просьбе он написал что-то вроде сочинения, используя те слова, которые я ему продиктовал. Мы часто используем такой прием психологического тестирования. Это сочинение тоже находится у меня.
— К каким выводам вы пришли после беседы с Чикатило?
— То, что он и был тем самым убийцей, я понял почти сразу. Кроме того, я понял, почему он не хотел сотрудничать со следствием. Дело не только в том, что Чикатило таким способом защищался. Человеку трудно говорить об интимных вещах. Он абсолютно уверен в том, что его фантазии — уникальные и что только он способен на подобные действия. Хотя это, конечно же, не так. Какие-то мысли мы прячем сами от себя, вытесняем их в подсознание. А уж признаться в них другому человеку и вовсе невозможно. Срабатывает механизм психической и психологической защиты. Обычный следователь, не знакомый с основами психиатрии, преодолеть этот барьер не в состоянии. Это может сделать только врач-профессионал.
Иногда следователи просят меня: помогите, используйте гипноз... Врач не имеет права этого делать — влиять на волю обвиняемого вопреки его желанию. Только если человек хочет этого сам и только с единственной целью с моей стороны — вылечить. Я владею гипнозом, но в случае с Чикатило он не понадобился. Я был первым человеком, которому он признался в том, что совершал. Он рыдал, корил свою судьбу и людей, которые его окружали. Много говорил о своей жене, она была для него кем-то вроде святой. Но практически ни слова — о своих детях.
— Я читал, что такие люди склонны к мистике...
— Чикатило не был исключением. Он говорил о некой потусторонней силе, которая им якобы руководила. Он даже высчитал те периоды, когда эта сила на него воздействует.
Сам я отнюдь не мистик, я атеист. Но есть в этой истории какой-то мистический элемент, который я до сих пор не осознал. Я ведь работал не только с Чикатило, но и с родственниками его жертв. Так вот: все они (я подчеркиваю — все!) говорили о том, что у них было предчувствие беды, которая должна произойти с их детьми. Есть такое явление: перенос сегодняшнего представления в прошлое. Но чтобы абсолютно разные люди говорили об одном и том же — такое бывает крайне редко.
— Во время судебного процесса над Чикатило я задал вам вопрос, на который вы тогда отказались отвечать. Я повторю его сейчас: Чикатило был болен?
— Вы же знаете, как на этот вопрос ответили психиатры из Института имени Сербского.
— Я спрашиваю не их, а вас.
— По моему мнению, он был болен.
— Чем?
— На этот вопрос нельзя ответить односложно. Наши исследования показывают, что у серийных убийц предрасположение к болезни состоит как бы из трех компонентов. Первый — морфологический: органическое поражение головного мозга. У Чикатило оно было якобы связано с неблагоприятными родами и травмами головы. Мы исследовали мозг 24 серийных убийц и доказали: поражение головного мозга у них — врожденное. Это значит, что его можно выявить еще в раннем детстве.
Другой компонент — половая конституция. Она может быть сильной, средней и слабой. Любая из них — это возможность зачать ребенка, умение адекватно провести половой акт, дав партнеру необходимые ощущения. Но человек с сильной половой конституцией способен провести акт в любых условиях: на улице, в метро, при стечении народа. А для человека со слабой конституцией необходимы определенные условия. Если их нет — может возникнуть “слом”, появляются проблемы.
И, наконец, специфические черты характера. Серийные убийцы в большинстве своем — это садисты: жестокие, опасные, агрессивные сексуальные преступники. Не все серийные преступники обязательно проявляют жестокость, пример тому — педофилы. У садистов резко нарушена коммуникабельность, они не способны к сочувствию, к сопереживанию. У нормального человека две системы общения: вербальная и невербальная. Причем в неформальной обстановке невербальная система зачастую является основной. Ну, например: женщина вам говорит “нет”, но в ее интонации и поведении вы улавливаете “да”. Для садистов такие оттенки недоступны, они способны лишь к формальной коммуникабельности. При этом в обычной, формальной ситуации они ничем не отличаются от нас.
Вот тот же Чикатило: в армии он был одним из лучших. Он даже в партию там вступил. А в неформальной ситуации, когда общение происходит на невербальном уровне, когда нужна интуиция, такие люди не понимают происходящего, они становятся как бы слабоумными, причем остро чувствуют эту свою ущербность. И потому таких неформальных ситуаций они тщательно избегают. В армии, когда все шли в увольнение — на танцы, к девочкам, — Чикатило шел в ленинскую комнату и занимался “политической подготовкой”. Но компенсации не наступало — напротив: болезненное состояние усиливалось.
У этих людей нет навыков самозащиты. В детском и подростковом возрасте они были объектами насилия со стороны сверстников, хотя физически они зачастую сильнее тех, кто их обижал. Но защитить себя они не в состоянии. Возникал комплекс неполноценности, пониженная самооценка, которая с годами усиливалась. Половая конституция у них слабая, затруднения в общении с женщинами еще более усиливают комплекс неполноценности. И вот однажды — не обязательно, но возможно — этот человек обнаруживает, что насилие над другим человеком, власть над ним, превращает его из ничтожества (как он о себе думает) в господина. В этом — истоки садизма.
— Роль семьи вы сбрасываете со счетов?
— Нет, конечно. Но это особая, большая тема. Скажу только, что эти люди — из семей с доминирующей ролью матери. Мать в такой семье — тиран, отец оттеснен на периферию воспитательного процесса, а если и вмешивается в него, то наскоками и, как правило, жестокими телесными наказаниями. Ребенок в этой семье эмоционально отвержен, он как бы лишний. Плюс элементы ханжеско-пуританской морали.
— Но, вероятно, есть какие-то особые обстоятельства, после чего такой человек становится насильником или убийцей?
— Да, они существуют. Вот пример: некто Сливко из города Невинномысска. Он убивал мальчиков. Врачи поставили ему диагноз: органическая психопатия. В действительности у него, безусловно, были органические изменения мозга. Половая конституция — слабая, с детства его преследовали комплексы. На этом фоне в 18-летнем возрасте он оказался свидетелем ДТП: машина сбила мальчика. Ребенок был одет в пионерскую форму. Картина — ярко контрастная: белая рубашка, красный галстук, черные брюки и отполированные до блеска черные ботинки; все это в крови, агонизирующее тело вздрагивает... В таких случаях может возникнуть сексуальная реакция на неспецифические раздражители. Это и случилось со Сливко: от увиденного он был в ужасе, который сопровождался мощным сексуальным возбуждением, эрекцией и семяизвержением. Возникло то, что мы называем патологическим генератором.
Конечно, это не означает, что генератор начинает действовать сразу: увидел, испытал возбуждение и на следующий день убил. Обычно между подобным фактором и действием — достаточно большой срок. Сначала это воспоминание, потом к нему добавляются фантазии, которые становятся все более изощренными и жестокими. И наконец — начинаются убийства. Как и фантазии, раз от разу все более изощренные и жестокие.
— Вы сказали, что Чикатило был болен. Почему же его все-таки расстреляли?
— Наличие психической болезни еще не означает, что человек будет признан невменяемым.
— Спрошу по-другому: когда Чикатило убивал — он отдавал себе отчет в том, что делал?
— У меня есть формальная причина не отвечать на ваш вопрос: я не участвовал в психиатрической экспертизе.
— Но у вас может быть личное мнение на сей счет — мнение специалиста.
— Тогда я отвечу вам так: по новому Уголовному кодексу Чикатило мог быть признан ограниченно вменяемым. Это означает назначение принудительного лечения в условиях отбытия наказания.
— Мне рассказывали, что японские ученые предлагали огромные деньги за возможность исследовать мозг Чикатило.
— Такая идея исходила и от нас. Правда, не подкрепленная обещанием денег. Когда Чикатило был приговорен к высшей мере наказания, я обращался к начальнику Ростовского управления внутренних дел, чтобы мозг Чикатило был сохранен. Это ведь был классический пример серийного убийцы, его мозг должен был стать предметом международных исследований... Но мне ответили, что есть установленная процедура смертной казни — выстрел в голову. И менять эту процедуру из-за одного случая никто не собирается.
— Насколько я знаю, после Чикатило вы начали заниматься серийными убийцами. Есть ли у вас какая-то статистика?
— Мы собирали и собираем ее по крупицам. Официальная статистика серийных убийств у нас в стране не велась и не ведется до сих пор. Я не понимаю почему.
Некоторые выводы из полученной нами информации были поразительными. Оказалось, что Ростов и Ростовская область — на первом месте в мире по числу серийных убийц. С 1987-го по 1997 год — 34 серийных убийцы. Возникло даже предположение, что у нас тут какая-то природная аномалия.
— Какие случаи из вашей практики вам запомнились?
— Еще не закончился суд над Чикатило, начались убийства в Таганроге. Убийцу прозвали “черноколготочником”: он убивал девушек 17—18 лет, на которых были черные колготки. К тому моменту, когда все тот же Бураков попросил меня заняться этим делом, “черноколготочник” совершил пять убийств.
Мы пошли на беспрецедентный для того времени шаг. Я подготовил сценарий телепередачи, целый месяц ее анонсировали на всю область. Задача ставилась так: во время передачи “черноколготочник” обязательно должен сидеть перед телевизором.
В начале передачи я извинился перед аудиторией, сказав, что обращаюсь только к одному человеку — к убийце. Я — врач, я пойму тебя лучше других, я тебя не обвиняю. Я многое знаю о твоей жизни (к тому времени у меня уже был готов его проспективный портрет) и даю тебе шанс: не усугубляй свою вину, найди меня сам.
— Он обратился к вам?
— Нет. Но самое удивительное было в том, что с этого момента убийства прекратились. Мы возликовали. А впоследствии оказалось, что “черноколготочник” даже не видел эту передачу. Просто в тот момент у него появилась женщина, которая взяла на себя (конечно, не сознавая этого) функции сексотерапевта. Спустя год они расстались, и он совершил еще две попытки убийства. Во время второй его задержали.
— Приговорили к расстрелу?
— Да, но не расстреляли: был введен мораторий на смертную казнь. Потом его показывали в одной из телепередач. Он сказал, что лучше смерть, чем пожизненное заключение.
— Он тоже был больным человеком?
— Безусловно.
Проблемы тех, кого мы потом называем серийными убийцами, возникают в детстве или в подростковом возрасте. Именно тогда формируется зависимое поведение. Примеров такого поведения множество. Есть зависимость, связанная с использованием мобильных телефонов. С азартными играми, с компьютерами. С фанатизмом — фанаты спортивные и фанаты поп-искусства...
— Если зависимое поведение — болезнь, следовательно, ее можно лечить. Как можно лечить толпу фанатов?
— Толпу — нельзя. А каждого фаната в отдельности — можно. Конечно, в том случае, если он добровольно обратится за помощью. Кстати, практически все сексуальные отклонения, в том числе и садизм, — это формы зависимого поведения.
— Что вы называете “сексуальными отклонениями”?
— Есть медицинский критерий: это грубое нарушение взаимоотношений с партнером, пренебрежение им, — когда сексуальная деятельность угрожает здоровью или жизни партнера.
— Вы хотите сказать, что серийного убийцу можно лечить?
— Мы их лечим. Кроме того, занимаемся профилактикой.
— То есть вы можете распознать будущего серийного убийцу?
— Мы можем с достаточной долей вероятности предположить, каким может вырасти тот или иной ребенок. Но для этого нужно, чтобы его к нам привели.
Дело в том, что официальная психиатрия полагает, будто садизм (а он относится к расстройствам сексуального поведения) не может проявляться в детстве. Если такие случаи и есть, то в специальной литературе они не описаны и официально не фиксируются. А они, эти случаи, есть. 60% будущих серийных убийц в детстве обнаруживали специфически жестокое отношение к животным.
Как-то ко мне привели 12-летнего мальчика. Его мама была в ужасе: он убивал животных, причем не просто убивал, а растягивал этот процесс во времени — он их распинал. Ежиков, котят, щенят... При этом, наблюдая за их мучениями, он онанировал.
Есть распространенное заблуждение, будто дети, убивая животных, получают от этого удовольствие. Это не так: они уходят от неудовольствия. Подросток меняет свое состояние — у него возникает чувство торжества от того, что он может распоряжаться чужой жизнью. То же происходит и с серийным убийцей.
Мы работали с этим мальчиком почти 12 лет, сейчас ему 24. Он сам все нам рассказал. В том числе и о своих фантазиях — убивать не животных, а людей. С ним работали два врача — детский психиатр и психотерапевт. Мы подбирали ему лекарственные препараты, вели реабилитационную работу. Практически мы вместе с ним учились в школе. Кстати, он оказался прекрасным учеником, очень сообразительным. Беда была в том, что жил он не в Ростове. С каждым разом матери было все труднее привозить его к нам, промежутки между посещениями увеличивались. А его аномальное поведение — прогрессировало. Он поджег несколько складов, попытался устроить крушение поезда... А в периоды особенного дискомфорта он начал ходить на кладбище.
Особенно ему нравилось наблюдать, как хоронят женщин. Любого возраста — лишь бы женщина. Это зрелище его подстегивало, давало пищу для фантазий. Потом он разрыл несколько свежих могил, вскрывал гробы — ласкал недавно умерших женщин, испытывая при этом сексуальное возбуждение, мастурбировал. А мечтал о живых женщинах, которых он сам будет убивать. Но понимал, что ни по возрасту, ни по своим физическим данным сделать он этого не сможет. Он боялся, что его поймают.
Мы смогли вернуться к интенсивной работе с ним. Он начал ухаживать за девочками, узнал, что такое нормальные интимные отношения. Окончил школу, поступил в престижный институт. Как мы говорим — компенсировался.
— Может быть, такой человек и без вашего вмешательства не стал бы серийным убийцей? А если вы его лечите — то как долго?
— Мы ведь не утверждаем, что он обязательно станет серийным убийцей. Мы говорим: велик риск — он развивается так же, как серийный убийца. А лечить нужно долго, может быть — всю его жизнь. А этот молодой человек, о котором я рассказываю, поступив в институт, приезжал к нам все реже и реже. Два-три раза в год. Настаивать мы не имеем права, с его стороны обращение к нам должно быть добровольным. Несколько раз мы говорили с его матерью, но это не помогло. Спустя какое-то время он совсем перестал приезжать к нам. А через два года после этого — совершил первое убийство. На сегодняшний день за ним три убийства и 17 покушений. Он арестован, вскоре состоится суд.
— У вас есть другие подобные пациенты?
— Есть. Один из них совершил серьезнейшие преступления, он пытал свои жертвы. Правда, не убивал.
— Правоохранительные органы его ищут? Они знают, что вы его лечите?
— Понятия не имею. Я с ним работаю как врач.
А вообще-то тут серьезная этическая проблема. Как-то мы проводили дискуссию с нашими американскими коллегами, которая называлась так: “Обязанность психиатра — защищать. Как?” Надо сказать, что наши подходы к этой проблеме различны. У них есть принцип “Тарасофф”. Речь идет о женщине по фамилии Тарасова. Она — выходец из России, жила во Флориде. Некий мужчина воспылал к ней любовью, но получил отказ. Он пошел к психотерапевту и сказал ему: если эта женщина не будет со мной, она не достанется никому — я ее убью. Психотерапевт с ним работал, вроде бы его состояние стабилизировалось, и работа была прекращена. А спустя какое-то время этот человек убил Тарасову. Ее родители обратились в суд, который вынес решение: в тех случаях, когда пациент угрожает конкретному человеку, психиатр обязан сообщить об этом в полицию. Это и есть принцип “Тарасофф”. Правда, многие американские психиатры считают, что этот принцип — серьезная помеха. Во всяком случае, в американской научной литературе идет серьезная дискуссия на эту тему.
— Какого принципа придерживаетесь вы?
— Я врач. Главное для меня — лечение и профилактика.
В принципе у серийного преступника есть два пути. Или он будет продолжать совершать преступления, и тогда его будут искать — причем с нашей помощью — и в конце концов найдут. Но если он осознает, что болен, он может прийти ко мне. Через короткое время я буду знать о нем все, но официально он останется анонимом. В его истории болезни не будет ни фамилии, ни адреса, ни социального положения. Только имя, чаще всего вымышленное, или просто номер. Если человек понимает, что он болен, и хочет воспользоваться медицинской помощью, то государство должно ему в этом помочь. Во всяком случае — не мешать.
— Ваш пациент расскажет вам о тех преступлениях, которые он уже совершил. Вы сообщите об этом в правоохранительные органы?
— Нет. Это аморально. Есть же у нас лица, которые официально освобождены от такой обязанности: священники и адвокаты. Я считаю, что и психиатр — в том же ряду. Раньше в Уголовном кодексе была статья о недоносительстве. В новом УК ее нет. Я не могу донести на этого человека. Он пришел ко мне за помощью, и я должен ее оказать. Понимаете? Должен! В крайнем случае я обязан его предупредить: ты совершил недопустимое, я обязан поставить в известность правоохранительные органы. Если я сделаю это без такого предупреждения — кто ко мне придет? А ведь я действительно могу помочь этим людям.
— Вы лечите такого человека. Допустим, амбулаторно. В один прекрасный день он скажет вам: доктор, вчера я сорвался и убил. Или изнасиловал. Или сделал что-то еще, пусть менее тяжкое, но тоже — преступное. Как вы поступите?
— Это сложный вопрос. У меня нет на него ответа.

Марк ДЕЙЧ
 

Отдых в накомарнике


Конец октября—начало ноября — период, когда родители впопыхах “рыщут” по столичным турфирмам в поисках надежной путевки для своих отпрысков. Ведь на носу осенние каникулы, во время которых мамаши стремятся вывезти на курорт своих чад. Как правило, выбор падает на жаркие страны: кому ж захочется собственное дитя из холодной Москвы отправлять, к примеру, в не менее ненастную Европу? Но мало кто знает, какие опасности поджидают ребятишек в жарких странах в неурочный сезон. О том, как избежать серьезных, порой смертельных заболеваний, мы попросили рассказать заведующего кабинетом тропической медицины и паразитарных заболеваний при инфекционной больнице №1, доктора медицинских наук, профессора Бронштейна Александра Марковича.

Прежде чем отправиться за рубежи нашей родины, нужно проконсультироваться у специалистов, занимающихся тропической медициной. Только они могут сказать, насколько опасно пребывание в той или иной стране. Кроме того, доктору необходимо сообщить и о предполагаемой экскурсионной программе. Может быть и так, что на месте постоянного пребывания — скажем, в Йоханнесбурге — опасных бактерий нет, а если поехать на экскурсию на озеро Виктория, то запросто можно подцепить болезнетворную букашку.
Первое место в списке возможных заграничных болячек уже несколько лет кряду удерживают кишечные инфекции. Эта зараза передается через воду и пищевые продукты. Зарубите себе на носу: пить можно только кипяченую воду или напитки из бутылок. Но ни в коем случае не использовать лед, так как он может быть приготовлен из некипяченой воды. Лучше пить газированную воду. Она насыщена углекислым газом, и в ней минимальная вероятность выживаемости болезнетворных бактерий. Мясо, рыбу, ракообразных, моллюски есть можно только в хорошо проваренном виде. В странах с жарким климатом нежелательно есть блюда, содержащие сырые продукты, в том числе овощи и фрукты, а также продукты, в состав которых могут входить молоко и сырые яйца. Это распространяется даже на детское лакомство — мороженое. Конечно, отправляться в страну праздника солнца и не отведать диковинных фруктов — просто издевательство над собой. Выход есть: можно покупать фрукты, имеющие плотную кожуру. Например, бананы, яблоки, апельсины, папайю, манго, авокадо, гуайяву. Не покупать уже очищенные фрукты.
Вторая болячка, с которой чаще всего обращаются пациенты, — малярия. Ее можно подцепить во многих странах Азии, Африки, Южной и Центральной Америке. Малярия передается через безобидные укусы комаров. Обыватели и не догадываются о причинах заболевания и путях его профилактики. Тем более что в турфирмах к профилактике отношение весьма формальное. В связи с этим Всемирная организация здравоохранения разработала несколько “золотых правил” для тех, кто собрался в страну с малярией.
1. Обратитесь за квалифицированным советом, какой противомалярийный препарат лучше взять с собой в профилактических целях.
2. Принимайте это лекарство в назначенных вам дозах и продолжайте это делать в течение четырех недель по возвращении.
3. На отдыхе в “опасной” стране спать следует в комнате, где окна и двери затянуты сеткой, или под сетчатым пологом (желательно пропитанным инсектицидом), края которого заправлены под матрац. Кроме того, с сумерек до рассвета одевайтесь так, чтобы не оставлять открытыми руки и ноги. Открытые участки тела обрабатывайте репеллентом.
4. Помните о симптомах заболевания. Если у вас внезапно начинаются лихорадка, головная боль, боль в мышцах, тошнота, обратитесь к врачу, даже если вы уже вернулись из поездки. И обязательно сообщите, где побывали: малярия может развиться спустя год после возвращения. И даже если вы принимали противомалярийные препараты.
5. Не забывайте, что малярия способна привести к смерти менее чем за 48 часов после появления первых симптомов!
С виду вполне безобидные насекомые могут передать и другие опасные заболевания в странах субтропического и тропического климата — лейшманиоз, филяриатоз, трипаносомоз, желтую лихорадку. Основные проявления этих заболеваний — температура, головная боль, изменения цвета кожи, кожный зуд, отеки конечностей и половых органов. Предотвратить укусы насекомых могут те же сетки на окнах и дверях. Лучше оставаться на ночь в помещениях с кондиционерами. Наиболее частыми и активными переносчиками различных заболеваний являются комары.
В странах с жарким климатом среди животных распространен вирус бешенства. Среди диких животных особую опасность представляют летучие мыши, а среди домашних — собаки. Завидев даже самую незначительную царапину, бегите к врачу. Также Александр Бронштейн советует не купаться в водоемах с пресной водой и не ходить босиком. Ведь в некоторых водоемах могут содержаться паразиты, проникающие через кожу. Медузы и морские ежи также занесены в черный список — к ним даже прикоснуться нельзя. Самый верный способ предостеречь свое драгоценное тело во время рассекания морских волн — надеть специальную резиновую закрытую обувь.
Даже если вы решили отдохнуть в спокойной с точки зрения инфекционных заболеваний стране, имейте в виду, что жаркий климат способствует перегреванию организма, обезвоживанию, солнечным ожогам. Для предотвращения этих неприятностей меньше двигайтесь в дневное время и поглощайте не менее 2-3 литров жидкости в день. Спасти “перегретый” организм помогут легкая и свободная одежда из хлопка, давно позабытые панамки. Высокая температура и влажность могут спровоцировать появление дерматитов, особенно у детей и людей с избыточным весом. Поэтому врачи советуют использовать тальк для присыпки влажных раздраженных участков кожи.
По словам профессора Александра Бронштейна, жаркий климат может способствовать нарушению сна, аппетита, расстройству нервной системы. В странах, где температура воздуха зашкаливает за плюс 30 градусов, ухудшается состояние туристов, страдающих заболеваниями сердечно-сосудистой системы и легких. Поэтому, прежде чем выезжать в жаркие страны, нужно пройти медобследование с целью выявления заболеваний, которые могут способствовать обострению хронических заболеваний. И в обязательном порядке консультацию должны пройти те жаждущие отдыха, кто постоянно принимает лекарственные средства.

Марк ДЕЙЧ, Оксана ХИМИЧ

Надежда умрет последней


Сами мы не в состоянии защитить себя от царящего в стране правового беспредела. Во-первых, времена Дикого Запада давно прошли, да и мы все-таки живем не на Западе. На Востоке. Хотя и тоже диком. А во-вторых, даже если мы и сможем себя защитить (а что значит — защитить? Выбить зубы хулигану? Убить насильника?), обязательно посадят. Примеры общеизвестны.
Поэтому нам остается только одно: уповать. На милицию, прокуратуру и бог весть на кого еще. При этом нам же самим абсолютно ясна тщетность наших упований. Недаром герой популярного телесериала, отражая мнение подавляющего большинства моих сограждан, высказался вполне афористично: “Половина бандитов — менты, половина ментов — бандиты”.
Ну, это о милиции. Но, может быть, в прокуратуре дела обстоят получше? Недаром ведь она поставлена НАД — чтобы, в случае ненадлежащего исполнения милицией своих обязанностей, защитить наши поруганные права.
Прокуратура, конечно, над. Похоже, однако, что и от нее помощи ждать не приходится. Рыба ведь известно откуда гниет. Как раз оттуда.

Комиссия Государственной думы по борьбе с коррупцией подготовила Справку с названием: “О нарушениях законности работниками органов прокуратуры”. В Справке перечислены 24 обращения (и всего лишь за три месяца 2002 года); в действительности их было гораздо больше. Просто эти две дюжины — наиболее, как говорится, характерные, имеющие солидную “юридическую базу” в виде всевозможных документов. Все обращения — вместе с сопроводительными посланиями Комиссии по борьбе с коррупцией — были переданы в Генеральную прокуратуру.
Тут я на минуточку отвлекусь. Пять лет (вдумайтесь, граждане, — пять!) тянется история с хищением сотрудниками МВД трех с половиной миллиардов неденоминированных рублей со счетов ТОО “Валта”. Я дважды писал об этой истории. Неоднократно обращалась в Генпрокуратуру и Комиссия по борьбе с коррупцией. И только теперь, пять лет спустя, Генпрокуратура создает специальную следственную группу, которая вместе с членами комиссии подвергнет “дополнительной проверке все материалы и факты по данному делу”.
Ну-ну. Бог в помощь.
А теперь — к Справке. Вот лишь наиболее яркие случаи, в ней перечисленные (напомню: речь идет только о трех месяцах прошлого года).

* * *
Челябинск. Жалоба на незаконное прекращение уголовного дела в отношении бывшего прокурора Южно-Уральской транспортной прокуратуры Любченко и его заместителя Сергеева. После ликвидации транспортной прокуратуры в апреле прошлого года оба они, как явствует из документов, похитили и присвоили солидную толику государственного имущества.
Комиссия по борьбе с коррупцией получила ответ на эту жалобу, подписанный заместителем генпрокурора г-ном Золотовым. Сей г-н сообщает, что доказательств корыстных злоупотреблений указанных прокурорских работников “добыто не было” (добыто с ударением на первую “о”), поэтому уголовное дело прекращено. Но (обратите внимание на это “но”, граждане) в деятельности Любченко и Сергеева выявлены серьезные “упущения” в оперативно-служебной деятельности, а также “нарушения норм прокурорской этики”. В связи с чем оба вышеупомянутых прокурора уволены со службы.
Стало быть, со службы — уволить, но до уголовного дела не доводить. Что за “упущения” и какие такие “нормы прокурорской этики” оказались нарушенными — об этом в ответе заместителя генпрокурора нет ни слова.
 

* * *
А.Д-ин из города Каширы Московской области еще в 1997 году передал в Мособлпрокуратуру документы, свидетельствующие об использовании прокурором Каширы г-ном Фетисовым своего служебного положения в корыстных целях. С тех пор Д-ин обращался в различные инстанции, в том числе и в Генеральную прокуратуру, но ни разу не получил ни одного ответа. Впрочем, один ответ все же был, но опосредованный: началось откровенное преследование Д-на и его семьи — фабрикация против него уголовного дела с подделкой вещественных доказательств, увольнение жены... Словом, все по полной программе.
 

* * *
Ростов-на-Дону. Речь идет об обвинении директора ТОО “Дон” в мошенничестве в особо крупных размерах. После многочисленных обращений во всевозможные инстанции дело против директора было все-таки возбуждено и даже подготовлено к передаче в суд. Однако по распоряжению прокуратуры Ростовской области оно было изъято из ОВД и передано прокурору Ворошиловского района Ростова-на-Дону, по указанию которого вскоре прекращено.
 

* * *
Новосибирск. Незаконное привлечение к уголовной ответственности заместителя генерального директора ОАО “ВИНАП” С.Х-на.
Отказавшись участвовать в финансовой афере, задуманной гендиректором ОАО, Х-н подал заявление об уходе. От него потребовали продать принадлежащие ему акции предприятия. Тот, не будь дураком, отказался. Тут-то все и началось. Арест под надуманным предлогом, грубейшие нарушения при проведении следствия, неисполнение постановления суда об изменении ему меры пресечения.
Генеральная прокуратура не вмешивается.
В конце концов Х-на все-таки выпустили, но тут же последовали повторное заведомо ложное обвинение и новый арест. Но и это уголовное дело — в связи с вопиющей противозаконностью — было прекращено. Затем владельцу акций предъявляется еще одно обвинение (по уже прекращенному делу), и он предстает перед судом. Судья, прекрасно осведомленный о всех нарушениях, выносит обвинительный приговор.
Генеральная прокуратура делает вид, что все это ее не касается.
Только после вмешательства депутатов Государственной думы ведомство г-на Устинова приняло решение о возбуждении уголовного дела “по факту преступных действий в отношении Х-на со стороны должностных лиц правоохранительных органов Сибирского федерального округа”. Однако согласно Справке Комиссии по борьбе с коррупцией “никто из виновных в беззаконии должностных лиц не привлечен к уголовной ответственности”.
 

* * *
Пожалуй, достаточно. Замечу только, что в заключение каждого из 24 случаев, приведенных в Справке, говорится: либо — “материалы направлены в Генеральную прокуратуру РФ. Ответ не поступил”, либо — таковой все-таки поступил (это редко), но из него следует, что “доказательств о злоупотреблениях прокурорских работников добыто не было”. В слове “добыто” ударение опять же на “о”.
Как-то Комиссия по борьбе с коррупцией провела в Думе пресс-конференцию. Собравшихся уведомили о том, что, если подобный саботаж со стороны Генеральной прокуратуры продолжится, комиссия будет вынуждена напрямую обратиться к президенту страны.
Мера, прямо скажем, отчаянная. Но малоэффективная. Потому что президент, понятное дело, сразу позвонит генеральному прокурору. Но не дозвонится. Прецедент уже имел место.
Оно конечно: г-н Устинов — человек занятой. То он лично выезжает осматривать поднятый со дна моря “Курск” — хотя тут, как мне кажется, куда уместнее был бы специалист, а г-н Устинов вроде бы не входит в группу экспертов по авариям на подводных крейсерах. То он представляет государственное обвинение на процессе террориста Радуева. Телевидение показало нам, как он это делает. По-видимому, генеральный прокурор полагает, что барство и хамство придают его стилю особую привлекательность и “наступательность”.
А потому я вот думаю: может, г-ну Устинову просто уйти в отставку? Я даже соглашусь с формулировкой “в связи с переходом на другую работу”. Причем не менее престижную и высокооплачиваемую. А что такая найдется, я не сомневаюсь. И дело не в том, что я такой уж добренький. Ведь в конце концов — хрен с ней, с формулировкой. Пусть бы и такая. Глядишь, для дела-то лучше будет. Глядишь, появится все-таки на этом посту человек, который в ответ на обращения Комиссии по борьбе с коррупцией не станет защищать честь давно запачканного мундира или — в лучшем случае — отмалчиваться.
Такая вот у меня надежда.

 

Марк ДЕЙЧ
 

Вшей погонят взашей


Теперь рядом с Курским вокзалом бродяг будет еще больше. Поскольку в двух шагах от него открылся уникальный для столицы центр по трудоустройству бездомных вместе с персональной (для бомжей) поликлиникой. А если точнее — здравпункт на базе районной поликлиники №7.
На открытии первого в Москве подобного заведения побывал корреспондент “МК”.

Четырехэтажное новенькое здание больше напоминает особняк нового русского. Самый центр города, кирпичные стены, стеклопакеты, кондиционеры. Внутри все сияет чистотой. Впрочем, учитывая специфический контингент, это ненадолго.
— Мы заранее дали листовки с адресом нашего здравпункта милиционерам и просили, чтобы они вручали их бомжам, — рассказывают медсестры. — Некоторые стражи порядка соглашались помочь с радостью, другие посылали.
Видно, добродушных милиционеров было много, потому как с самого утра в Нижний Сусальный переулок потянулись прознавшие про новшество столичные бродяги. Их вежливо, но настойчиво отправляли восвояси — в 12 часов врачи ждали комиссию, которая должна “благословить” здравпункт на работу. Вкусить красивой жизни бездомные смогли только вечером.
В бомжелечебнице бродягам помогут восстановить паспорт и устроиться на работу, здесь их осмотрят терапевты и хирурги и окажут помощь прямо на месте. Тех же, кому потребуется серьезное лечение, переправят в больницы.
— Последние четыре года мы лечили бездомных на пожертвования граждан Люксембурга, — говорит руководитель программы помощи бездомным организации “Врачи без границ” Алексей Никифоров. — Сейчас добились того, что помощь им будет оказываться за счет бюджета Москвы. Фактически это означает, что наши власти признали: с бездомными нужно что-то делать. До сих пор вся работа социальных органов строилась на основании постановления ЦК КПСС от 1970 года по борьбе с тунеядством. Хотя, если уж человек опустился, государство не должно позволить ему упасть еще ниже.
В этом же здании находится и дезстанция №4 — тоже очень нужное для бродяг заведение. Три сотни бомжей в день смогут избавиться от вшей, помыться и “прожарить” свою одежду.
— Мы подбирали место ближе к вокзалу, где скапливается много бомжей, — говорит главврач Московского центра дезинфекции Рафаиль Ибрагимов. — С Курского им и ехать никуда не надо, площадь трех вокзалов тоже поблизости.
Кстати, чтобы посетить поликлинику для бомжей, не обязательно облачаться в рванину и распространять вокруг себя удушливый запах. Первую медпомощь здесь окажут любому встречному — будь ты цыганка без паспорта или коренной москвич с постоянной пропиской.

Марк ДЕЙЧ, Ольга ГРЕКОВА
 

Время сушить сухари


“Не стучите лысиной по паркету”, — говаривал известный литературный персонаж. В том смысле, что не надо, дескать, нервничать.
Если перевести это выражение на современный язык — а заодно избавиться от намека на недостаточность волосяного покрова головы у некоторых высокопоставленных господ (хотя, как утверждает нынче слабая половина человечества, недостаточность этого самого покрова — очень даже “секси”), — то получится вот что: “Истерику просил бы прекратить”.


Это наш президент так высказался.
А мы и так — ничего. Не истерим и не нервничаем. Мы уже давно ко всему привычные.
А тут наш президент опять высказался. “Надо исполнять закон всегда, — заявил ВВП, — а не только тогда, когда схватили за одно место”.
Хорошо сказал, между прочим. По-нашему, по-сове... То есть по-российски. Жаль только, не уточнил, за какое такое место хватать нужно. И на личности не переходил. Ни Ходорковского не упомянул, ни Лебедева. Так, в общем сказал. А в общем — оно, конечно, правильно: закон нужно всегда сполнять, а не только тогда, когда.
Все эти высказывания звучат на фоне слаженного мужского хора, состоящего из облеченных властью государственных мужей. Хор исполняет кантату, в которой, многократно повторяясь и усиливаясь, звучат слова: “Никакого передела собственности в России не происходит!”
И ведь действительно: не происходит. Как она была, эта собственность, так и есть. Зачем ее переделывать?
Происходит у нас — передел собственников.
Вот, к примеру, арестовала Генпрокуратура больше половины акций ЮКОСа. Потом, правда, некоторую часть вернула. А ведь могла бы и вовсе все арестовать. А так — не все, а только 44,1%. И даже как бы с извинениями. Дескать, мы только акции находящихся под стражей господ из ЮКОСа прибрали. Чтоб ежели что — было чем судебные издержки оплатить.
Между тем под стражей находятся двое: Ходорковский и Лебедев. Им принадлежат 16,5% акций. Ну, еще есть 7% акций, принадлежащих Шахновскому. Владелец пока еще не задержан, но приплюсуем и их. Так сказать, на всякий случай. Итого — 23,5%. С тем количеством, на которое Генпрокуратура покусилась, все равно не сходится. Может, в Генпрокуратуре с арифметикой плохо?
Да нет, граждане. С арифметикой у прокурорских все в порядке. Хотя я бы и не поручился. А просто арест остальных акций — я бы сказал, превентивный. Кому конкретно принадлежат оставшиеся 20,6%, мне неведомо. Но, думаю, именно эти господа на очереди у Генпрокуратуры. Чтобы потом за их акциями не бегать.
И самое главное: чем бы ни закончился скандал с ЮКОСом, арестованные акции к их владельцам, я уверен, уже не вернутся. Ну, потеряются или еще что. Тут у Генпрокуратуры большой опыт имеется — по отъему чужой собственности. Руководствуясь, понятное дело, революционным правосознанием.
Это и есть передел собственников.

* * *
Но вот что любопытно. За семьдесят с лишним лет страх так прочно въелся в нас, что, казалось бы, он уже в наших генах и еще долго будет передаваться от поколения к поколению. Ан нет. Многие осмелели настолько, что никакие увещевания не помогают.
А увещевания имели место. Поначалу, так сказать, наглядные. Как в “деле” прежнего НТВ и Гусинского. Нам тогда ясно дали понять: не лезьте, потому как все равно не поможет. И на общественное мнение — пусть даже не всей его части, а лишь той, не слишком многочисленной, которая особенно остро чувствует несвободу, — властям в высшей степени наплевать.
Однако наглядные увещевания, похоже, не сработали. Более того: в “дело” ЮКОСа и Ходорковского неожиданно оказались вовлеченными совсем, что называется, простые люди — не защищенные ни громкими именами, ни состояниями, дающими возможность безбедно жить за границей. Похоже, мы начали избавляться от страха значительно раньше, чем надеялись товарищи в погонах.
Особенно развернулся Интернет. Его клиенты могли бы сохранять инкогнито — особенно в столь щекотливой и непредсказуемой ситуации, как с ЮКОСом и Ходорковским. Однако, защищая их, люди предпочитают бой с открытым забралом — сообщают свои фамилии и адреса. Следовательно, они не боятся.
Начну, впрочем, не с Интернета, а с “Заявления представителей политических и общественных организаций Костромской области:
Арест Ходорковского стал кульминационным моментом в беспрецедентной кампании давления Генеральной прокуратуры РФ на отечественный бизнес. По нашему мнению, эта кампания носит исключительно заказной и политический характер. Удар нанесен по руководителю компании, одним из основных принципов деятельности которой является открытость и прозрачность. Компании, реализующей социально значимые проекты. Мы убеждены, заключение Ходорковского под стражу преследует только одну цель: показать обществу, что к власти в России приходят силы, взявшие курс на сворачивание демократических завоеваний последнего десятилетия.
Арест Ходорковского влечет за собой самые неблагоприятные последствия как для экономической, так и для политической ситуации в стране. Поставлена под угрозу политическая и экономическая стабильность России. Иностранные инвесторы получили ясный сигнал: вкладывать деньги в экономику нашей страны опасно. То, что арест Ходорковского совпал с началом активной фазы избирательной кампании по выборам депутатов Государственной Думы, показывает, что антидемократические и антиреформаторские элементы в силовых структурах готовы к тому, чтобы ввергнуть Россию в политический хаос.
Мы обращаемся к Президенту Российской Федерации В.В.Путину с просьбой вмешаться в ситуацию вокруг НК “ЮКОС”. Отсутствие однозначной, недвусмысленной и публично заявленной позиции главы государства по этому вопросу чревато тем, что события в стране начнут развиваться по самому непредсказуемому и самому опасному сценарию.
Заявление подписали: депутат Думы Костромы Николай Сорокин; координатор Инициативной группы жителей города Костромы Сергей Хьютти; президент благотворительного фонда “Воскресенье”, член Комиссии по правам человека при губернаторе Костромской области Петр Шпанченко; член Московской Хельсинкской группы священник Георгий Эдельштейн; координатор Костромского регионального некоммерческого партнерства Ассоциации “В защиту прав избирателей “Голос” Алексей Андреев и другие.
Отмечу упование “подписантов” на ВВП, на его “публично заявленную позицию”. А Президент между тем уже заявил. Совершенно “однозначно и недвусмысленно”. Во-первых, в том смысле, что не надо стучать лысиной по паркету. А во-вторых, что торг тут неуместен, и потому его, торга, не будет.
Ну, на “нет” и суда нет. Хотя что это я... Суд нашелся. Очень подходящий суд. Басманный.
А теперь — нырнем в Интернет. Познакомимся с некоторыми мнениями наших непугливых сограждан.
 

* * *
“Больше всего поразило выступление Путина и его слова о том, что ни с кем он встречаться не будет — ни с РСПП, ни с Госдумой — в отношении дискуссии по этой проблеме. Как так не будет? Путин избран народом, а отношение людей к Ходорковскому по меньшей мере уважительное. И если избиратели хотят, чтобы он не сидел в тюрьме, то как к этому можно не прислушаться? Мы все взрослые люди и все прекрасно понимаем, что и откуда растет. Такой произвол просто бесит. Если потребуется, то я готов помочь собрать подписи избирателей (тех, кто избрал Путина) в поддержку пересмотра действий Генпрокуратуры в отношении Ходорковского. Потому что я не хочу испытывать неприятные ощущения от того, что и ко мне завтра могут прийти “люди в черном” для предъявления мифических обвинений.
С уважением и поддержкой, А.С.Ольховский, г. Омск”.

“Я в полной мере поддерживаю позицию главы компании ЮКОС г-на Ходорковского и не принимаю лживые заявления Генпрокуратуры по поводу якобы неуплаты налогов. Это, увы, все знакомо.
В высшей степени ценимо то, что Михаил Ходорковский нашел в себе силы не уехать из России, как Березовский или Гусинский, хотя, с другой стороны, имел полное право на это.
С.Н.Каменев, директор Центра пакистанских исследований, Институт востоковедения Российской академии наук, Москва”.
2“СМИ вещают, что народ ненавидит олигархов. Брехня.
Я представитель того самого народа, причем в некоторой степени сразу трех его слоев. Происхождение у меня самое пролетарское. Работаю доцентом технического университета. А еще у меня есть свой маленький бизнес.
Позвольте выразить Вам, г-н Ходорковский, мое уважение и поддержку. Кроме всяких видимых достижений, Вы решаете еще одну незаметную, но очень важную государственную задачу. Вы показываете российским пацанам, каким должен быть настоящий мужик: умным, предприимчивым, интеллигентным.
Сергей Федосеев”.

“Возмущен действиями Прокуратуры в отношении ОАО “НК ЮКОС” и Михаила Ходорковского. Это невероятный беспредел и попрание закона со стороны “ока государева”, которое поставлено как раз на то, чтобы не допускать нарушений закона. Если Прокуратура позволяет себе такое, то что же ждать от остальных “правоохранителей”? И если такое возможно сделать с ЮКОСом, то что же можно сделать с миллионами более мелких организаций, о которых даже и не знает никто? Поэтому в сложившейся ситуации надо дать коллективный отпор беззаконию, иначе собирай чемоданы и “дергай” отсюда.
По стране гуляют тысячи реальных преступников и мошенников, в отношении которых никто ничего делать не хочет, и добиться справедливости или хотя бы возбуждения уголовного дела практически невозможно, а прокуратура занимается беспределом и разбазариванием денег налогоплательщиков. Создается впечатление, что они забыли, кто их содержит.
Адвокат Д.А.Трусов”.

“Как это ни наивно звучит, можете рассчитывать на меня лично и моих коллег. Мы, мягко сказать, возмущены происшедшим и считаем это, извиняюсь за арестантский жаргон, беспределом. Не могу сидеть спокойно при виде этих событий, но не знаю, что могу сделать. Мне стыдно за свою страну, но я верю, что ее можно изменить, и Михаил Ходорковский делает правильные вещи. Это сильный человек, за ним пойдут люди, которым есть что терять.
А.Пироженко, замдиректора экономических программ фонда “ЭПИцентр”, Санкт-Петербург”.

“Я простой предприниматель из Сочи, владелец небольшой информационной компании, со штатом 4 человека, хочу выразить поддержку Михаилу Ходорковскому.
Все обвинения Генпрокуратуры против него и против ЮКОСа являются надуманными, а его арест — произволом, который переходит все допустимые в нормальном обществе границы. Это является частью войны, которую ведут против российского бизнеса определенные властные круги, прежде всего — близкие к силовым структурам. Приходится только сожалеть о подобном отношении власти к бизнесу. Это показатель того, что в нашей стране до сих пор нет нормального гражданского общества. Но это также и показатель того, что ситуация меняется, что это действительно “последний бой” людей, которые не приемлют изменений в обществе, которые старательно пытаются “подпереть” разваливающуюся систему, основанную на страхе граждан перед правоохранительными органами. Они чувствуют, что их время прошло, что Россия меняется.
В.Красовский, г. Сочи”.

“Больно смотреть на то, что происходит в России в последние годы. Очень неприятно видеть, как не признающая закона власть давит все то, что может хоть как-то способствовать возникновению ростков гражданского общества.
У меня вызывает искреннее уважение позиция Ходорковского в конфликте вокруг ЮКОСа. К сожалению, не вижу сейчас благоприятного для него выхода. Ведь президент, без ведома которого, естественно, такие вещи происходить не могут, не знает иных способов решения проблем, кроме принятых в КГБ: провокация, силовое давление, шантаж, запугивание.
Мне кажется, у этой страны очень плохие перспективы с такими правителями.
Р.Хахалин, председатель Самарского отделения общественной организации “Гражданское оружие”.
 

* * *
Остановимся на этом последнем, виртуальном письме. Мнение его автора о действиях сотрудников ФСБ может показаться преувеличением. К тому же сами они, эти сотрудники, настойчиво уверяют нас: нынешняя ФСБ — совсем не то же самое, что прежний КГБ. Практика, однако, свидетельствует о том, что нынешние чекисты, приобретя некоторый внешний лоск и умение пользоваться “мобилами”, в сути своих методов изменились очень мало. Или даже совсем не изменились.
Имея в виду последние события, я говорю даже не о скандале с самим Ходорковским. Речь идет о совсем уж малоприятном инциденте, на который мало кто обратил внимание, — о визите сотрудников ФСБ в школу, где учится дочь олигарха.
Не так давно в эту школу, где учится Настя Ходорковская, заявились чекисты с удостоверениями офицеров Центрального управления ФСБ. Пожаловали они не с визитом вежливости и не в гости, а якобы для проверки готовности школы к противодействию террористам.
Ни до, ни после этого посещения, а также ни в одной другой московской школе никаких “антитеррористических проверок” не проводилось.
Впрочем, и на этом единственном “объекте”, выбранном чекистами, такая проверка тоже не проводилась. Визитеры проследовали в школьную канцелярию, где потребовали личные дела учеников в возрасте от 11 до 13 лет.
Насте Ходорковской исполнилось 12.
У этой чекистской традиции — многолетняя история. В первые годы советской власти семьи “социально чуждых” истреблялись под корень. Позднее, когда чекисты получили сталинское разъяснение — “сын за отца не отвечает”, — появились специальные лагеря и поселения для “детей врагов народа”. Во времена Брежнева—Андропова, с разгулом демократии, детишек и вовсе сажать перестали. Опекали только. Вот так же приходили в школы, где учились дети инакомыслящих, интересовались их отметками, поведением, высказываниями по “политическим вопросам”. Словом, давали понять родителям: имейте в виду, ваши дети — вот они, ежели что — вы пусть не себя, так хоть их пожалейте...
Сейчас, похоже, происходит то же самое. И удивляться тут нечему: нашей преемственностью традиций мы очень даже гордимся. Сначала мемориальную доску тов. Андропову повесили, “крестному отцу” психушек для диссидентов. Теперь вот, и уже не впервые, требуем вернуть Железного Феликса на Лубянскую площадь. Под тем предлогом, что нужно, мол, вернуть ей, площади, ее исторический вид.
Между прочим, до памятника Дзержинскому на той площади был фонтан. Вот его бы и восстановить, если уж мы так жаждем воссоздать исторический облик. Но фонтан нам не нужен. Не назидательно. Должные почтение и страх отсутствуют.
Так что подождем памятника Дзержинскому на площади его имени. Я так полагаю, ждать осталось недолго. А пока понаблюдаем, как чекисты используют свои отработанные методы — “опекают” детей тех, кто почему-либо не нравится власть предержащим.
Ну что — так и будем наблюдать? Молча? Тогда самое время — сушить сухари.
 

* * *
В заключение еще одно письмо.
“Я — обыкновенный священник Русской Православной Церкви, а потому в своем письме представляю только себя. Однако это не меняет сути моих слов и чувств.
Казалось бы, Христианство относится равнодушно к богатству и богатым людям, но оно не относится равнодушно к подлости, лжи, лицемерию и вероломству, а Вы, Михаил, стали жертвой именно этих свойств нашей новой государственной системы.
Еще недавно нам всем хотелось, чтобы в нашей стране человек мог свободно жить и трудиться. Чтобы мог, применяя свой талант, реализовать себя в разных сферах деятельности, в том числе и в частном бизнесе. И чтобы мог свободно верить в Бога. Когда-то и я боролся за это, возглавляя одну из демократических организаций в Твери. Еще недавно я думал, что это время пришло. Пусть это свершилось трудно, пусть с перегибами, но уже не вернется “телефонное право”, по которому из “властного центра” решат, кому жить на воле, а кому идти по этапу. И вот сегодня, с горечью глядя на Ваши мытарства, я вынужден констатировать возвращение произвола властей.
Еще недавно у нас, простых людей, была надежда, что, будь наша власть чуть-чуть посильнее, она лучше бы защищала российских граждан, да и на международной арене выглядела бы достойнее, не позволяя вытирать о Россию ноги всем кому не лень. Но Ваш арест говорит, что, обретая силу, эта власть соблазняется применить ее в преступных целях. Начать передел собственности (хотя собственность для христианина — не великая ценность). Не экономическими методами (это тоже было бы подло, но выглядело бы хотя бы легитимно), а грубыми полицейскими методами. Если Вы выстоите и государственный рэкет потерпит фиаско, то наша малая надежда на будущую справедливость русского истеблишмента еще сохранится. Поверьте, что без нее станет труднее (точнее, больнее) любить нашу многострадальную Родину.
Дорогой Михаил! Я не знаю, нужны ли Вам мои молитвы, но я буду молиться за Вас! Ваша выдержка и терпение — это часть моего патриотизма и моей веры в то, что Россия будет еще великой, процветающей державой. Молю Вас, сохраняйте терпение! Не идите на компромиссы с Генпрокуратурой!
И да поможет Вам Бог!
С глубочайшим уважением, священник Георгий Белодуров, г. Тверь”.

Марк ДЕЙЧ
 

Рейтинг слухов


Сергей МИРОНОВ:

“Это дружеский нам народ грузинский, и мы с большим волнением наблюдаем, что там происходит, но не более того”.

Александр ВЕШНЯКОВ:
“Не надо черным цветом отмечать все в Республике Башкортостан. Там есть и белые пятна”.

Владимир ПУТИН
(о возможности отстранения от должности глав муниципальных образований):
“Но что такое отстранение от должности, от власти. Кого у нас пока отстранили? Надо бы, может быть, кого-то, пока не отстранили никого. ...Если уж в этих условиях люди будут доводить до цугундера свой регион, город, посeлок, так лучше сверху освободить, чем ждать, пока снизу на вилы поднимут”.

КАСЬЯНОВУ СНОВА ПОДБИРАЮТ ПРЕЕМНИКА
Кремлевские слухи
Распределение портфелей в обновленной Администрации Президента обошлось без сенсаций. Впрочем, для большинства заинтересованных наблюдателей не прошло мимо главное событие — получивший пост заместителя руководителя администрации Шувалов — он будет курировать экономический блок. В прошлом Шувалов возглавлял аппарат правительства Касьянова, и расставание их сопровождалось легкой информационной потасовкой. Шувалова называли креатурой Волошина и возможным кандидатом на пост премьера еще полгода назад. И вот теперь заговорили о том, что Кремль наконец определился с кандидатурой на место Касьянова. Косвенно эти слухи подтверждаются тем, что на плечи Шувалова ляжет почетная, но ответственная роль курировать процесс удвоения ВВП. Разумеется, если к президентским выборам процесс удвоения пойдет не так быстро, как хотелось бы Кремлю, у Путина найдутся основания сменить рулевого. В любом случае в администрации появился человек, который по должности имеет право критиковать, а то и корректировать экономическую политику правительства.

БАБ СВЕРТЫВАЕТ СЕТЬ В РОССИИ
Обиженные

Бориса Абрамовича Березовского в нашей жизни скоро станет меньше, по крайней мере так говорят. По слухам, сразу после получения статуса политического беженца он практически свернул проект “Либеральная Россия”, а также сопровождающие его многочисленные медиаресурсы. Известно, что медиаимперия Березовского по разным причинам сократилась до весьма ограниченных размеров, зато в Интернете его присутствие оставалось довольно весомо. Для многих журналистов писание под копирку “либеральных” текстов для различных сайтов стало неплохим дополнительным источником доходов. Представители Березовского утверждали, что борьба с тоталитарным режимом в Интернете — это надолго. И вот недавно выяснилось, что конечная цель была куда более конкретней и, как всегда, прагматичнее — подданство ее величества и почетный статус политического иммигранта. Разумеется, БАБ прекратил финансирование далеко не всех медиапроектов, его то незримое, а то и очень зримое присутствие в российских медиа по-прежнему ощущается. Отправлены под нож в основном пока интернет-проекты, в том числе совсем свежие “Психи.ру” (аналог compromat.ru) и “Позиция.ру.” — уничтожены практически в самом зародыше. Гибели большинства проектов в мире большой журналистики никто не заметил, кроме тех людей, которые уже сделали заказанную им работу, а денег за нее так и не получили. В результате в стране несколько увеличилось количество людей с высшим журналистским образованием, искренне ненавидящих английское правосудие и борьбу с тоталитаризмом.

ЭЛЬБРУС ГРОЗИТ СТАТЬ ВТОРЫМ ВЕЗУВИЕМ
Ученые круги

Ученое сообщество бьет тревогу: казалось бы, погруженный в вечную мерзлоту Эльбрус вдруг проснулся и подал признаки жизни. Внезапное оживление Эльбруса (по данным ученых, в последний раз он извергался 900 лет назад) грозит крупными неприятностями всему Краснодарскому краю, и без того измученному постоянной борьбой со стихией. Как утверждают ученые, “шевеление” молодого вулкана (возраст Эльбруса всего 2,5 млн. лет) началось на той самой глубине, которая особо чревата возможностью извержения. Самое печальное, что пока ученые могут только зафиксировать возросшую вулканическую активность Эльбруса, но предупредить выбросы или хотя бы даже спрогнозировать дату возможного извержения наука пока не в силах. Остается только надеяться, что вторых Помпеев на нашей территории все же не предвидится.

НАСТОЯЩИМ ПАПАРАЦЦИ МОЖЕТ БЫТЬ КАЖДЫЙ
Производители бытовой техники

Великий Федерико Феллини, нарекая героя “Сладкой жизни” Папарацци, конечно, не подозревал, что имя вездесущего фотографа вскоре станет нарицательным для всех любителей сунуться с фотокамерой в чужую жизнь. Также разработчики новейших моделей сотовых телефонов, встраивая фотообъектив в телефонные панели, руководствовались самыми благими намерениями расширения возможностей передачи информации на расстоянии. Однако благими намерениями, как известно… В общем, в последнее время из разных уголков мира стали доноситься тревожные слухи, что мобильные телефоны с фото- и особенно видеокамерами скоро запретят использовать в общественных местах. А все потому, что участились случаи превращения в наглых папарацци обычных мирных граждан, которые просто оказывались в нужное время в нужном месте со своим мобильником и щелкали растерявшихся знаменитостей или сильных мира сего в неподобающем виде или в неподходящих компаниях. А потом еще и фотки на сайты вывешивали, вплоть до порно. В общем, в некоторых странах уже запрещено проносить мобилы в спортзалы, бассейны, сауны и прочие места, где граждане имеют привычку обнажаться. И это только начало. Ходят слухи, что скоро запрет докатится и до нас: уже отмечались случаи несанкционированных съемок звезд и, что самое ужасное, народных избранников, которые с непредвыборным выражением лица взирали на свой электорат из окон бронированных “Мерседесов” и с веранд дорогих ресторанов. И вот если это просочится в Интернет, то уже никакие имиджмейкеры не поправят.

ЛАБОРАТОРИЯ СЛУХА
Что будет теперь с экс-главой кремлевской администрации Александром Волошиным? Этот вопрос волнует всех. Уже появились самые разноречивые предположения, вплоть до того, что “непотопляемый Стальевич” возглавит оппозиционный штаб на предстоящих президентских выборах. Есть и другие, более умеренные варианты: дескать, не станет президент бросаться таким высококлассным менеджером, как Волошин, и задействует его в собственной избирательной кампании. А вот что думают по этому поводу наши эксперты.

Станислав БЕЛКОВСКИЙ, генеральный директор Совета по национальной стратегии:
— Слух о том, что Александр Волошин может возглавить штаб объединенной либеральной оппозиции Владимиру Путину, имеет под собой определенные основания.
Цель штаба — не дать возможности Путину победить в первом туре президентских выборов 2004 года. Сценарий достижения цели прост, как все великое: выдвигается кандидат либеральных сил, который запугивает свой базовый электорат сползанием Кремля к авторитаризму и ревизии демократических ценностей. Нельзя исключать, что такой кандидат может отнять у Путина на выборах-2004 10—12% голосов. В результате Путин, лишившись поддержки со стороны ядра либерального электората, получит вместо прогнозных 55% лишь 43—45% голосов. А значит, второй тур, в котором будут бороться Путин и представитель левых сил (скорее всего Геннадий Зюганов), неизбежен. В промежутке между турами олигархи смогут выдвинуть Президенту РФ ряд условий, на выполнение которых Путин, согласно замыслу создателей штаба, вынужден будет пойти.
Другое дело, что Волошин с вероятностью более 50% не согласится возглавить оппозиционный штаб — бывший руководитель администрации сохранил неплохие личные отношения с президентом и не стремится их окончательно испортить.
Предположение, что Волошин примет участие в организации предвыборного штаба самого Владимира Путина, выглядит не слишком убедительным. Сегодня цель Волошина — показать, что без него, великого и ужасного, путинская машина власти вообще не работает либо работает неэффективно. По некоторым сведениям, в настоящее время он скорее заинтересован в ослаблении позиций “Единой России” и нагнетании в окружении Путина апокалиптических настроений, что позволило бы ему со временем взять аппаратный реванш и вернуться в Кремль на белом коне.

Глеб ПАВЛОВСКИЙ, руководитель Фонда эффективной политики:
— В значительной степени существующий политический режим Путина является созданием Волошина и команды, в которой он играл решающую роль. Нельзя же ему теперь становиться политическим детоубийцей. Отличительной чертой Волошина является рациональный, даже излишне рациональный ум, и он прекрасно понимает, что при нынешней слабости политических партий и общественных организаций Путин — основной фактор устойчивости российской демократии. Так что предположение, что Волошин может возглавить оппозиционный штаб, просто нелепо. Захочет ли он еще втягиваться в политическую борьбу? Трудно сейчас это представить. Думается, что он достаточно утомлен годами политической борьбы и прежде всего нуждается в отдыхе.

Борис МАКАРЕНКО, Центр политтехнологий:
— Волошин уйдет в частный бизнес. Политика сейчас для него закрыта, поскольку он может руководствоваться только лишь обычным чиновничьим правилом — не идти на должность ниже, чем он занимал. А он занимал такую высокую должность, что найти что-то подходящее просто невозможно. Думаю, что вряд ли он найдет себе применение и в компаниях с государственным участием, где главное слово остается за государством, читай президентом. Так что работу он скорее всего будет себе искать сам, а значит, найдет ее в частном бизнесе. Есть и другой, отдельный вопрос — отъезд из страны. По этому поводу скажу так: если мы каждый день будем слушать высказывания Колесникова, уезжать в ближайшее время придется не одному Волошину, а многим.
 

Марк ДЕЙЧ, Мария ФЕДОРИНА, Анна ФЕОФИЛАКТОВА, Наталья ГАЛИМОВА

Поклон от “потёмщика“


Отвечать на ответ — пустое занятие. Бесперспективное.
Да и потом: кто я такой, чтобы рядиться с самим Солженицыным? Пусть бы последнее слово за ним осталось. Но только чтобы — правдивое.
Не получилось у классика. В статье под претенциозным названием “Потёмщики света не ищут” А.И. пошел по проторенной дороге: подтасовок, фальсификаций и откровенной лжи. А коли так — промолчать нельзя.

“Живой классик” выстрелил одновременно с двух рук — его статья появилась в один день (22 октября 2003 г.) в двух газетах: “Литературной” и “Комсомолке”. Причем последняя уведомляла читателей, что печатает сей материал “с любезного разрешения” “ЛГ”.
“Литературка”, конечно, разрешила. Попробовала бы она не разрешить! Ведь указание — где публиковать — шло непосредственно от А.И. (я в этом уверен). Как раньше — распоряжение от Агитпропа, которому никто не смел противиться.
Методы советской работы в вопросах агитации и пропаганды классик прекрасно усвоил еще с советских времен. Но любопытно, впрочем, совсем другое: Солженицына бросились защищать скопом. Причем, как мне кажется, те же самые, кто столь же яростно ополчались против него при коммунистах.
Ответ же самого А.И. производит и вовсе странное впечатление. Я писал об откровенной фальсификации и подтасовках, которые в обеих книгах “200 лет вместе” видны вполне отчетливо. А в ответ — подробный рассказ классика о том, как травил когда-то писателя Комитет госбезопасности. И о том, что травля эта, дескать, продолжается до сих пор — с помощью нынешних кагэбэшников, таких, как обозреватель “МК”.
Прием настолько старый, что даже не смешно.
Спору нет: Солженицыну в свое время крепко досталось от КГБ. Но противостояние — поистине героическое — писателя и всесильных “органов” вовсе не снимает проблемы лжи. Комитет многажды лгал практически во всем, что касалось Солженицына. К сожалению, писатель в ответ тоже лгал, хотя до поры до времени на это никто не обращал внимания. Одни — по незнанию, другие — потому, что А.И. был гоним, а русское либеральное общество, по традиции, всегда становилось на сторону гонимого.
Но вот в 1993 году парижский журнал “Синтаксис” опубликовал письмо Солженицыну его близкого друга Льва Копелева — фронтовика, писателя и диссидента. Они дружили много лет, вместе сидели на “шарашке”, Копелев был даже прототипом одного из главных героев романа Солженицына “В круге первом”. Но, видимо, в конце концов терпение Копелева иссякло.
“Каждый раз, — писал он в том письме, — когда я замечал, что ты хитришь, что говоришь неправду или, напротив, хамишь, я не мог порвать с тобой и потому, что слишком прочно укоренены были во мне давние дружеские связи, но прежде всего потому, что ты всегда был под угрозой...
...Весной 1975 года мы прочитали “Бодался теленок с дубом”. И там уже обстоятельно, словно бы строго исторично, ты писал заведомую неправду. Но эта твоя “малая неправда” была лишь одной из многих...
...Не доверяя своим современным и будущим биографам, ты решил сам сотворить свой миф, по-своему написать свое житие. И тебе мешали свидетели. Именно поэтому так опасался мемуаров Натальи Алексеевны (Решетовской, первой жены А.И. — М.Д.). Вот и я мешаю тебе...” (1)
Лев Копелев, автор замечательных книг “Хранить вечно!” и “Утоли мои печали”, больше Солженицыну не мешает. Он скончался в 1997 году.
Но другие — живы.
После мой статьи “Бесстыжий классик” (“МК” от 25 и 26 сентября 2003 г.) я получил письмо от известного историка Роя Медведева. “В грубости и презрении к оппонентам Солженицына превзойти невозможно”, — пишет он. К письму Рой Александрович приложил свою недавно вышедшую книгу “Солженицын и Сахаров”. В главе, которая называется “Фальсификация как метод полемики”, есть такие строки:
“Выступая перед американскими слушателями, Солженицын... в ряде случаев прибег к сознательной фальсификации. Между прочим, это типичная черта пропагандистов старой советской выучки — о политическом противнике можно говорить все что угодно”. (2)
А теперь — давайте посмотрим, что же так задело в моей статье Великого Писателя Земли Русской (ВПЗР).

* * *
“Дейч грубо искажает главу из моей книги об участии евреев в войне, — пишет классик. — Именно в противовес расхожему представлению, что многие евреи уклонялись от армии, — я добыл и впервые привёл никогда прежде не публиковавшиеся данные Министерства обороны, из которых следует, что число евреев в Красной Армии в годы Великой Отечественной войны было пропорционально численности еврейского населения, то есть пропорция соответствует средней по стране (Часть II, с. 363—364)”.
Что ж, откроем указанные страницы. Цифры действительно приводятся. Однако где “добыл” их А.И., остается тайной. И что значит — “добыл”? Если в архиве, то где сноска на архивный источник (место хранения, номер документа, страницы)? А ведь в других случаях классик скрупулезно приводит такие данные. Но вот именно в этом случае их нет. Почему?
Да потому что “добыл” их вовсе не Солженицын. И “привел” он их отнюдь не первым. В 1992 году заслуженный деятель науки РФ, доктор военных наук, профессор В.Рябчук писал: “В рядах советских Вооруженных Сил сражались воины всех национальностей Советского Союза, из них 500 тысяч евреев, или 2,5% всех бойцов”. (3)
Но даже приводя сведения, “добытые” подобным образом, А.И. и тут ухитрился использовать их в нужном для себя русле. На 1939 год евреи в населении СССР составляли 1,78%, Солженицыну эта цифра известна. (4) Но из этого со всей очевидностью следует, что “число евреев в Красной Армии” не было “пропорционально численности еврейского населения”, как пишет о том классик, но — значительно выше: 2,5%, а не 1,78%.
Уверенно двигаясь в том же русле, А.И. рассуждает, согласно его выражению, о “внутриармейских диспропорциях”. (5) Ну вот, например:
“Среди генералов Красной Армии было 26 евреев-генералов медицинской службы и 9 — генералов ветеринарной службы; 33 генерала служили в инженерных войсках”. (6) Вот, дескать, как они “воевали”: в медицинских и даже в ветеринарных войсках...
Этот прием у Солженицына — обычный и совершенно сознательный. Между тем евреями были: 92 общевойсковых генерала, 26 генералов авиации, 33 генерала артиллерии, 24 генерала танковый войск; кроме того, 9 командующих армиями и флотилиями, 12 командиров корпусов, 34 командира дивизий, 23 командира танковых бригад, 31 командир танковых полков. Всего в годы войны в Вооруженных Силах страны служили 305 евреев в звании генералов и адмиралов, 219 из них принимали непосредственное участие в боях, 38 — погибли. (7)
Среди воинов-евреев, погибших и умерших от ран, 77,6 процента составляли рядовые солдаты и сержанты; 22,4% — младшие лейтенанты, лейтенанты и старшие лейтенанты. То есть это именно те, кто сражались на передовой. А всего их, погибших и умерших от ран в годы войны, — почти половина из 500 тысяч... (8)
Ничего этого у Солженицына нет. А есть вот что:
“Рядовой фронтовик, оглядываясь с передовой себе за спину, видел, всем понятно, что участниками войны считались и 2-й и 3-й эшелоны фронта: глубокие штабы, интендантства, вся медицина от медсанбатов и выше, многие тыловые технические части, и во всех них, конечно, обслуживающий персонал, и писари, и ещё вся машина армейской пропаганды, включая и переездные эстрадные ансамбли, фронтовые артистические бригады, — и всякому было наглядно: да, там (выделено Солженицыным. — М.Д.) евреев значительно гуще, чем на передовой”. (9)
Ну не бесстыдство ли? Чтобы не сказать хуже.
 

* * *
Но особенно обиделся классик за мое упоминание о его военных годах:
“Но пойдёт в захват и такое: а почему Солженицын о своём военном прошлом не пишет “практически ничего”, “эту тему старательно избегает”? — А это — блудливый журналист избегает читать мои книги. В полдюжине разных изданий напечатаны...” (далее ВПЗР перечисляет публикации о своих фронтовых заслугах).
“Блудливый журналист” не избегал. Просто до поры до времени чересчур доверчиво относился ко всему, что выходило из-под пера живого классика. Вот ведь пишет А.И.: “Хотя я участник той войны, мне меньше всего в жизни пришлось собирать о ней материалы или писать что-либо”. (10) Однако после попрека в блудливости — прочел. Ну что сказать... Не “Севастопольские рассказы”. Но дело, конечно, не в этом. А в том, что воспоминания очевидца — вовсе не истина в последней инстанции. Особенно такого очевидца, как А.И., — неоднократно уличенного (отнюдь не только мной) в фальсификации и лжи.
В статье “Бесстыжий классик” я написал: “На передовой Солженицын никогда не был. Он командовал батареей звуковой разведки (БЗР), которая располагалась, по определению А.И., во 2-м, 3-м, а то и в 5-м эшелоне. Во всяком случае — никак не в 1-м. По звукам выстрелов вражеской артиллерии БЗР определяла ее местонахождение и передавала эти данные своим батареям. А вот те-то и занимались настоящей военной работой”. (11)
И тут живой классик опять меня отбрил и добил окончательно:
“Хоть где-нибудь и своими мозгами поработал бы Дейч. Для того чтобы мембранные звукоприёмники воспринимали бы выстрелы даже отдалённых пушек, а тем более слабые звуки миномётов — они должны дугой располагаться от переднего края нашей пехоты — обычно в двух, но не далее трёх километров. И чтобы первым услышать дошедший звук выстрела — и по нему включить записывающий центральный аппарат — “Предупредитель” (наблюдательный пункт) батареи должен располагаться на уровне пехотных окопов”.
Уж не сам ли А.И. находился “на уровне пехотных окопов” в роли “Предупредителя”? Ничего подобного. “Предупредителем” был рядовой или сержант из БЗР. Потом — действительно на расстоянии 2—3 километров от передовой — располагались звукоприемники, но бойцов при них не было: они лишь время от времени наведывались туда — проверяли исправность этих самых звукоприемников; да и присмотреть — не стащил ли кто? — тоже не мешало. И дальше, еще в 3—4 километрах — командный пункт батареи звуковой разведки со всеми ее приборами. Во главе, понятное дело, с командиром. Так что от передовой Солженицын находился на расстоянии 5—7 километров.
Все это мне рассказал полковник в отставке Владимир Цейтлин. Он, смею думать, неплохо разбирается во всем, что касается артиллерии. В 16 лет пошел добровольцем в артиллерийскую спецшколу, потом — артиллерийское училище, по окончании которого получил лейтенанта. Командовал батареей 76-мм пушек — в упор расстреливал фашистские танки. Был ранен. Как и Солженицын, Цейтлин получил два ордена. “Красную звезду” — за 4 уничтоженных танка во время гитлеровской контратаки. И Отечественной войны I степени — за форсирование реки Грон под огнем противника. Но в отличие от будущего классика Владимир Цейтлин получил свои ордена за личное мужество.
Вот другое свидетельство — человека, в годы войны весьма близкого к Солженицыну. Сержант Илья Соломин (“воевал отлично всю войну насквозь” (12), — написал о своем ординарце классик) в интервью “Известиям” высказался совершенно однозначно:
“В боях батарея участия не принимала, у нас была другая задача”.
“Солженицыну выпадало в боях участвовать?” — настаивал корреспондент.
“Я же сказал, — повторил Соломин, — у нас были другие задачи”. (13)
Конечно же, это были важные задачи. И хотя на передовой Солженицын не был, свои ордена он получил не за просто так. Но все-таки — не за личное мужество, а за добросовестное выполнение своих обязанностей. И это обстоятельство никак не принижает классика: войну выигрывают не герои, а работяги. Однако признать себя рядовым — не по званию, а по сути — это не для нобелевского лауреата. А чтобы в таких обстоятельствах выделить себя — нужно унизить других. Отсюда — бесстыдное и подлое: “Всякому было наглядно: да, там (не на линии фронта. — М.Д.) евреев было значительно гуще”.
В каждой тысяче фронтовиков евреев было — 25. И если уж берешься за столь щепетильную тему, как национальности в войне, их, эти 25, нужно было разглядеть. Но классик разглядывать не захотел. А потому — безлично-обобщающее “всякому наглядно”. И отсюда — “гуще”. А в итоге — оскорбление целого народа.
 

* * *
В моей статье, опубликованной в “МК”, прозвучала и лагерная тема. Не могла не прозвучать: солженицынский “Архипелаг ГУЛАГ” вошел в историю, и вместе с ним — его автор. Ничего, кроме глубокого уважения (учитывая к тому же обстоятельства, в которых этот труд был написан), они — автор и “Архипелаг” — не вызывают. Их роль в крушении коммунистического режима несомненна. Еще в советское время я и многие мои друзья и знакомые неоднократно читали эту книгу, восхищались автором, его знанием лагерной жизни и лагерных судеб.
Но недаром говорят: Время все ставит на свои места.
Мы зачитывались “Архипелагом”, потому что никаких других — как теперь говорят, “альтернативных” — источников для нас не существовало. Все архивы на эту тему были наглухо запечатаны, любопытство — даже сугубо научное — могло окончиться тюремным сроком. Поэтому “Архипелаг ГУЛАГ” воспринимался как откровение, которое усиливалось вкусом запретного плода. Мы безоговорочно верили автору, потому что иных фактов и цифр не знали, а приводимые советской пропагандой — вызывали оскомину.
Ныне советские архивы открыты практически полностью, с ними работают десятки историков, которые публикуют результаты своих исследований. На этом фоне перечитывать “Архипелаг ГУЛАГ” — занятие утомительное и где-то даже никчемное. Конечно, в книге остается (и останется) чрезвычайно важный аспект — солженицынская публицистика: именно она и вызвала яростную злобу и ненависть коммунистов. Но одной публицистики, согласитесь, недостаточно. К архивным же данным А.И., как и подавляющее большинство советских людей, допущен не был. Поэтому нет ничего удивительного в том, что в последнее время именно эту, фактологическую сторону его “Архипелага”, стали называть “сборником лагерных баек”.
И все равно: преуменьшить значение “Архипелага” невозможно. Но относиться к нему чуть более критично — мы обязаны. Если, конечно, нам нужна не только публицистика, но и правда.
Приведу лишь один пример, касающийся “Архипелага”. В книге историка Земскова “Спецпоселенцы в СССР. 1930—1960”, изданной в 2003 году Институтом российской истории РАН, на стр. 16 читаем:
“Мы вынуждены опровергнуть один из основных статистических постулатов А.И.Солженицына, согласно которому при раскулачивании в 1929—1930 гг. было направлено “в тундру и тайгу миллионов пятнадцать мужиков (а как-то и не поболе)”. См. Солженицын А.И. Архипелаг ГУЛАГ. М., 1989. Т. 1. С. 34. Здесь допущено преувеличение более чем в семь раз. При этом столь грубое искажение действительности трудно ставить А.И.Солженицыну в вину, поскольку его труд “Архипелаг ГУЛАГ” носит мемуарно-публицистический характер, где автор имеет право строить “самодельную” статистику на основе собственных представлений. Однако мы, профессиональные историки, не имеем на это права и обязаны пользоваться документально подтвержденной информацией”.
К великому сожалению, мемуарная составляющая “Архипелага” тоже вызывает немало нареканий. Еще раз процитирую мою статью “Бесстыжий классик” (“МК” от 26.09.2003):
“Как выясняется, он (Солженицын. — М.Д.) всегда и всюду умел неплохо устроиться. В лагере он с самого начала пошел в “придурки” — сумел стать “заведующим производством”, то есть старше нарядчика и начальником всех бригадиров!” Потом, выдав себя за физика-атомщика, попал в шарашку, где вполне сносно (по сравнению, конечно, с лагерем) провел большую часть своего заключения... А после шарашки, уже в экибастузском лагере, он вновь — и нормировщик, и бригадир...
В вину ему это ставить негоже: выживал как мог. Приспосабливался. Но вот сам-то он именно это ставит в вину другим. Сам-то он всегда вел себя именно так, как — по его мнению — вели себя столь нелюбимые им евреи. Другими словами, Солженицын приписал им то, что ему неприятно вспоминать о себе”.
И вновь — отповедь. В “Потёмщиках”, которые “света не ищут”, классик уверенно отметает мою тираду:
“Обсудили военную тему — возвращайся журналист опять же к лагерной: в лагере (на Калужской заставе) был “завпроизводством”! — да был я им меньше недели, сам же и рассказал в самонасмешку, — и отправлен в бригаду маляров (“Архипелаг”. Ч. III, гл. 9). И в Экибастузе ни единого дня не был я “нормировщиком”, как теперь хором лепят заточенные перья, — но больше года — каменщиком (и изрядно научился, и выкладывал фигурную кладку), а после короткого бригадирства — год литейщиком”.
“Фигурная кладка” — это замечательно. А кстати: бригада маляров — это ли не придурочная работа в лагере?
Но бог с ним, с малярством. Из тех лагерных времен сохранились вполне достоверные свидетельства. Во втором томе “200 лет вместе” на стр. 331 упомянут Солженицыным “экибастузский мой солагерник Семён Бадаш”. А в книге воспоминаний Бадаша “Колыма ты моя, Колыма...” читаем:
“В бригаде Панина ходил зэк-нормировщик, постоянно с папочкой нормативных справочников, — это был Саша Солженицын”. (14)
Кто врет — Бадаш или классик? Вообще-то мы уже достаточно хорошо знаем, как А.И. “оперирует” фактами. Но — пусть судит читатель.
 

* * *
“Дейч без оглядки идёт и на подделку цитат (сносок нигде не даёт, ищи, читатель, где хочешь, а еще лучше — поверь Дейчу), — продолжает бушевать классик. — Впаривает мне выражения типа “ленинско-еврейская революция”. Смеет обсуждать воровскую публикацию — с её сквозным хулиганским изгаженьем и грязной фальсификацией — выкраденных моих черновиков 40-летней давности”.
За всю мою журналистскую практику в подделках и фальсификациях замечен не был. А.И. их тоже не нашел, а иначе — непременно бы на них указал, не сомневайтесь. И “черновиков” Солженицына я не крал. Тут — совсем другая история.
В 2000 году увидел свет сборник, основное место в котором занимала работа Солженицына “Евреи в СССР и в будущей России”. В завершении ее находим такие строки:
“Эта работа по своему языковому строю, да и по окончательности формулировок и сейчас, конечно, ещё не вполне завершена (здесь и далее выделено автором. — М.Д.). Я положу её на долгие годы. Надеюсь перед выпуском в свет ещё поработать. Если же не судьба мне к ней прикоснуться до той минуты, когда приспеет ей пора — я прошу её напечатать в этом виде и считать мои взгляды на вопрос именно такими. Когда эта работа увидит свет — может бытЬ очень не скоро, может быть после моей смерти, — я надеюсь, что русские не усмотрят в ней гибели своей нации.
1-я редакция — дек. 1965 г.
2-я редакция — сент./дек. 1968 г. пос. Рождество-на-Истье”. (15)
Приспела пора (с точки зрения А.И.) или не приспела — мне неведомо. Но было отчетливо видно, как после опубликования сборника классик растерялся. И было отчего: эта его работа — абсолютно черносотенная. В интервью “Московским новостям” (№25, 2001 г.), пытаясь от нее отречься, А.И. весьма злобно заявил:
“Это хулиганская выходка психически больного человека (имеется в виду составитель сборника. — М.Д.). В свою пакостную жёлтую книжицу он рядом с собственными “окололитературными” упражнениями влепил опус под моим именем”.
Опять “влепил”. Любимое словечко. Но что значит — “под моим именем”? Надо было понять так, что “опус” сей Солженицыну не принадлежит: кто-то изготовил фальшивку и опубликовал ее под его именем.
Но вот в “Потёмщиках” — уже иной поворот: “воровская публикация”, “выкраденные черновики”... Это означает, что все-таки автор “Евреев в СССР...” — не кто иной, как нобелевский лауреат. И никаких “выражений типа” я классику не “впаривал”. Не посмел бы. А просто одна из глав той давней солженицынской работы названа автором так: “Протоколы сионских мудрецов и Ленинско-еврейская революция в России”. (16)
Вероятно, А.И. еще долго мог бы оспаривать свое авторство, утверждая, что апокриф тот написан не им. Конец сомнениям положило исследование доктора исторических наук Геннадия Костырченко. В статье “Из-под глыб века. О второй части книги Александра Солженицына “200 лет вместе” известный российский историк пишет:
“Ни резкая реакция писателя, ни темная история появления на свет странного издания не дают основания полагать, что преданные гласности 70 страниц старой рукописи Солженицына — фальсификация. Писатель заявил, что не будет обращаться в суд, хотя только там, назначив экспертизу на аутентичность, могли внести полную ясность в эту запутанную ситуацию. В печати появились сведения о том, что опубликованный текст соответствует оригиналу рукописи, переданной в свое время бывшей женой Солженицына Н.А.Решетовской в архив академического Института русской литературы. Примерно пятая часть этого “апокрифа” потом оказалась почти дословно воспроизведенной во второй части книги “200 лет вместе”.
Мнение Костырченко об “эпохальном труде” классика (“200 лет вместе”) совершенно недвусмысленно:
“И в литературном, и в историко-публицистическом отношении это, возможно, самое неудачное из произведений, когда-либо публиковавшихся Солженицыным.
Позиция Солженицына по “еврейскому вопросу” сформировалась в середине 1960-х под влиянием процветавшего тогда в СССР латентного государственного антисемитизма, идеологически-репрессивных акций против “агентуры международного сионизма” и личных конфликтов с окружавшими его евреями. С тех пор точка зрения автора мало изменилась”. (17)
 

* * *
В заключение — еще несколько строк из письма покойного фронтовика и писателя Льва Копелева:
“В том, что ты пишешь в последние годы, преобладают ненависть, высокомерие и несправедливость. Ты ненавидишь всех, мыслящих не по-твоему (будь то Радищев, будь то Милюков или Бердяев). Ты постоянно говоришь и пишешь о своей любви к России и честишь “русофобами” всех, кто не по-твоему рассуждает о русской истории. Но неужели ты не чувствуешь, какое глубочайшее презрение к русскому народу и к русской интеллигенции заключено в той черносотенной сказке о жидомасонском завоевании России силами мадьярских, латышских и других “инородных” штыков? Именно эта сказка теперь стала основой твоего “метафизического” национализма, осью твоего “Красного колеса”. Увы, гнилая ось”. (18)
Точнее не скажешь. При том, что “200 лет вместе” Лев Копелев не читал. Не успел...
 

P.S. Поскольку “живой классик” попрекнул меня в отсутствии сносок (можно подумать, будто приводимые мной цитаты я сам же и выдумал), специально для А.И. (а также для других интересующихся):
1. Цит. по: Апрель (альманах). — М., 2003.
2. Рой Медведев. Солженицын и Сахаров. — М., 2002, с. 245.
3. Предисловие В.Рябчука к книге профессора Военной академии им. Фрунзе Ф.Д.Свердлова “Солдатская доблесть”. — М., 1992, с. 4.
4. А.И.Солженицын. 200 лет вместе. Ч. II. — М., 2002, с. 367.
5. Там же, с. 364.
6. Там же, с. 365.
7. Книга памяти воинов-евреев, погибших в боях с нацизмом. Т. 7. — М., 2002, с.21.
8. Там же, с. 22.
9. А.И.Солженицын, там же, с. 365.
10. Там же, с. 358.
11. “МК” от 26.09.2003 г.
12. А.И.Солженицын, там же, с. 359.
13. “Известия” от 19.04.2003 г.
14. Цит. по: Семен Резник. Вместе или врозь? — М., 2003, с. 409.
15. А.И.Солженицын. Евреи в СССР и в будущей России, с. 74.
16. Там же, с. 22.
17. “Родина”. Российский исторический иллюстриованный журнал. №7, 2003.
18. Цит. по: Апрель (альманах). — М., 2003.


Марк ДЕЙЧ

 

В урну


Из водителей — в депутаты

Конкуренцию “солидным” кандидатам в депутаты составил простой водитель.
Первые замеры рейтингов кандидатов в депутаты Госдумы в РФ в одном из избирательных округов Западного Оренбуржья, мягко говоря, общественность удивили. В округе, где баллотируются глава одного из городов, действующий депутат ГД и один из руководителей крупной нефтяной компании, лидировал никому не известный человек. Когда штабисты кандидатов стали наводить справки о новоиспеченном фаворите, оказалось, что им является обычный водитель одной из шараг города Бузулука.
Он не скрывал, что пошел в кандидаты больше для прикола и сам не ожидал такого результата. Так что пиаровцам “солидных” кандидатов срочно пришлось менять планы рекламной кампании. И теперь представитель простого народа, вышедший на выборы практически без денег, плавно ушел в хвост кандидатской очереди.
 

Ограбление по-ростовски
В ночь с 22 на 23 ноября, практически в одно и то же время, в Ростове-на-Дону совершено ограбление сразу двух избирательных участков. Один из них располагался в школе, другой — в школе-интернате.
В помещение школы, где разместилась участковая избирательная комиссия, злоумышленники проникли через форточку. Здесь их добычей стали музыкальный центр, видеомагнитофон, хранившиеся в сейфе (его грабители взломали) печать участкового избиркома и около 40 открепительных удостоверений на право голосования. В избирательный участок в школе-интернате неизвестные проникли путем взлома замка на двери актового зала. Потрошить сейф тут не потребовалось: ключ лежал рядом. Пропали печать и 11 тысяч рублей.
Примечательно, что оба загадочных преступления произошли в одном избирательном одномандатном округе по выборам депутатов в Государственную думу. Этот округ считается весьма проблематичным для претендентов на думские кресла. Борьбу за голоса избирателей здесь будут, в частности, вести заместитель губернатора Ростовской области, депутат Госдумы от КПРФ и бывший начальник 124-й центральной лаборатории медико-криминалистической идентификации Минобороны…
Связано ли ночное вторжение на избирательные участки в минувшие выходные с предстоящими выборами или нет — в правоохранительных органах сказать пока никто не берется. Что же касается облизбиркома, то комментируют случившееся здесь неохотно и склоняются к тому, что преступление носило скорее всего корыстный характер.
 

“Единую Россию” можно скушать!
С недавних пор в Кемерове логотипом партии “Единая Россия” можно в прямом смысле подавиться. Дело в том, что кемеровское предприятие “Кемеровохлеб” в последние дни потчует жителей города хлебом и хлебобулочными изделиями долгосрочного хранения в полиэтиленовой упаковке, на которой красуется наклейка с логотипом названной партии.
Расклеивать цветные квадратики — дело муторное. Видимо, поэтому хлебопеки решили не затруднять себя “отдиранием” бумажной основы и часть наклеек просто вкладывают внутрь пакетов с булочками.
Поскольку наклейка, даже с логотипом известной партии, явно не пищевой продукт и мало соответствует санитарным нормам, “МК” обратился за разъяснениями к специалистам Кемеровского центра санэпиднадзора. В отделе гигиены питания корреспонденту сообщили, что наличие наклейки внутри упаковки с хлебом санитарным нормам не соответствует, поскольку никаких дополнительных вкладышей в хлебе быть не должно. Но специалисты пока ничего не могут сделать с нарушителями, потому что население с жалобами на наличие наклеек в упаковках с хлебом к санитарным врачам пока не обращалось.
Стоит заметить, что “единоросский” хлеб появился в Кузбассе вскоре после того, как областная администрация обнародовала сообщение о том, что в Кемеровской области стоимость хлеба одна из самых низких в России. Здесь 1 килограмм пшеничного хлеба стоит в среднем 9 рублей 60 копеек. По большому счету, появлению нового продукта никто не удивился: предприятие “Кемеровохлеб” и ранее проявляло политическую активность во время местных выборов. Но вот внутрь вакуумной упаковки наклейки, предназначенные для непищевого использования, до сего момента не вкладывались.

 

Марк ДЕЙЧ, Юрий МЕЩАНИНОВ
 

Доктор всех залечит?


Независимые аналитики, которых в нашем футболе поменьше, чем в нашей политике, — в недоумении. Еще месяц назад аналитики хлопотали об отпуске, справедливо полагая, что достойнейший доктор В.И.Колосков сохранит свой пост при любом раскладе.

Телодвижения единственного соперника — Валерия Драганова — были именно телодвижениями и всерьез не принимались. Критики Колоскова по большей части сетовали на то, что в разведку с Вячеславом Ивановичем не пошли бы. На что Вячеслав Иванович не без иронии отвечал: он в разведку давно не ходит, тем более — с кем попало.
Точный ход президента РФС в деле сборной России привел к попаданию в финальную часть чемпионата Европы. На этом фоне все остальные огрехи отечественного футбольного хозяйства стали казаться несущественными. Да и здоровье Вячеслава Ивановича, по его собственным ощущениям, не подведет. Не подводит же оно других политических долгожителей — Каддафи, Кастро и, прости Господи, Папу Римского.
И вдруг — неожиданные выдвижения! Пал Палыч Бородин, этот былинный герой, забивший в “дыр-дырчик” больше голов, чем сам Пеле, выдвинут Детской лигой! А владелец заводов-газет-пароходов Владимир Олегович Потанин — удостоен той же чести от мини-футбольной ассоциации!
И тут наступила тишина. Кандидаты так удивились выдвижению, что вся их программная предвыборная деятельность свелась к яркому выступлению Пал Палыча по ТВ. Его спросили: “Как мы сыграем в Португалии?” На что “детский” кандидат ответил: “Мы их всех трахнем!” Что до Потанина, у которого самые честные глаза из всех российских олигархов, то — никаких комментариев. Ни у него самого, ни у его пресс-службы.
Естественно, Вячеслав Иванович в таких условиях откомментировал все самостоятельно, дав понять каждому, что уверен в победе. Ведь за него голосуют представители подвластных футбольных территорий, да и большинство клубов премьер-лиги выступило с поддержкой.
Независимые наблюдатели предполагают два варианта развития событий. Вариант первый. По нему накануне выборов два уважаемых кандидата “от оппозиции” снимаются, и Вячеслав Иванович на белом коне въезжает в очередную президентскую пятилетку.
Вариант второй — позаковыристее. Тут предполагается вмешательство высших сил. Эти высшие силы в рассуждениях футбольных аналитиков туманно обозначаются словосочетанием “сын неба”. Так вот, в случае вмешательства загадочного “сына неба” в отставку подает уже Вячеслав Иванович. Чудо!
Отставка с благодарностью принимается, причем министр спорта России в прочувствованной речи указывает все заслуги отставника, который, естественно, продолжит многотрудную деятельность в ФИФА и УЕФА. В этом сценарии победителем оказывается Владимир Потанин.
И вот здесь, полагают аналитики, наступит момент истины. Кто будет реально руководить нашим футболом? От первых назначений зависит не только ближайшее будущее, но и вектор развития.
“Что же будет? Каковы шансы?” — спросил я аналитиков. “50х50”, — был ответ.

Марк ДЕЙЧ, Павел ВАСИЛЬЕВ
 

«McLaren» реабилитируется

 

Для многих команд второе место в чемпионате “Формулы-1” могло бы стать весьма неплохим итогом сезона. Для многих, но не для “McLaren”. Для “конюшни” такого уровня второе место означает лишь одно — проигрыш чемпионата.

При всех потугах “Williams” вернуть себе былые позиции в “Формуле-1” факт остается фактом: начиная с 1998 года и по сей день пилоты только двух команд — “Ferrari” и “McLaren” — выигрывали чемпионаты мира. Правда, после того как в 1999 году финн Мика Хаккинен завоевал второй по счету титул, его последователям одолеть “ненавистного” Михаэля Шумахера пока так и не удалось. Весь минувший сезон пилот “McLaren” Кими Райкконен претендовал на титул чемпиона и лишь на последнем Гран-при окончательно уступил “корону” Шумахеру. Сезон 2004 года начнется еще довольно нескоро, но “McLaren” не скрывал и не скрывает своей жажды победы. И стягивает все ресурсы для достижения желанной цели.

Первым делом — «самолеты»

Не секрет, что одним из слабых звеньев “McLaren” в минувшем сезоне стала техника — пилоты команды выступали на прошлогодней версии болида, а свежая на тот момент модель так и не вышла на старт. Революционный MP4-18 тестировался на протяжении всего прошлого сезона, но не прошел обязательные тесты FIA. Для конструкторов команды MP4-18 стал большим шагом вперед. Оригинальные идеи делали его быстрее, но были технически рискованны, что снижало надежность и безопасность болида. Но эта модель так и не выйдет на гонки Гран-при. 25 ноября 2003 года на тестах на трассе в Валенсии впервые появился новый болид команды “McLaren”. Машина, получившая код MP4-19, уже точно будет выступать в чемпионате 2004 года. В отличие от предшественницы новый MP4-19 успешно прошел краш-тесты FIA.
— MP4-19 — в некотором роде эволюция конструкции MP4-18, но эта модель менее рискованна с технической точки зрения. Геометрия машины очень похожа на MP4-18, однако в этой оболочке содержится новая “начинка”, что особенно заметно по задней части болида, — пояснил “МКмобилю” управляющий директор команды “West McLaren Mercedes” Мартин Уитмарш.
Действительно, многие узлы машины были полностью изменены, но некоторые из них достались MP4-19 от MP4-18. Если смотреть на болид спереди, машина очень похожа на MP4-18, но сзади это совершенно новая конструкция. Причина тому — не только полет технической мысли конструкторов команды, но и изменения в технических правилах чемпионата. Именно из-за них в MP4-19 подвеска заднего антикрыла содержит всего два горизонтальных элемента, а площадь оболочки двигателя выросла в два раза. Еще одно видимое отличие от предыдущей модели — изменение места расположения выхода радиатора и верхний выход выхлопной системы.
Не сидят без дела и мотористы команды. Новые правила подкинули работенки и спортивному отделению “Mercedes”. Ограничения в использовании моторов по ходу гоночного уик-энда заставили инженеров немецкого концерна основательно покумекать над надежностью. В итоге специалисты “Mercedes Motorsport” создали совершенно новый двигатель, отличающийся более низким центром тяжести и требующий гораздо меньше времени для замены. Казалось бы, зачем, ведь со следующего года двигатель запрещено менять уже перед субботней квалификацией вплоть до окончания гонки.
— Это действительно так. Но представьте, если вдруг, еще до наступления “часа икс”, возникнут проблемы с каким-то другим узлом и гонщик окажется вынужден прибегнуть к использованию запасной машины. На нее нужно будет быстро поставить “боевой” мотор до того, как она уйдет в закрытый парк, — комментирует Мартин Уитмарш. — Если быстро поменять двигатель на запасном болиде, все будет по правилам и штрафа можно избежать...
Кроме того, новый двигатель должен быть гораздо надежнее своего предшественника. Не пострадают ли от этого его скоростные характеристики? Вице-президент “Mercedes Motorsport” Норберт Хауг, отвечающий за поставляемые “West McLaren Mercedes” двигатели, уверен в обратном:
— Когда только утвердили новый регламент, все стали говорить о падении мощности двигателей и максимальных оборотов. Однако, по нашим оценкам, эти характеристики останутся на уровне 2003 года. В то же время главным вопросом станет надежность. Стендовые испытания нового мотора Mercedes-Benz FO 110Q идут с 31 июля 2003 года, и наша команда рассчитывает получить двигатель одновременно и мощный, и надежный!..
 

Потому что мы — пилоты!
И все-таки, как бы ни были хороши шасси и мотор, любой болельщик со стажем скажет, что это — только полдела. Не менее важна и другая “часть” машины, а именно — “прокладка между рулем и сиденьем” — пилот. В 2004 году за “West McLaren Mercedes” будут выступать те же гонщики, что выводили “Серебряные стрелы” на трассы и в предыдущие два года. Сплав молодости и опыта: Дэвид Култхард — ветеран команды, выступающий за нее девятый год, Кими Райкконен — молодая финская звезда, уже громко заявившая о себе на формулической арене. В активе обоих пилотов пока только титулы вице-чемпионов мира, и руководство команды надеется, что в этом сезоне один из них наконец-то сможет избавиться от приставки “вице”.
Как известно, шеф команды Рон Деннис не придерживается политики “первого пилота”, и на старте шансы обоих гонщиков равны. Ситуацию подогревает и то, что они будут бороться не только за титул чемпиона мира, но и за выживание в команде, если не в “Формуле-1” вообще. В 2005 году вступит в силу контракт “McLaren” с Хуаном-Пабло Монтойей, и одному из ныне действующих гонщиков придется уступить свое место в кокпите “McLaren” колумбийцу. Большинство наблюдателей сходится к тому, что третьим лишним станет не кто иной, как Дэвид Култхард. Выходит, на его долю скорее всего выпадет даже более тяжелая психологическая нагрузка, чем на Кими Райкконена. Правда, сама команда утверждает, что точный состав на сезон 2005 года пока неизвестен.
— Если бы все было точно решено, об этом было бы уже давно объявлено. За 18 месяцев в “Формуле-1” может измениться все. Поэтому, думаю, у Дэвида есть шансы сохранить свое место. Тем более что у Кими Райкконена контракт также заканчивается в 2004 году, — считает менеджер шотландца экс-пилот “Формулы-1” Мартин Брандл.
В любом случае “жупел” в лице Монтойи будет действовать на нервы пилотам, но может стать благом для команды: у обоих гонщиков появляется дополнительный стимул выкладываться по максимуму. Выдержке Райкконена в этой ситуации можно только позавидовать:
— Интересно будет посмотреть, что произойдет, но смена партнера лично для меня ничего не меняет. Я просто стараюсь победить своего напарника. Кем бы он ни был...
Вполне хладнокровно Кими относится и к своему проигрышу чемпионата: “В этом году мы просто не были достаточно быстры для завоевания титула, но по крайней мере я не проиграл слабому пилоту”. Посмотрим, что будет дальше. Очередной чемпионат “Формулы-1” начнется менее чем через три месяца.


Марк ДЕЙЧ, Ирина ИВАНОВА

 

Лобби или хобби?


С чего начинается Дума?
Ну, правильно: зарплата, значок, кабинет, помощники и прочие приятные мелочи. А потом? Чем будут заниматься наши избранники на первых своих заседаниях? Думаете, они начнут с самых насущных нужд — страны и наших с вами?
Как бы не так. Они начнут с дележа портфелей.


Впрочем, относительно главного думского портфеля — спикерского — все уже, можно считать, определилось: он, судя по всему, будет отдан г-ну Грызлову. Нужно понимать так, что под руководством этого г-на наша славная милиция достигла небывалых высот в деле борьбы с преступностью. И поскольку этой проблемы (я имею в виду преступность) у нас теперь нету, экс-министра внутренних дел можно перебросить в логово депутатов.
Однако помимо спикерского есть и другие очень важные портфели — председателей думских комитетов. Собственно, они там все важные — и портфели, и комитеты. По безопасности, к примеру. Или по физической культуре и спорту. Но самым важным почему-то считается Комитет по бюджету и налогам. Может, потому, что и то, и другое — из наших с вами денег. А нам с вами все-таки не всегда безразлично, на что будут тратиться наши деньги.
Так вот: в председатели этого наиважнейшего думского комитета прочат некоего г-на Резника.
Ну, Резника и Резника. Нам-то какая разница? И почему — скандал?
Не скажите. Разница есть.
Дело в том, что заместитель председателя фракции “Единства” в последней Думе, заместитель председателя Комитета по бюджету и налогам той же Думы Владислав Резник известен достаточно хорошо — правда, весьма узкому кругу.
Народным избранником г-н Резник стал в 1999 году. А до того он занимался бизнесом на ниве страхования. Владел контрольным пакетом санкт-петербургской страховой компании “Русь”, который впоследствии продал немецким страховщикам. Специалисты считают, что реальная стоимость проданной компании несколько завышена. Но вот почему немцы согласились ее заплатить — непонятно. Наверное, чтобы оправдать старинную пословицу: “Что русскому хорошо, то немцу — смерть”. Полагаю, впрочем, что могли быть и другие причины, по которым рачительные немцы вдруг захотели сделать хорошо г-ну Резнику в ущерб себе. Но нам об этом ничего не известно.
В 1995 году он возглавил “Росгосстрах”. Оценивать его деятельность на посту никто не берется, но известно, что к 1998 году “Росгосстрах” оказался в тяжелом финансовом положении. Именно тогда у сторонних наблюдателей появились подозрения, что Резник искусственно снижает стоимость компании с целью продажи ее “своим”. Тогда “Росгосстрахом” заинтересовались Счетная палата, Главное государственно-правовое управление Администрации Президента и Госдума. После долгих судебных разбирательств приватизация компании была отменена, а Резник свой пост потерял. Но тут подоспели выборы в Думу, и наш герой стал “неприкасаемым”. Как ему это удалось — вопрос особый, в мою компетенцию он не входит.
В Государственной думе третьего созыва г-н Резник очень скоро стал известен в качестве лоббиста.
Вообще в этом деле (я имею в виду лоббирование) наши господа-товарищи очень даже преуспели. Даже, я бы сказал, сильно перегнали Запад. Ведь там лоббизм, как писала еще Большая Советская Энциклопедия, — это “система контор и агентств крупных монополий при законодательных органах США, оказывающих прямое давление (вплоть до подкупа) на законодателей и госчиновников в интересах этих компаний”. У них там, на гнилом Западе, лоббисты действуют совершенно официально, чуть ли не налоги платят со своих доходов. Но они — не депутаты и не конгрессмены. Более того: тамошние законодатели опасаются публично встречаться с лоббистами — чтобы их, законодателей, ни в чем таком не заподозрили.
У нас все гораздо проще. У нас лоббист и законодатель — в одном лице. Зачем нам посредники? Нам без посредников значительно лучше. И свидетелей меньше.
Коллеги Резника по депутатскому корпусу поговаривают, что за время своего депутатства г-н Резник пытался оказать помощь бизнесменам, причем, как правило, иностранным. Тут, конечно, имеется некая странность: попробуйте представить себе какой-нибудь “ихний” парламент, депутат которого поддерживает интересы иностранного бизнеса, да еще в ущерб отечественному. Там такой депутат продержался бы в роли народного избранника очень недолго.
Или вспомним кампанию по содействию иностранным производителям табачных изделий, которая также не обошлась без участия Резника. Но Дума все-таки проголосовала за тот вариант, на котором настаивало правительство, а не за тот, который был выгоден табачным компаниям.
Но самым шумным оказался скандал, связанный с “профилирующим” для г-на Резника бизнесом: страхованием. Еврокомиссия в лице ее председателя провела в этом году переговоры с Правительством РФ о том, чтобы открыть российский страховой рынок для иностранных компаний. Российское правительство в лице вице-премьера Кудрина решительно возражало, полагая, что в этом случае миллионы долларов, которые могли бы работать в России, будут вполне легально уходить на Запад.
Но тут-то, как писало агентство regions.ru: “Г-н Резник предложил прекратить всякую борьбу и открыть доступ иностранным компаниям на внутренний страховой рынок, снятия всех ограничений с деятельности в России иностранных страховых компаний, в обмен депутат обещал не мешать прохождению в Госдуме необходимых страховщикам поправок в Налоговый кодекс”.
Пока что эти последние на такую сделку не пошли. А там — кто ж его знает. К тому же г-н Резник вполне может обойтись и без их согласия. В настоящее время, по мнению СМИ, В.Резник считается одним из главных теневых лоббистов ГД. Открыто позиционирует себя как уполномоченного при фракции “Единство” от питерского окружения В.Путина и куратора правительственных законопроектов в сфере бюджетного и налогового законодательства. А теперь, в новой Думе, для г-на Резника и вовсе все будет просто, поскольку он, будучи представителем партии победившего пролетариата, может стать председателем Комитета по бюджету и налогам. Правда, есть тут некая деталь, которая может нарушить его планы и стать причиной очень громкого скандала.
Председатель этого комитета — человек весьма информированный. Ведь в бюджет входят и так называемые “закрытые” статьи: финансирование спецслужб, финансирование производства и закупок стратегического вооружения, финансирование секретных научных исследований (а они, эти исследования, — несмотря на жалобы наших ученых — по-прежнему ведутся, не сомневайтесь). Кроме того, у председателя бюджетного комитета скапливается серьезная финансовая информация. И все бы ничего, если бы не одна пикантная подробность: по сообщению РБК, “…жена Резника… является гражданкой США”. И не какая-нибудь там домохозяйка, готовящая мужу “борсч”, пока он, бедный, заседает в Думе, — а “…возглавляет российский филиал банка “Credit Swiss First Boston”.
Лично мне вообще-то все равно. Совет им да любовь и детей побольше. Но я вот пытаюсь представить подобную ситуацию у них. Стало быть, конгрессмен, глава комитета по ихнему американскому бюджету, имеет русскую жену... Нет, не так. Его жена — гражданка России, с российским же паспортом, и ко всему прочему — возглавляет американское отделение, скажем, Сбербанка. Что бы сказали этому товарищу его коллеги-конгрессмены, как вы думаете?
Вот и я так думаю.

Марк ДЕЙЧ
 

Александр Буйнов: «Половину своих зубов я выплюнул на асфальт»


Александра Буйнова считают настоящим мужчиной. И как истинный джентльмен, он любит женщин и машины. Что касается первых, то он уже давно определился со своим выбором. Его покорили сразу две красавицы — жена Алена и карликовый пудель Машка. Во втором случае — каждый раз его слабое мужское сердце вздрагивает при появлении новой заморской особы. Хотя у музыканта водились романы и с отечественными труженицами.

— Александр, говорят, вы своеобразным образом избавляетесь от своих старых машин?
— Почему своеобразным? Я их просто отдаю по наследству моим администраторам. Понимаете, я в свои авто влюбляюсь, влюбляюсь по-настоящему. А как можно продать свою любовь? Тем более я предпочитаю менять их примерно каждые три года, и если считать такую машину старой...
— ...и что же вы успели подарить своей команде?
— А все, что у меня было: Volvo, Volkswagen Golf.
— А как же Pontiac?
— Так его не стало этим летом. Мой водитель Димка на ней долбанулся лоб в лоб с каким-то бизнесменом на Volkswagen. Слава богу, “подушки” сработали, и он остался без единой царапины. А тот парень пострадал, попал в больницу.
— Наверное, после этого вы своего шофера чуть не убили?
— Ну, Димка-то в этой аварии не виноват оказался! Я, конечно, переживал — все-таки ситуация не из приятных. Да и подарок это был. Его преподнесла одна из моих поклонниц.
— Неплохие вам подарочки преподносят...
— Да. Так, до Pontiac мне в качестве подарков подгоняли Jaguar и серебристую Volvo 440. Нулевую совсем, переднеприводную. Мне ее один спонсор из Риги подарил. А потом уже был Jaguar — красавец небесно-серебристого цвета (по Москве таких штуки три-четыре рассекали). Эта машина прожила у меня всего полгода, а потом ее угнали. Говорят, что позарились на нее ребята с юга, чтобы перегнать в Чечню. Не знаю, насколько это правда...
— Их так и не нашли?
— Нет, конечно. Для меня это была ужасная потеря, как в душу наплевали. Jaguar — очень интеллигентная машина. Недаром говорят — авто для принцев. Угонщики были явно не королевских кровей, так как работали очень грубо, вчетвером. Это случилось году в 94—95-м... В общем, история, о которой я не хочу вспоминать. И вот после этого разбоя та же поклонница подарила мне уже Pontiac Bonneville бутылочного цвета. Когда я впервые сел на него, на спидометре было всего 20 с лишним тысяч км — новый совсем.
— Насколько я знаю, ваш Land Cruiser тоже подарок?
— Считается, что его мне подарила жена Алена. Ну, как бывает в нормальных семьях? Жена что-то себе покупает, а муж вовремя подходит и говорит: “Дорогая, это мой подарок тебе!” Так и у нас с Аленой происходит. Может, это не так романтично, как если бы я утром проснулся, выглянул в окно, а там стоял бы джипчик с бантиком. Но я-то знаю, что лучше своей жены разбираюсь в машинах, и поэтому коня под себя должен выбирать сам. И не просто выбирать, а влюбиться в него! Поэтому когда Алена сказала, что хочет сделать мне такой подарок, то мы пошли с ней в автосалон, я облазил несколько машин, прежде чем нашел свою новую любовь.
— У вас были какие-то критерии отбора?
— Естественно. Вообще-то мне нравятся американские машины. Чисто внешне. На самом деле все водители знают, что они достаточно капризные и часто ломаются. Но я все-таки нашел для себя золотую середину: выбрал японскую Toyota Sequoia, но сделанную для Канады. В ней даже спидометр с километрами, а не с милями. Так что меня все устроило. Тем более это не первый мой Land Cruiser. До этого у меня был “восьмидесятый”. Он еще живой и здоровый — настоящий работяга, как говорят, “вездепрет”. Я его тоже своим ребятам отдал: продавать жалко, а оставлять — зачем мне две машины практически одинакового класса?
— Так, на всякий случай.
— Если сломается какая-нибудь из них? Так самому даже пытаться не стоит ее отремонтировать. Это вам не “Жигули”, где все разобрал, дунул, плюнул и поехал. Помню, когда папа купил “Москвич-407”, так мы его всем двором ремонтировали. Разбирали мосты, коробки, меняли полуоси. Если запчастей не было, приспосабливали от других марок, даже от трактора. Все это было очень весело, и я быстро приобщился к этому делу, знал машину до последнего винтика. А в шестнадцать лет совершил свой первый вояж с друзьями. Папа, естественно, ничего не знал об этом. Стрельнули бензинчику и поехали кататься — ужасно понравилось! Мои приятели даже и не догадались, что это моя первая поездка. Я же понтился перед ними, говорил, что папа мне уже разрешал за руль садиться. Вот так, потихонечку, и научился. Между прочим, за все свои 25 лет водительского стажа у меня не было ни одной аварии.
— Даже не царапали никого?
— Однажды в ГАЗ въехал. И то не по своей вине. Он зачем-то с соседней полосы на мою быстренько переметнулся и встал как вкопанный. Что мне оставалось делать?
— Легко отделались?
— Без больших потерь (смеется). Самая страшная авария у меня произошла на велосипеде. Где-то в начале 80-х у меня появился гоночный велик, на котором я любил рассекать в Крылатском на велотреке. И вот однажды, я уже возвращался домой, когда у меня внезапно отвалилось заднее колесо (скорость была приличная). Я совершил такой перелет, что даже сознание потерял. А когда поднялся, половину зубов на асфальт выплюнул. Пришлось ехать в челюстно-лицевую хирургию. Встретил меня типичный травматолог, которого уже ничем не удивишь. Осмотрел мой рот и говорит: “Вы идите и те зубы, которые после перелома ушли внутрь, вытащите вперед”. Я подошел к зеркалу, в полном шоке попытался хоть один зуб сдвинуть с места, но у меня ничего не получилось. Я снова подошел к травматологу и попросил его помочь. Он что-то протянул, типа: “Ну, е-е-е!”, сунул свою волосатую руку мне в рот и с диким треском вправил зубы.
— А когда участвовали в гонках на выживание, неужели ни разу никуда не вляпались?
— Наоборот, приобрел очень ценный опыт! До этого я-то думал, что водитель-профессионал, все знаю и умею — куда там! Помню, как в первый раз подошел к инструктору, а он мне: “Давай вместе проедемся”. Мне показалось, что я этот кусок трассы прошел совсем неплохо и довольно быстро. Остановились. Инструктор: “Я сейчас объясню тебе, как тут ездить надо: сначала включаешь первую передачу, потом вторую, третью — не нужно, все равно до ближайшего поворота разогнаться не успеешь. Потом — педаль газа в пол и забываешь про тормоза. Попробуем?” Я снова сел за руль. Когда подъехал к первому повороту, по инерции попытался притормозить, а инструктор прижал мою ногу и не дает с педали акселератора ее снять. Я попытался вырулить на полном газу, но вылетел с трассы и застрял в грязи. И тут слышу: “Вот теперь похоже на правду”. Меня не сама по себе скорость заводит, а преодоление каких-то сложностей. Я поэтому-то люблю и по Москве в час пик ездить. Но стараюсь это делать ловко, вежливо, чтобы никому не мешать и никого не подрезать. И этому всему я научился на “гонках”. Жалко, что их прикрыли. На самом деле на таких трассах нужно “чайников” обучать, тогда у нас больше хороших водителей появится, которые будут уважать не только себя, но и других.

Марк ДЕЙЧ, Тамара АСТАПЕНКОВА

Цирк на букву “Ж”


В одном из своих предвыборных телевыступлений г-н Ж. похвастался: якобы ему, Ж-у, удалось (вероятно, употребив все свое огромное влияние) сделать так, что Марк Дейч против него, Ж-о, теперь не выступает. И то же самое, дескать, будет в дальнейшем с теми, кто на него, Ж-о, покусится...
Придется этого г-на немножко огорчить.

Я с большим удовольствием следил за предвыборными дебатами. Я наблюдал за ними по телевидению и слушал их по радио. Не один я: цирк любят многие. А где цирк — там и коверный. Без коверного никак нельзя.
Он у нас имеется. “Весь вечер на арене”. Вы его знаете.
В дебатах г-н Ж. высказался практически по всем животрепещущим вопросам современности. Ну вот буквально — по всем. Очень разносторонний г-н. Говорит быстро и эмоционально, так что за смыслом не всегда уследишь. Может быть, потому, что его в речах г-на Ж. не слишком много. Смысла. Иногда, впрочем, смысл появляется, но в этих случаях он таков, что лучше бы его не было вовсе.

Г-н Ж. о Советском Союзе и о себе, любимом
Оказывается, г-н Ж. очень любил Советский Союз. Правда, всех нас, советских людей, товарищ Сталин немножко разбаловал. Но это бы еще ладно. Самый страшный момент наступил тогда, когда генеральный секретарь ЦК КПСС Горбачев ввел сухой закон. После чего Советский Союз развалился.
Равнодушно взирать на это дело г-н Ж. не мог и организовал первую в стране политическую партию. По-видимому, КПСС он уже тогда таковой не признавал. А потом г-н Ж. вошел в Думу. Там, в Думе, он главным образом занимался тем, что наблюдал, как всякие бизнесмены ходят в наш российский парламент и приносят депутатам взятки. Г-н Ж. будто бы собственными глазами видел г-на Березовского, который чуть ли не каждый день захаживал к тов. Зюганову и часами просиживал в его кабинете. А кабинет тов. Зюганова находился как раз этажом ниже кабинета г-на Ж., вот г-н Ж. и смог их засечь. Причем неоднократно.
Того же г-на Березовского, а также г-на Гусинского г-н Ж. лично и множество раз предупреждал: если они будут продолжать приносить депутатам взятки, минуя ЛДПР, их посадят. Как в воду глядел.
“А почему же они вас-то обносили?” — спросил г-на Ж. другой участник дебатов.
“А потому что ЛДПР не берет взяток”, — ответствовал г-н Ж. Правда, тут в голосе г-на Ж. прозвучало некоторое сомнение. Вероятно, он опасался того, что не все избиратели ему поверят. Впрочем, не исключено, что это было не сомнение, а некоторая досада.
Так вот оно все и разваливалось. Бизнесмены и реформаторы грабили Россию, но противостоять им г-н Ж. не мог. Потому что он, по его собственным словам, “слишком мягкий и добрый”. После чего этот добряк предложил, используя опыт Иосифа Виссарионовича, восстановить “железный занавес” и провести несколько показательных процессов над олигархами с обязательными расстрельными приговорами.
 

Г-н Ж. и ситуация в Грузии
Во время предвыборной кампании как раз ситуация в Грузии нарисовалась. С оппозицией и последующей отставкой Эдуарда Шеварднадзе. Мимо такой коллизии г-н Ж. пройти не мог. И не прошел.
По мнению нашего великого политика (каковым, по мнению г-на Ж., сам г-н Ж. и является), Шеварднадзе должен был немедленно обратиться к президенту Путину с нижайшей просьбой о приеме Грузии в состав РФ на правах губернии. И тогда российский президент при помощи российских войск смог бы гарантировать целостность этой самой “Тбилисской губернии”. И, конечно, ни о какой армии Грузия не должна даже мечтать. Ни об армии, ни о флоте. Г-н Ж. высочайше соизволил разрешить грузинам кушать хинкали и мандарины, печь хачапури, танцевать, а также иметь Кабулети, курорт (один), “Динамо” (Тбилиси), Нону Гаприндашвили, Бакуриани, Цхалтубо и Боржоми. Обо всем остальном, считает г-н Ж., грузины должны забыть раз и навсегда. Все остальное за них сделают русские. Потому что если не русские, то тогда... турки.
Вы, граждане, не смейтесь, всё серьезно. Когда придут турки и вырежут половину грузин, — поздно будет смеяться. А турки туда придут для помощи мусульманам Батуми. По сведениям г-на Ж., у Шеварднадзе имеется тайный договор с турками. Если президент Путин откажет Шевардназде в помощи, в Грузию сразу придут турки.
Вообще-то эту ситуацию можно даже ускорить. Я бы даже сказал — спровоцировать. Собственно, г-н Ж. так и говорит: “спровоцировать”. Я бы, говорит, на месте царя, то есть президента (это не моя оговорка, а г-на Ж.), спровоцировал. Каким способом? А очень просто. Г-н Ж. Грузии помогать бы не стал. Вот Турция и втянулась бы. И потом наш миролюбец “одним ударом наказал бы и Турцию, и Грузию, и армян, и азербайджанцев. Нам (кому это — “нам”?) нужно втянуть Турцию туда. И сотни тысяч жертв среди грузин, а потом и армяне, потом заполыхает Азербайджан, и Иран еще втянуть в это дело”.
Действительно: г-н Ж. — мягкий и добрый.
Если же Эдуард Шеварднадзе все-таки обратился бы к России за помощью, ее, эту помощь, нужно немедленно оказать. И тогда, уже утром в понедельник, “законный президент Грузии” въедет в свою канцелярию. Тут же, по совету г-на Ж., нужно ввести чрезвычайное положение на всей территории Грузии, немедленно арестовать Нино Бурджанадзе и Михаила Саакашвили и доставить их в Москву, в “Матросскую Тишину”, где их и судить.
Как вы думаете: дадут ли теперь г-ну Ж. въездную визу в Грузию? А также в Армению, Азербайджан и Иран? В Турцию-то г-н Ж. давно уже не ездит. С тех пор как посидел там в тюрьме.
 

Г-н Ж. и положение в Чечне
Относительно этой нашей зубной боли г-н Ж. настроен оптимистически. Он уверен, что Кадыров наведет там порядок. Правда, по признанию нашего стратега, это будет “конечно, вариант туркменский, вариант рахимовский, Башкирия, но это будет тишина”. Г-ну Ж. это неприятно, потому что он, оказывается, “тоже за демократию”, но так будет лучше. Почему лучше? А потому что все это будет происходить в рамках самодержавного государства, “а Россия по-другому не может быть. Что русский царь, что красный монарх генсек, что сегодняшний глава государства — это все империя”. Вот так.
Правда, во время дебатов кто-то из избирателей попытался уесть г-на Ж. “Вспомните, пожалуйста, — сказал этот избиратель, — когда вы ели шашлыки с г-ном Дудаевым, вы повторили слова президента (Ельцина. — М.Д.) и сказали: Джохар, возьмите свободу, видите, наш президент дает. И оружие вам оставим, и всё оставим, вы будете дружеским государством, вы только организуйтесь как государство, мы поможем”.
“Вас-то ведь там не было, при встрече моей с Дудаевым, — немедленно отозвался г-н Ж., — я один на один с ним разговаривал четыре часа. Поэтому свидетелей нет”.
Нет, голыми руками г-на Ж. не возьмешь. А может, и не надо — голыми-то руками.
 

Г-н Ж. и политика — как внешняя, так и внутренняя
По мнению г-на Ж., демократия исчерпала себя в прошлом веке. Сегодня возможен только авторитаризм, потому что везде, где будет демократия, будут происходить стихийные бедствия.
При авторитаризме, стало быть, стихийных бедствий не будет.
Значительное место в размышлизмах г-на Ж. занимает международная тема. В особенности — ее военный аспект. Война, утверждает этот г-н, неизбежна. К примеру, война между Индией и Пакистаном. “Я друг Индии, но я уверен, что без применения ядерного оружия этот конфликт не будет никогда решен, потому что спорные штаты, Джамму и Кашмир, никто никому не отдаст, нужна только большая война”.
Мальтузианец, однако. Ядерной войны ему не хватает.
Но особенно поражают его глубокие знания. Вообще-то Джамму и Кашмир — это один штат. И как раз недавно премьер-министр Пакистана выступил с компромиссными предложениями по поводу этого штата. А президент Индии — впервые за долгие годы конфликта — посетил Пакистан с официальным визитом. Так что предлагаю наградить г-на Ж. прозвищем “Кассандра” с вручением ему ордена Дружбы народов.
В глобальном смысле рассуждения г-на Ж. о политике сводятся к следующему: вот если некоторые думают, что политика — это балет, то политика — это не балет. Это всегда проституция, фальсификация и коррупция. При этом сам г-н Ж., понятное дело, — весь в белом. Представим его себе в белой пачке и на пуантах, танцующего па-де-де из “Лебединого озера” (Ж. гордится тем, что “защищал ГКЧП”). Зрелище не для слабонервных.
Г-н Ж. — не только весь в белом. Он еще и вечный оппозиционер. Он гордится тем, что не участвовал ни в одном правительстве и выступал “против всех президентов”. Как — и против нынешнего тоже? Отчаянная смелость. А почему “выступал”? А потому что “мне ни одного поста не предлагали”. От себя добавлю — и славо богу. Потому как ежели бы предложили — не стал бы г-н Ж. оппозиционером.
По поводу симпатий и антипатий в политике г-н Ж. высказался следующим образом:
“Негодяям всегда симпатизируют, бандитам всегда симпатизируют. Убийцы, всегда они вызывают восторг”.
Вот, оказывается, в чем причина симпатий некоторой части нашего электората к г-ну Ж.
 

Г-н Ж. о политиках, партиях и прочем таком
Был у него и собственный прогноз относительно исхода недавних думских выборов. По его строго научным предположениям, в Думу пройдут только три партии: “Единая Россия”, ЛДПР и КПРФ.
“Родина” никуда не проходит, потому что там собрались практически авантюристы. Это фантом, это какая-то новая пирамида. Лебедев дал деньги, банкир. Он давал деньги и НДР, это тоже олигарх такой скрытый. Там члены ГКЧП и те, кто боролся с ГКЧП. Варенников был в ГКЧП, Рогозин был на стороне Ельцина, требовал уничтожения ГКЧП. Десантники воевали на Кавказе, а Рогозин с Лебедем спокойно сдавал нашу армию на Кавказе. Там же Павлов сидел за разбой 4 года. Там же генерал Леонов, КГБ, который должен был бороться с Глазьевым, который в правительстве Ельцина занимался внешней торговлей. Сколько он сменил уже партий, это позор, шесть партий сменил. Украл партию у Травкина, сидел в Конгрессе русских общин, Союзе православных граждан, когда он всю жизнь был атеистом. Потом он как министр внешней экономики, внешней торговли, сколько он брал денег?”
“Мы лучше сделаем для сегодняшнего президента, для стабильности в стране, чем “Единая Россия”. Там тоже полно авантюристов, там сотни людей с уголовным прошлым”.
Всех обо... А все почему? Да из оппозиционных соображений: ежели лучше других полижешь всевозможные места у президента — глядишь, что-нибудь и обломится.
В беседах с г-ном Ж. не мог не возникнуть сакраментальный вопрос. И он возник. Г-н Ж. в очередной раз уверил всех в том, что мать у него русская на 100%.
“А папа — юрист, — подхватил один из участников дебатов, — это вся страна знает”.
И тут возник новый сюжет. Новый поворот в развитии г-ном Ж. этой щекотливой темы:
“Ну что в этом плохого? Это самое лучшее сочетание. Это самые талантливые люди в мире. Вот то, что сегодня не хватает Путину, он чисто русский. Дайте ему чуть-чуть еврейской крови или кавказской — и страна заблестит, засверкает страна. Нужна смесь, коктейль”.
Путину, сами понимаете, уже не добавить. Стало быть, кто у нас остается для президентских выборов 2008 года? Кто у нас самый талантливый — со смесью в виде коктейля?..

 

Марк ДЕЙЧ
 

Ху из мистер Путин

Московское бюро по правам человека завершило работу над докладом о новейшей российской мифологии. Мифы, о которых идет речь в докладе, — плод больного воображения. Однако свободное их распространение среди все еще весьма необразованного населения России может привести, по мнению авторов доклада, к непредсказуемым и печальным последствиям.

Современные российские мифы по большей части очень смешные. Ну вот, например.
История России, утверждает некая парочка “ученых” мужей, — это история борьбы “белой русской расы” с азиатами. “Русская раса” — уже забавно, но еще не все. Может, вы подумали, что под азиатами имеются в виду какие-нибудь там татаро-монголы? Ничего подобного. Оказывается, когда-то в незапамятные времена был в Тихом океане такой материк, назывался — Лемурия. Обитала там “лемурийская раса — болотные обезьяны-вампиры”. Это такие “хищные лысые троглодиты-обезьяны”. Они предавались всяческим порокам, в частности — погрязли в кровосмешении. Потом весь этот поганый материк затонул (не иначе как промысел Божий), но еще до того, как затонул, от этой “лемурийской расы” успели произойти кавказские народы, а также евреи. По мнению “ученых”, убедительным доказательством происхождения кавказцев и евреев от “лысых болотных обезьян” является лысина у пожилых мужчин.
Строго научный аргумент.
А кто виновен в терактах на территории США 11 сентября? Вы еще не догадались? Так вот: наши осведомленные мифотворцы выдвигают следующую версию. Будто бы теракты организовали два американских еврея-хасида. Они были наркоторговцами и продавали свой товар в специальных пакетах — со звездой Давида. А когда ФБРовцы их вычислили, эти хасиды решили таким способом замести следы. Между прочим, президент Путин был “заранее осведомлен о преступлении, поэтому первым объявил траур по погибшим”.
О Путине наши нацисты пишут много и с удовольствием. По их просвещенному мнению, Президента России назначили евреи. В дальнейшем, правда, мнения коричневых несколько расходятся. Нацисты-антикоммунисты убеждены в том, что главой государства Путину помогли стать евреи из КГБ — чтобы в дальнейшем он мог более глобально и целенаправленно координировать разрушительную деятельность этого учреждения по искоренению русского народа. Нацисты же, которые успели сродниться с советской властью, настаивают: в КГБ Путина назначили евреи, чтобы тот развалил сие ведомство изнутри. А развалить его, по мнению этих злокозненных евреев, было необходимо, потому что КГБ — краеугольный камень, надежа и опора государства российского.
Но назначение — главой КГБ или Президентом — это еще не все. Многие нацисты вполне гласно, в духе времени, объявляют Путина евреем. Правда, не все. Некоторые, не занимая себя поисками в анкетных или “антропологических” данных неарийского происхождения Президента, считают его “духовным евреем, евреем по психологической сути”. В основе этого мнения лежит, опять же, вполне “научная” теория. Согласно ей все человеки делятся на три вида: слуги высшей цели, обыватели и жиды. Первые — это, сами понимаете, высшая раса, “арийцы”. Вторые — ни то ни се, с ними еще предстоит длительная “работа”. Ну, а уж третьи... Третьи и есть потомки тех самых “болотных обезьян-вампиров”, хищных и лысых.
Но и жиды, оказывается, тоже неоднородны. С помощью глубоких научных исследований наши коричневые “теоретики” выяснили, что жиды бывают “еврейские”, а бывают — “нееврейские”. Один из этих “теоретиков” как раз и утверждает, что Владимир Путин — “самый настоящий нееврейский жид”. Т.е. — “духовный еврей”.
По мнению другого “теоретика” (кстати, сопредседателя Национально-державной партии), Путин осуществляет связь с мировым еврейством через своего закадычного дружка — Анатолия Чубайса. Который, “будучи единственным российским членом Бильдербергского клуба — мирового правительства, управляет Путиным как ставленником этого правительства”. Потому-то Путин до сих пор оставляет Чубайса председателем РАО “ЕЭС”, хотя на снятии Анатолия Борисовича с этой должности продолжает настаивать патриотическая общественность...
Опять Чубайс. И опять — всемирный жидомасонский заговор.
Все это, конечно, смешно. Нормальный человек ухмыльнется и покрутит пальцем у виска. Однако есть в докладе Московского бюро по правам человека весьма грустные факты. По данным бюро, семь российских издательств специализируются на выпуске коричневой литературы. Каждый год выходят около тридцати названий нацистских книг, их общий тираж — более ста тысяч экземпляров. Кроме того, в России вполне легально выходят не менее ста нацистских газет...
Говорят, что выпуск нацистской литературы и нацистских же газет запрещен нашим Уголовным кодексом. А его, как говаривал известный литературный герой, нужно чтить. За процессом его почитания должна была бы наблюдать прокуратура вообще и Генеральная прокуратура — в частности. Но она нынче все силы бросила на борьбу с олигархами, ей не до нацистов.
Когда нацисты придут к власти, им, прокурорам, это зачтется.

Марк ДЕЙЧ
 

Разговорчивый Pыбкин


Похоже, ясность в этой таинственной истории наступит не скоро. А поскольку сам Иван Петрович и другие заинтересованные лица (а они в этой истории имеются, не сомневайтесь) “молчат, как Лига Наций”, версии продолжают множиться, как тараканы. Казалось бы, все они, версии, уже отработаны и озвучены. Ан нет.

Значит, так.
В настоящее время г-н Рыбкин находится с дружественным визитом у г-на Березовского с одной-единственной целью: уговорить Бориса Абрамовича снять его, Рыбкина, с дистанции, позволить ему не участвовать в президентской гонке и тем самым — сохранить Ивану Петровичу жизнь. Потому как изначальный замысел исчезновения кандидата был якобы и вовсе кровавым.
Согласно этому замыслу — рожденному криминальным воображением Бориса Абрамовича — Рыбкина, по предварительной с ним договоренности, должны были похитить. На втором этапе, уже не спрашивая согласия Ивана Петровича, его должны были убить. А на заключительном этапе — непосредственно перед самыми выборами — подбросить его труп к корреспондентскому пункту “Рейтер” или “Ассошиэйтед пресс”. В результате выборы пришлось бы отменить, а гаранту Конституции, который не способен обеспечить безопасность своего “главного конкурента” (а то и, хуже того, — который решил таким способом избавиться от г-на Рыбкина), пришлось бы с позором уйти в отставку.
Жуть, правда? А ведь эта версия, запущенная кем-то из кремлевских политтехнологов, уже работает и находит немало сторонников — особенно в стане “единороссов”.
И якобы тот же замысел злокозненный Борис Абрамович первоначально пытался провернуть с Глазьевым. Но тот вроде бы игру Березовского раскусил и быстро слинял, прихватив 400 тысяч долларов из 700, выделенных Березовским на осуществление этого плана.
Насчет долларов — не знаю, а потому не ручаюсь. Понимаю, что вполне возможно (нужно же было г-ну Глазьеву как-то компенсировать моральные издержки в связи с возможной своей кончиной), но не ручаюсь. А вот во всем прочем — извините: сомневаюсь. И прежде всего потому, что при всей своей злокозненности Борис Абрамович не такой уж дурак: случись подобная история — в числе подозреваемых он был бы первым.
Другое дело, что поставить на такого кандидата, как Рыбкин, — это уж совсем от безрыбья. Как-то не похоже на Бориса Абрамовича. А ведь он уже закачал в “своего” кандидата, как утверждают, не менее 40 миллионов долларов.
Сам Рыбкин стал чуть-чуть разговорчивее. Не намного, но все-таки. Моему другу, телеведущему Андрею Караулову, он рассказал некоторые подробности своего пребывания в Киеве. Якобы на заранее снятой там конспиративной квартире некие анонимные пиарщики, сменяя друг друга, разрабатывали с Иваном Петровичем стратегию — как ему одолеть на выборах Владимира Путина. Там-то, на этой квартире, включив в прошлую субботу телевизор, г-н Рыбкин стал обладателем сразу двух новостей: хорошей и плохой. Хорошая заключалась в том, что его все-таки зарегистрировали кандидатом в президенты. А плохая — что его ищут.
Плохая новость подействовала на Ивана Петровича плохо. Выключенный ранее мобильный телефон он теперь разобрал на отдельные части — чтобы ни одна спецслужба не могла засечь его местонахождение. Через короткое время он сказал работавшему с ним пиарщику, что “кольцо вокруг сгущается”. Они вышли из дома и направились в ближайшую аптеку, где Иван Петрович долго выбирал темные очки для маскировки. Склонившись над прилавком, г-н Рыбкин прошептал своему спутнику, что ему необходимо срочно вылететь в Москву. Склонившись над прилавком еще ниже, пиарщик так же шепотом ответил, что он готов. Они сели в такси и, по словам Рыбкина, “прорвались” в Борисполь, откуда Иван Петрович первым же рейсом улетел в столицу.
Такая вот история. Или — мистерия?
Лично меня во всем этом интересует лишь одна деталь: каким образом бывшему спикеру российского парламента и бывшему же председателю Совбеза удалось незамеченным пересечь российскую границу? Причем на украинской границе его заставили заполнить таможенную декларацию, и в компьютере украинских пограничников его фамилия имеется. Между тем сотрудники ФСБ вроде бы искали г-на Рыбкина, но почему-то не догадались запросить украинских пограничников — если уж сквозь наших Иван Петрович сумел каким-то образом просочиться.
Результат столь скандальной предвыборной кампании — не слишком впечатляющий. Рейтинг г-на Рыбкина и до того не слишком отличался от ноля. Нынче же этот самый рейтинг Ивана Петровича и вовсе стал почти не виден. Правда, время подведения итогов еще не пришло. К тому же информированные источники утверждают, что в Кремле более всего сейчас озабочены тем, чтобы накануне выборов уровень популярности ныне действующего президента не превысил 90 процентов. А то будет как-то совсем уж неудобно.
Боюсь, правда, что даже для такой цели — хоть немного понизить рейтинг Владимира Путина, чтобы придать предвыборной кампании некую толику борьбы и интриги, — г-н Рыбкин теперь вряд ли сгодится.

Марк ДЕЙЧ
 

Баши-лэнд


“Спи, Ораз. Завтра тебе рано вставать. Завтра у нас счастливый день — день рождения Великого Сердара”, — баюкала Айшет сына-второклассника. В праздничный день в школе должна была пройти торжественная линейка с вознесением благодатных молитв в честь здоровья Туркменбаши...

В этот же самый момент через стену плакала старая Солтан-эдже. Две недели назад ее старенький дом на улице Битарплык, в котором прожила она всю жизнь, сровняли с землей бульдозеры. “Не рыдай, старая, — сказал молодец в военной форме. — По велению нашего Туркменбаши здесь будет парк для детей — “Мир сказок”. — “Но мне-то куда идти? Мне 80 лет”, — взмолилась Солтан-эдже. “Это не мне решать. Ваш район запланирован под снос”, — пожал плечами солдатик. Хяким, к которому прибежала Солтан-эдже, сказал, чтобы зря не упорствовала и компенсаций за снос жилья не ждала. “Вы построили свое жилье сами. Ну и что, что построено оно было шестьдесят лет назад, и у вас есть прописка, и вы собственница дома? Туркменбаши хочет осчастливить детей и подарить им “Диснейленд”. Вы что, против мудрости нашего Великого Сердара?” — гремел голос начальника. Солтан-эдже нечего было противопоставить мудрости Великого. И она попросилась пожить на веранде у знакомых. Больше ей негде жить, так же, как и прочим 200 семьям, дома которых располагались в месте, где взор Туркменбаши разглядел границы будущего “города сказок”...
“Диснейленд” к дню рождения Великого построить не успели. Хотя и старались. Но зато на главной площади был торжественно открыт беломраморный Театр музкомедии, с большим залом и репетиционными камерами в подвале. Свежеокрашенный фасад тут же украсили двумя флагами — ведь день рождения Туркменбаши совпадает с праздником туркменского флага. А их, если кто не знает, в стране целых два. Один — флаг собственно Туркмении, второй — с пятиглавым орлом — стяг президента. Каждый ли президент может похвастаться, что у него есть собственный штандарт с вышитым атласом именем по периметру и серебряной ручкой, где выгравированы те же драгоценные инициалы? Так что у туркмен — радость двойная. Жаль только маленького одноклассника Ораза. Он по детской глупости, увидев штандарт президента, спросил, указав на пятиглавый символ власти: “Как зовут этого головастика?”. И больше в класс не приходил. Говорят, его папа сейчас восстанавливает канал в Каракумах, где ему предложили интересную работу.
Есть сегодня у туркмен и еще одна радость. В кои-то веки в стране проходит международная конференция под названием “Африка”. Умные ученые люди рассказывают, как некогда угнетаемые чернокожие рабы, завезенные в Америку, через двести лет добились всяческих свобод. И теперь они “равнее” прочих американцев. “И наши русскоязычные братья пусть не отчаиваются”, — говорят туркменские владыки. Через двести лет их от истинных туркмен не отличишь.
Поддержать моральный дух соотечественников в этот торжественный день в Ашхабад прибыла и Валентина Матвиенко. Она привезла Великому Туркменбаши поздравления от Путина с выражением всяческих благодарностей. За укрепление культурных связей, за хорошее отношение к русским в Туркмении, которых хотя с работы и увольняют и жилья лишают, зато очень ценят. А Туркменбаши за это очень ценят в России, у него есть чему поучиться. Например, великому умению превращать свой собственный день рождения в день всенародного ликования.

Марк ДЕЙЧ, Марат ШАМАЕВ
 

Из Парижа! По делу! Срочно!


Наша редакция получила письмо.
Вообще-то “МК” получает множество писем, но публикуем мы их лишь малую толику, причем по самой банальной причине: из-за нехватки места. Но тут — делаем исключение. Так сказать, из уважения к заслугам.
Письмо мы печатаем с некоторыми сокращениями (причина та же: нехватка места), никак не меняющими его смысл. Зато мы полностью сохраняем лексические и синтаксические особенности этого послания.

“Ваша “самая популярная российская газета” (как ее представляет интернетная реклама) дошла и до Парижа.
Я живу здесь 23 года, с того самого времени, когда моего мужа, правозащитника Александра Гинзбурга прямо из лагеря, где он отбывал свой третий политический срок, вывезли на воронке, а потом в вагон-заке — в Лефортово, объявили, что лишают советского гражданства и высылают на Запад. Семье предложено было последовать за ним.
Я сообщаю Вам это не просто так “для знакомства”. Дело в том, что в Вашей газете 25 и 26 сентября (2003 г. — Ред.) была опубликована статья под названием “Бесстыжий классик. Солженицын как зеркало русской ксенофобии”. Эта хамская и лживая статья касается и меня лично, посему я и пишу Вам это письмо.
Для тех, кто еще не забыл газетные нравы советских времен, комический эффект этой хамской статьи состоит в том, что она один в один (и по тону, и по стилю, и по лексике) напоминает публикации тех незабываемых дней, где Солженицына клеймили именно как еврея Солженицкера, а Сахаров именовался не иначе как Цукерман, находящийся под тлетворным влиянием еврейской своей жены! Как хорошо я помню эти статьи!
Но времена, как мы видим, меняются и сегодня и “образованец” и “необразованец” стремится зайти уже с другого фланга. Вдруг оказалось, что “Исаевич” вовсе не скрытый еврей, а напротив — “воинствующий ксенофоб”, речи которого подобны высказываниям Гитлера.
И вот он уже опять под прицелом. Сегодня один пишет его “портрет на фоне”, другой обличает в прессе, а самые находчивые норовят даже в Зазеркалье прорваться, чтобы разглядеть подлинное нутро этого “антисемита”, выдающего себя за великого русского писателя.
Попробую и я добавить кое-какие штрихи к портрету, тем более, что тема, которой я хочу коснуться сегодня не звучит нигде: одни люди об этом, может быть, и не знают, другие — просто не хотят знать.
Начнем издалека. Представим себе, что автор “Войны и мира” принял решение не брать себе гонорар за свой великий роман, а раздать его бедным приютам, сельским лечебницам, поддержать сирот или семьи несчастных каторжников. Не надо напрягать воображение, чтобы представить, как реагировало бы на это российское общество тех лет. Восхищение, гордость, поддержка. Как мир гордится Альбертом Швейцером или Нобелем.
Лев Толстой решил иначе, и это ничего не меняет в нашем отношении к великому классику.
Ну, а в нашем-то случае что? Известно ли нашим российским современникам, что все гонорары за все издания (здесь и далее подчеркнуто автором письма. — Ред.) за свой всемирно прославленный “Архипелаг ГУЛАГ” Александр Солженицын отдал на помощь другим. В 70-е годы внутри тоталитарной страны, прямо в чреве этого коммунистического чудища он создал фонд, чтобы помогать жертвам этой системы — политзаключенным и их семьям. Впоследствии, когда книга вышла на Западе, а Солженицын выслан из Советского Союза, Фонд был зарегистрирован швейцарскими властями, куда регулярно раз в год предоставляется вся отчетность.
Летом 1972 года А.Солженицын предложил моему мужу А.Гинзбургу стать распорядителем будущего Фонда. Гинзбург принял это как дело своей жизни.
Среди сотен семей, кто получал помощь Фонда, были русские, евреи, украинцы, белорусы, латыши, литовцы, эстонцы, крымские татары, грузины, армяне, казахи и др. — в самых разных уголках Советского Союза.
В 1977 году А.Гинзбург был арестован, судим, отправлен в лагерь для “политических рецидивистов”. А.Солженицын и его жена приняли это как свою личную беду и сделали всё, чтобы помочь освободить первого распорядителя Фонда.
После ареста мужа мне тоже довелось (до нашего вынужденного отъезда на Запад) быть одним из распорядителей Фонда. Фонд продолжает свою работу и сегодня, он регулярно помогает нескольким тысячам престарелых и беспомощных бывших заключенных (часто еще сталинских концлагерей).
Не знаю уж, на каком основании ваш “образованец” утверждает, что Солженицын “скромностью никогда не отличался”. Однако я с уверенностью могу сказать, что никогда и ни при каких обстоятельствах писатель, который вот уже 30 лет тянет эту трудную ношу, не позволил себе не только хвалиться этим, но даже просто упомянуть об этой колоссальной милосердной работе.
Ваша газета пишет: “Мы на протяжении многих лет считали “живого классика” (кавычки принадлежат автору статьи “МК”) борцом с тоталитарной властью. Ошибались”.
Я не знаю, какие “мы” имеются в виду, скажу лишь, что многие люди и в России, и на Западе высоко оценивают писательский талант Александра Солженицына и его роль в крушении коммунизма. Разумеется, какие-то его высказывания или мнения могут вызывать (и вызывают) споры и несогласие и здесь. Но ведь это абсолютно нормально для демократического государства — спорить, не соглашаться, убеждать. А появление статьи, подобной той, что была опубликована у Вас, просто унижает Ваших читателей.

P.S. Прошу Вас сообщить мне, будет ли опубликовано мое письмо и когда именно. Если нет, то я опубликую его в другом месте, разумеется, упомянув, что первоначально оно было предназначено именно Вам.

Арина Гинзбург, Париж”.
 

КОММЕНТАРИЙ
Не станем заострять внимание на едва скрытой угрозе (и шантаже), содержащейся в постскриптуме. Во-первых, потому что к угрозам мы привыкли. Кроме того, недавно полученное нами письмо от г-жи Гинзбург датировано 1 октября прошлого года. Следовательно, за минувшие с той поры месяцы никто не захотел его публиковать — даже с упоминанием о том, что изначально оно было предназначено именно “МК”. С чего бы это?
Так что оставим в стороне угрозу (и шантаж). К тому же не исключено, что мы чего-то не так поняли. Обратимся к сути.
Я тоже хорошо помню “газетные нравы советских времен”. Комический эффект письма г-жи Гинзбург состоит в том, что оно удивительным образом напоминает заказанные агитпропом отповеди всевозможным “отщепенцам” и “клеветникам”. Эти отповеди никогда не снисходили до спора с инакомыслящими по существу, подменяя его ярлыками (“антисоветчик”, “литературный власовец” и т.п.) и “аргументами” типа: “Зато мы делаем ракеты, перекрываем Енисей, и даже в области балета мы впереди планеты всей”.
Из аналогичных “аргументов” состоит и письмо г-жи Гинзбург. Собственно, аргумент один: созданный Солженицыным Фонд помощи политзаключенным в СССР. Действительно, об этом Фонде я не писал. Может быть, и стоило, каюсь. Но писал-то я совсем о другом.
В нескольких моих статьях, посвященных двухтомнику Солженицына “200 лет вместе”, речь шла о том, что А.И. фальсифицирует отечественную историю, подгоняя ее под свою сверхзадачу. Сверхзадача же Солженицына — убедить читателей, будто за 200 лет сосуществования в одном государстве злокозненные евреи до 1917 года спаивали несчастный русский народ, а после революции, непомерно участвуя в карательных органах, — уничтожали его физически. Ну и кроме того: во время обеих мировых войн российские евреи прятались в тылу, поскольку в армии служить не хотели, испоганили русскую и советскую культуру... И далее, по полной программе.
Если все это — не ксенофобия, то я чего-то не понимаю.
По-моему, мне, “образованцу”, все-таки удалось уличить “живого классика” в откровенной лжи, подтасовках и передергивании. Не случайно “сам” А.И. расщедрился на ответ, опубликованный разом в двух российских газетах. Правда, ответ (опять же) был совсем о другом: о том, как его, Солженицына, всю жизнь преследовал КГБ, и что травля эта продолжается по сей день — с помощью таких журналистов, как Дейч.
Парижское письмо г-жи Гинзбург — из той же серии. Она недоумевает, почему это ошибались те, кто считал А.И. “борцом с тоталитарной властью”. Между тем эту фразу г-жа Гинзбург, следуя апробированной манере “специалистов” из агитпропа, выдергивает из контекста: “Единственный человек той поры, — написано в моей статье, — заслуживший одобрительные слова Солженицына, — “солдат-генерал Корнилов”. Тот самый, что в августе 17-го года намеревался установить в России военную диктатуру”. Потому-то и ошибались, что борец с тоталитарным режимом и поклонник диктатуры, да еще военной, — вещи несовместные. А “мы” — это мы. Читатели. Не все, конечно, но многие.
Что же касается “скромности” Солженицына, вот что пишет об этом писатель Владимир Войнович:
“Его (Солженицына. — М.Д.) непомерная любовь к самому себе застит ему глаза, он смотрит в увеличительное стекло и видит не себя, а какого-то былинного или библейского богатыря. Он не знает себя сегодняшнего и не помнит себя вчерашнего. Когда-то он сказал, что в глазах многих людей стал уже не человеком, а географическим понятием. Понятием, равным России. Тема “Я и Россия” — сквозная в его творчестве. За Россию он всегдашний болельщик, и она в разлуке с ним долго пребывать не может. Родственников где-то в Ставрополье проведал (в сопровождении телевизионщиков), выпил с ними по рюмке и — дальше. На просьбу родственницы: “Погостил бы еще” — без юмора отвечает: “Некогда. Россия ждет”. Слава и всеобщее восхваление вскружили ему голову. Его превозносили на всех углах, как никакого другого писателя в истории человечества. Но ему и этого показалось мало. Он о себе еще более высокого мнения. Ему кажется вся его жизнь почти сплошь безупречной, полной великих художественных достижений и героических деяний. Меня и раньше коробило, но главного впечатления не заслоняло, когда он свои романы сравнивал с ослепительным светом, бьющим в глаза, когда утверждал, что его рукой (вовсе не метафорически, а буквально) управлял напрямую Всевышний”.
Мнение Войновича — не единственное. Похожие суждения можно найти у писателей Льва Копелева, Александра Рекемчука и у других. Может быть, имело бы смысл к ним прислушаться? Но г-жа Гинзбург, вольно или невольно (скорее — вольно), льет подслащенную водичку на ту же мельницу непомерной любви “живого классика” к самому себе, сравнивая его с Львом Толстым. Причем сравнение это — явно не в пользу автора “Войны и мира”.
В заключение — несколько слов о солженицынском Фонде, на который так упирает г-жа Гинзбург. Действительно: прекрасное и благое дело. Но и тут не все так гладко, как нам сообщают об этом из Парижа.
Я дружил с многолетним узником ГУЛАГа и советских тюремных психушек Владимиром Гершуни. Вся его вина перед советской властью заключалась в том, что он был внучатым племянником Григория Гершуни — одного из создателей партии эсеров, непримиримого противника большевиков. Выйдя на свободу, Володя страшно бедствовал, но ни разу не принял помощи от Фонда, хотя имел на нее, может быть, несколько больше прав, чем другие. Дело в том, что именно Гершуни поведал Солженицыну о многих лагерных судьбах, использованных потом А.И. в его “Архипелаге”. И даже название одной из глав — “Истребительно-трудовые” — придумал Владимир Гершуни.
Он рассказывал мне, что отказывался (и неоднократно) от помощи Фонда по двум причинам. Во-первых, в знак солидарности с Варламом Шаламовым. Просидевший в сталинских лагерях четверть века, написавший об этих годах прекрасную и страшную книгу “Колымские рассказы” (она увидела свет — конечно, на Западе — значительно раньше “Архипелага”), больной и одинокий Шаламов умер в доме для престарелых безо всякой помощи. А все из-за того, что в своих воспоминаниях позволил себе толику иронии в адрес “живого классика”. “Классик” оказался злопамятным: благодеяния Фонда на Шаламова не распространялись.
Такого отношения к бывшему зэку Гершуни простить “Исаичу” не мог. И не простил.
Вторая причина, по словам Гершуни, заключалась в том, что “в обмен” на денежную помощь Фонда от Володи требовалось признание всевозможных заслуг “благодетеля”. Признания не последовало. Владимир Гершуни умер несколько лет назад в ужасающей нищете.

P.S. Настоящим сообщаю г-же Гинзбург о том, что ее письмо опубликовано — с сохранением всех славословий в адрес нобелевского лауреата.

Марк ДЕЙЧ
 

Скинхеды за “Pодину”


В Советском Союзе не было диссидентов и секса. Зато были уголовники и была любовь. Если же не то и не другое, то тогда — “политические отщепенцы” и всевозможные “извращения”.
В современной демократической России нет ни скинхедов, ни нацистов. Зато есть “хулиганы”. Правда, два дня назад и.о. министра внутренних дел РФ Рашид Нургалиев во всеуслышанье заявил по поводу “бритоголовых”: “Это самые настоящие правоэкстремистские, фашистские группировки, какими бы лозунгами они не прикрывались”.
А они, между прочим, не прикрываются — действуют открыто и нагло. Потому что знают (впрочем, как и мы все): от заявлений до реальных действий — дорога дальняя.

Из пяти человек, привлеченных к уголовной ответственности за погром на Ясеневском рынке в 2001 году (погром был приурочен ко дню рождения Гитлера), трое приговорены судом присяжных к условному наказанию, а еще двое — признаны невиновными. Эти двое — сотрудники журнала “Русский хозяин”. Одна из них — внештатная сотрудница журнала; ее в связи с приближающимся Международным женским днем оставим в покое. Примем во внимание трудную женскую долю. Другой “невиновный” — заместитель редактора “Русского хозяина”.
Именно около помещения этого журнала собирались бритоголовые, чтобы, вооружившись железными прутьями и обломками труб, отправиться на рынок “разбираться с черными”. Именно к этому призывал скинхедов, как утверждает следствие, тот самый заместитель редактора. Но в суде подтвердить это обвинение никто из свидетелей не захотел.
Между тем свидетели тут не слишком-то и нужны. Достаточно было познакомить присяжных хотя бы с некоторыми фрагментами журнала “Русский хозяин”. Ну вот, к примеру (с сохранением того “русского” языка, который свойствен практически всем нашим национал-патриотам):
“Мы русские в 1812 году, живьем сжигали раненых наполеоновских солдат в их московских лазаретах. Мы, русские, в 41—45 годах взрывали немцев спящих в домах и казармах, в госпиталях. Мы этим гордимся. И правильно делаем! Так было и так будет! Но почему в таком случае мы хотим от чеченцев чего-нибудь другого? Мы, что? Хотим дождаться того же самого от татар, от башкир, от черкесов, от осетин, ингушей, аварцев, лакцев, акинцев, кабардинцев, балкарцев, адыгов, тувинцев. Они уже ненавидят русских за то, что делается в Чечне. Понимая, что завтра русские сделают то же самое, на их земле. Может быть какие-то придурки и хотят иметь врагов в своем доме. Враждебные народы на своей московской улице. Нам такое безумие не нравится”.
Хоть и безграмотное, однако вполне красноречивое признание. Особенно если учесть, что наполеоновские и гитлеровские войска были захватчиками, чего никак не скажешь о тех народностях, которые перечислены “Русским хозяином”. А уж прозрачный “намек” на то, “что завтра русские сделают то же самое на их земле”, — и вовсе из ряда вон.
Но продолжу:
“Мы за взаимовыгодное сотрудничество между народами, но только при условии отсутствия паразитических толп бандитов, из числа представителей кавказских и азиатских народов на русской земле”.
“Только неизбежность возмездия может остановить инородческих паразитов от попыток причинения вреда русской нации в дальнейшем”.
“В Москве живут враждебные народы. Пусть чеченцы живут в свободной Чечне, а русские в свободной от чеченцев России”.
По окончании процесса в Мосгорсуде государственный обвинитель поражения прокуратуры не признал. Журналистам он заявил, что, дескать, когда работу обвинителя оценивают домохозяйки и инженеры, говорить о проигрыше несправедливо.
Может, и так. А может быть, присяжных стоило ознакомить с цитатами из вышеупомянутого журнала? Тогда не было бы и поражения, и подстрекатели не ушли бы от ответственности...
Впрочем, чего уж теперь... После драки.
Предвижу, правда, что кое-что у нас еще впереди. Ибо теперь, после столь благополучно завершившегося для них судебного процесса, наши нацисты (или скинхеды) почувствуют себя и вовсе безнаказанными. Тем более что есть у них, как выясняется, весьма солидная поддержка.
В те же дни, когда завершался процесс в Мосгорсуде, в Краснопресненском суде столицы состоялось судебное заседание по иску некоего Токмакова к “МК”. Это тот самый Токмаков, который вместе со своими единомышленниками из организованной им скин-группировки “Русская цель” напал на чернокожего охранника американского посольства в Москве. Это случилось в 1998 году. Спустя несколько дней Токмакова изловили и приговорили к трем годам лишения свободы, однако очень скоро амнистировали. С тех пор г-н Токмаков, надо полагать, благоденствует, успешно продолжает “борьбу за правое дело” и обзаводится покровителями. В Мосгорсуде он тоже присутствовал, поддерживал “своих”. Присутствовавшим на процессе журналистам этот г-н заявил:
“Московские власти постоянно говорят, что у нас нет скинхедов, но это ложь. Скины есть и будут. И будет еще больше”.
Так не только московские власти утверждают, будто нет у нас никаких скинхедов, а есть разве что отдельные “хулиганы”. То же самое утверждают и Генеральная прокуратура, и федеральная власть, и депутаты нашей замечательной Думы... Не исключаю, правда, что теперь, после заявления и.о. министра внутренних дел, позиция прокуроров и депутатов изменится. Но — не обязательно: у них, прокуроров и народных избранников, свой взгляд на нацистов. Сочувствующий.
Так вот. Г-н Токмаков подал иск против “МК”, обидевшись на то, что газета назвала его фашистом. И потребовал в качестве возмещения ущерба более трех миллионов рублей.
В суде, однако, выяснилось, что никакого ущерба не было, поскольку “МК” всего лишь констатировал факт: г-н Токмаков — фашист. Что и было зафиксировано судьей Тюленевым, отказавшим истцу в сатисфакции.
Но вот что интересно. В судебном деле имеется письмо депутата Думы г-на Бабурина. Письмо на депутатском бланке, за собственноручной подписью народного избранника. В нем содержится много лестных слов о Токмакове и о его роли в предвыборной кампании на благо блока “Родина”. Из того же письма, а также со слов самого г-на Токмакова (кстати, во время судебного слушания не выпускавшего из рук флажок партии “Родина”) стало известно, что он входил в федеральный избирательный список блока чуть ли не под десятым номером. И только из-за “МК”, обозвавшего кандидата в депутаты фашистом, г-н Рогозин распорядился вычеркнуть его из списка. И если бы не злонамеренность моего коллеги-журналиста, один из главарей скинхедов уже заседал бы в Думе.
Дело тут не в сметливости г-на Рогозина, сумевшего вовремя отделаться (хотя и наверняка с сожалением) от такого “соратника”. И не в позиции отъевшегося г-на Бабурина, который за последние несколько лет сумел (судя по его письму) плавно развернуться: к демократии — задом, к нацистам — передом. А в той поддержке, которой пользуются отечественные нацисты у наших депутатов. Ясное дело — не у всех. У некоторых.
Между прочим. Доктор социологических наук, заведующий лабораторией проблем молодежи НИИ комплексных социальных исследований Петербургского университета Анатолий Козлов в одном из интервью определил скинхедов следующим образом:
“У большинства заметны задержки развития — срабатывает алкогольная наследственность. Они просто не умеют думать, но очень внушаемы. Не пьют, занимаются физкультурой. Они просто играют в солдатиков. Это прямолинейные люди, которые не приемлют консенсуса. Очень часто от нашего прекраснодушия мы пытаемся говорить с ними как с нормальными людьми. Нельзя этого делать! Скинхед для меня — пациент, и говорить с ними можно только как с пациентами”.
Говорить с этими пациентами как с нормальными людьми — нельзя, тут доктор Козлов абсолютно прав. Но вот использовать в своих целях — вполне можно.
Именно это и делают наши депутаты. Некоторые.
 

Марк ДЕЙЧ
 

Дворцовые тайны


Пока чукотский губернатор Роман Абрамович вкладывает свои капиталы в лондонский футбольный клуб “Челси”, миллионы из подмосковной казны летят во славу отечественного спорта. Губерния обустраивается стадионами с таким завидным постоянством, будто МОК уже окончательно и бесповоротно решил проводить Олимпиаду не в Афинах, а где-нибудь под Можайском, на Бородинском поле.
Все это, конечно, отрадно. Наконец светлая идея спорта дошла до каждого областного чиновника. Только с развитием массовой физкультуры в регионе произошел чистый фальстарт. За вход в спортзалы нужно платить звонкой монетой. Поэтому шикарнейшие сооружения “для народа” большей частью простаивают.
В общем, хотели как лучше, а получилось как всегда...


Высокий решетчатый забор окружает и спорткомплекс “Молодежный” в Серебряных Прудах. Тут тоже все готово к тому, чтобы открылись платные секции “для членов клуба” — главный вход оборудован красивым караульным помещением.
Нет только самого караула и вообще обслуживающего персонала. Первоначально планировалось, что здесь должно быть минимум 60 технических работников: электриков, слесарей, уборщиц, агрономов — чтоб следить за травой на футбольном поле.
Сегодня работают только 6 человек. Чтобы получать зарплату в 1,5 тыс. руб., на спорткомплексе нужно совмещать аж две ставки! Даже для дальнего подмосковного района такое жалование кажется просто унизительным. По этой причине вместо 10 уборщиц здесь работает одна.
Вот только что она протерла полы, и у входа в спорткомплекс разгорается маленький скандал. Четыре пятиклассника после уроков прибежали поиграть в настольный теннис, а их не пускают. Наследят, и что — опять полы протирать?! Полы, скажем так, просто загляденье, по ним даже босиком как-то боязно ступать: сверкающая кафельная плитка, говорят, из самой Финляндии!
Я понимаю уборщицу: даже сейчас, когда “Молодежный” не работает, она в гордом одиночестве должна содержать в кристальной чистоте весь спорткомплекс, а это тысячи квадратных метров. Спортзал (950 кв. метров) нужно мыть дважды в день. Потом длинные коридоры, восемь туалетов, а еще служебные кабинеты на первом и втором этажах. Чокнуться можно.
Впрочем, кабинеты тоже пустые. На зарплату в 750—900 рублей охотников не находится. И спорткомплекс, в который вбухано десятки миллионов областных рублей, практически пустует.
Директор “Молодежного” и главный бухгалтер от беседы с “МК” уклоняются.
— Стадион на баланс района пока не перешел, — говорит главбух Елена Родионова. — Поэтому я ничего не знаю.
Зато знают шесть технических работников, которые на своих хрупких плечах содержат это сооружение. Они уверены, что бедная районная казна оплачивать стадион просто не в состоянии. Сначала думали, что от спортивных заявок здесь отбою не будет, сюда начнут стекаться спортсмены даже из соседней Тульской области. Ведь на самом юго-востоке Подмосковья это настоящая футбольная и легкоатлетическая жемчужина.
Но пока никаких заявок не поступило. Три года назад, когда приступали к строительству, была надежда, что “Молодежный” станут арендовать знаменитые футбольные клубы. Но и эта надежда не оправдалась. Пока в Прудах ждали арендаторов, строители сожгли траву на стадионе. На ней они загорали и сушили свои матрасы.
В “Молодежном” по секрету сообщают, что объект скорее всего продадут в частные руки, а уже частник пускай сам решает, как его использовать. В конце концов, и спортзал, и кабинеты можно неплохо приспособить к складским помещениям, терминалам.
Но чтобы его продать, для начала нужно... достроить! Хоть торжественное открытие объекта и состоялось шесть месяцев назад, на футбольном поле была сыграна всего одна игра — в день открытия стадиона. Московский подрядчик по сей день достраивает гостиницу и переделывает то, что впопыхах сделал скверно. Зимой “рвались” трубы, спортзал заливало водой, за коммунальные долги “Молодежный” несколько раз отключали от тепла и света.
Словом, получилось не совсем то, что ожидали от стадиона. По весне нужно восстанавливать поле, показывать товар, так сказать, лицом. Но в агрослужбе всего один человек, совсем молодая девчонка. А по штату за травой должны следить шесть специалистов.
Есть стадион — и нет стадиона!

* * *
Дворцы спорта, большие и маленькие, растут в Подмосковье будто грибы после дождя. За минувшие четыре года в регионе построено 203 спортивных сооружения, в стадии возведения еще 40 таких объектов. В эксплуатацию сданы ледовые дворцы в Одинцове, Воскресенске, Дмитрове, Клину. Скоро вступят в строй еще и в Можайске, Чехове, Ступине, Балашихе. Спорткомплексы уже действуют в Чехове (“Олимпийский”), в Щелкове (легкоатлетический манеж), а также в Серебряных Прудах, Реутове, Ступине, Красногорске и Лобне.
С широким размахом ведется строительство крупных спортсооружений в Дмитрове, Серпухове, Мытищах, Жуковском, Наро-Фоминске. Кроме того, принята и успешно претворяется в жизнь программа по строительству в области еще 38 универсальных спортивных сооружений.
Уже сами областные статистики давно сбились со счета от этих цифр. Официально обещается, что к 2007 г. в каждом городе и районе губернии будет свой спорткомплекс. Тогда как уже сейчас в каждом муниципальном образовании по 3—4 совершенно новых спортивных объекта. А еще сохранились и старые, от советских времен, которые никак не реконструируются и не ремонтируются.
Что первично — яйцо или курица — областная власть давно для себя и нас с вами уже решила. “В здоровом теле — здоровый дух! — повторяет она, когда очередной гигантский спорткомплекс сдается в эксплуатацию в каком-нибудь заштатном городишке. 70-тысячное население Долгопрудного взбудоражено. В городе решено построить стадион на 34 тыс. (!!!) посадочных мест, сразу на полгорода! Для сравнения: московский стадион “Динамо” имеет 36 тыс. мест, а раменский “Сатурн”, играющий в премьер-лиге, — 14 тыс. Как это в анекдоте? “А зачем там столько напильников?..”

* * *
Любому ясно, что раз в губернии поднавалились на ледовые дорожки, футбольные поля с подогревом и боксерские залы, значит, это кому-то выгодно. Ведь не спортом единым жива область. Есть в ней куча других социальных проблем, которые второстепенными ну никак не назовешь.
И по сей день районные главы в торжественной обстановке вручают сотовые телефоны — даже не ветеранам, а инвалидам ВОВ. Это преподносится как акт неслыханного милосердия, неустанной заботы местных властей о стариках. О том, что за 60 лет общество так и не нашло средств на установку в их квартирах стационарных телефонов, никто не заикается.
Или взять здравоохранение. Если районная поликлиника обзаводится самым элементарным — рентгеновской установкой в 1,5 млн. рублей, — это уже крупнейшее событие. Как для медперсонала, так и для пациентов.
Не хватает врачей, за любой анализ нужно заплатить деньги — часто в московской поликлинике, потому что в своей собственной нет нужного оборудования. При всей заботе о здоровье человека, который уже попал на больничную койку, в 2002 г. в области сократили целых 4000 койко-мест. Развивается процесс дневного пребывания в больницах — когда немощный пациент приходит туда после того, как плотно позавтракает дома, а уходит еще до ужина, чтоб перекусить опять же у домашнего очага.
Все это экономит бюджетные средства. Которые с размахом вкладываются в строительство все новых и новых спортивных сооружений. И жители, к примеру, Егорьевского района хоть убей не понимают: зачем им строящийся в городе каскад футбольных полей и спорткомплекс в придачу, когда в местном тубдиспансере больные не могут получить элементарной медицинской помощи?!
Ларчик просто открывается. Город (район) продает “пятно” под застройку инвестору. У города или района, как мы уже сказали, полно своих чисто житейских проблем: нужно ремонтировать кровли на жилых домах, красить подъезды, ставить домофоны, ремонтировать (или строить новые) объекты здравоохранения.
Поэтому лучше всего финансы от продажи “пятна” взять наличными и внести их в районный бюджет. Тогда денег, как заверяют экономисты, хватит на все: и на подъезды в жилых домах, и на больницы, и на бассейны.
Но если эти денежки только замаячат на горизонте, их, согласно бюджетному кодексу, следует:
50% — оставить в районе;
40% — перечислить в областной бюджет;
10% — отдать в федеральный.
И, напротив, все финансы оседают на месте, если за продажу площадки под застройку, район, как это ни парадоксально, финансов совсем не получает! А заключает с инвестором договор, согласно которому строители на эту сумму возводят объект соцкультбыта: спортивный дворец, коммуникации или еще что-нибудь в этом роде.
— В принципе вариант приемлемый, — под большим секретом признаются в одном из подмосковных районов. — Какая разница — брать деньги, а затем на них строить водонапорные станции, или строители их сразу сделают? Но стоит только заикнуться о коммуналке или еще о чем-нибудь, как в области тут же ссылаются на губернаторскую программу о развитии массовой физкультуры. Строим дворцы спорта, понимаешь...
Возводить спортивные сооружения подрядчику намного выгоднее, чем, допустим, больницу. И контроль за освоением средств не такой жесткий, и о качестве работ можно особенно не заботиться. Ведь в больнице сразу появляются пациенты, и там все должно быть функционально, в рабочем состоянии. А какой-нибудь спортзал можно и 10 лет доделывать...
Однако о том, что в губернии с появлением чудесных спортивных сооружений и млад и стар вышли на старт, сильно сказано. О прозаических буднях спорткомплекса в Серебряных Прудах мы уже рассказали. Построили объект, теперь не знают, что же с ним делать.
Отправляемся в Клинский район, известный читателям своей музыкальностью (здесь жил композитор Чайковский) и тем, что именно тут Менделеев “открыл” водку. Теперь Клин знаменит еще и своим Ледовым дворцом им. Харламова. На открытие этого объекта обещался приехать сам Президент России Путин. И хотя он все-таки не приехал, это нисколько не умаляет достоинств дворца. Красавец — ничего не скажешь. Тут, без сомнения, можно ставить рекорды, чтоб наши гордые дать имена.
Ну так вот. Еще в советские годы в Клину по зиме заливалось около 50 дворовых катков для детворы и худо-бедно велась работа по “охвату” подрастающего поколения физкультурой. А четыре года назад вдруг вспыхнули споры: как работать с молодежью дальше? Всемерно развивать массовую физкультуру или, наоборот, занять первое место в мире по какому-нибудь виду спорта, но в погоне за рекордами остальных детей оставить без всего?
Решили, что лучше все-таки бороться за мировую пальму первенства. В эту зиму в городе для массовой физкультуры не залили ни одного катка. А в школе №13, например, от властей не получили ни одного футбольного мяча.
Зато летом прошлого года открылся фешенебельный Ледовый дворец. Строили его по нарисованной нами схеме с той только разницей, что финансы на объект (200—230 млн. руб., однако!) дал не инвестор, а само правительство области. Взамен чего район выделил губернии на возмездной основе 98 га земли в поселках Решетниково и Спас-Заулок. Т.е. передал эти гектары в собственность области.
Сооружение впечатляет. Однако уже на подступах к дворцу сплошные шлагбаумы и объявления о плате за услуги. Бесплатный вход туда только в спортивный магазин, где вам предложат тренажеры от 9 тыс. руб. и выше.
Просто вход — 10 руб. Вход на секцию — еще червонец за одно посещение. Участие в массовом катании для взрослых — 50 руб. за 45 мин. (не считая аренды коньков), для детей — 30 руб. Официально директору дворца рядом с сооружением поручено заливать большой бесплатный каток — для детей из малоимущих семей. Но его, конечно, нет. Кто тогда будет ходить на платный?!
Как и положено, все лучшее здесь отдают детям. Если ваш ребенок решил записаться на хоккей или фигурное катание, его зачисляют в группу подготовки — с ежемесячной оплатой в 300 руб. (Деньги, прямо скажем, небольшие. Но и зарплата 3000 руб. в месяц в Клину считается хорошей. Отнимите от нее 1,5 тыс. руб. за квартиру, 300 — за свет и телефон, отложите денежки на пропитание... Тут и червонец — деньги. Ничего не остается на физкультуру!) Занятия становятся бесплатными только тогда, когда он станет занимать призовые места на соревнованиях не ниже областного уровня.
Словом, чтоб перед тобой бесплатно открывались двери спортзалов, нужно как минимум стать полупрофессионалом.
А массовая физкультура? Она до недавнего времени теплилась в Клину на стадионе “Строитель”. Все там было бесплатно и для всех возрастов покорно. В любое свободное время здесь бегали, прыгали или занимались на перекладине. Хотя уровень спортивных снарядов, конечно, был далек от европейского.
Теперь стадион занесен большими сугробами снега — идти надо, если есть деньги, в Ледовый дворец. В районе утверждают, что элементарная, но весьма приличная дворовая площадка, даже с каруселями и “горками”, тянет на 50—100 тыс. рублей. Что стоило Клину вдобавок к затраченным на ледовый дворец миллионам добавить еще парочку — и оборудовать хотя бы 30—40 таких площадок?
Примерно та же картина “с массовой физкультурой” и в наукограде Троицке. Стадион для профессионалов (местная футбольная команда, играющая в третьем дивизионе) с газонной травой, гаревыми дорожками и прочими прибамбасами власти построили между двумя школами, где раньше имелся стадион для ребятни. И где по уик-эндам гоняли мяч маститые ученые. А чтоб школьники и ученые не закисали от своей науки, им планировали там же соорудить маленькую игровую площадку — зачем больше? Они же не профессионалы!
Для детишек в конечном итоге так ничего и не сделали. Зато новый стадион обнесли 3-метровым забором, который постоянно на замке. И открывается только по великим праздникам, когда тренируется городская футбольная команда “Троицк”.

* * *
Конечно, в любой самой социально значимой программе, которая выполняется не на бумаге, а в жизни, можно найти воз и маленькую тележку ошибок и перегибов. Например, правительство предыдущего губернатора Тяжлова не построило в Подмосковье ни одного спортивного объекта — и претензий к нему в этом плане не было никаких. На нет ведь и суда нет.
Никто не догадывался, что регион в считанные годы можно обнести прекрасными спортивными стадионами. Вот почему масштабы придания Подмосковью имиджа крупного спортивного региона впечатляют и радуют одновременно. Как человек военный и спортивный, губернатор Громов желает, чтоб на стадионы потянулись и жители области.
Но мы знаем, чем часто заканчиваются самые благие намерения. Особенно если подчиненные губернатора никаких других проблем не замечают. Во многих мунобразованиях накануне прошлогодних декабрьских выборов районных глав проводились опросы населения. Спрашивалось: что нужно построить в городе в первую очередь? Только 10% респондентов на первое место ставили развитие спорта. Остальные требовали хлеба, жилья, рабочих мест...
Может, по этой причине во властных структурах практически невозможно выяснить, сколько же денег ушло на спорткомплексы. В процессе участвуют областной и районные бюджеты, внебюджетные источники, разные спортивные фонды.
Практически в каждом подмосковном мунобразовании сегодня одна, а то и две команды, которые если и не сражаются в высшей лиге, то уж, во всяком случае, на подступах к ней. Все это преподносится как несомненная заслуга местной и областной власти. Не в каждом субъекте Федерации собраны такие спортивные коллективы.
Но нужны ли они жителям районов, которые за хлебом насущным ездят в Москву? Ведь эти самые команды они содержат на свои налоги! Как удалось выяснить “МК”, глава Клинского района Александр Постригань только из своего личного фонда (а это бюджетные деньги) в 2002 г. перечислил местной хоккейной команде “Титан” 2,5 млн. руб. Кстати, столько же из местного бюджета было потрачено на всю молодежную программу в районе.
Но и это лишь часть айсберга. Дворцы спорта строятся без экономических обоснований. И строятся, черт возьми, по европейскому образу и подобию. А как только областная делегация торжественно перерезает красную ленточку, возвещая об открытии очередного спортивного очага для широкой публики, так именно у народа и начинается головная боль. Дворец тут же переходит на баланс района или города. За тепло платит район, за электричество — район, за услуги охранных ведомств — тоже район!
Не каждому такая роскошь по карману. Содержание европейского уровня стадиона (а других в области не строят) обходится местной казне в 10—15, а то и 20 млн. рублей в год.
Но эти самые средства есть куда вкладывать. Огромные проблемы в ЖКХ. И речь даже не о качестве услуг, а об их стоимости. В Подмосковье за коммуналку платят намного больше, чем в Москве, хотя зарплата в губернии ниже. Года четыре назад, на заре реформ ЖКХ, жители платили 50% от стоимости услуг, 40% компенсировал район. Сегодня мы уже “отстегиваем” 90%. И, казалось бы, те самые 40, которые раньше доплачивал район, высвободились, их можно вкладывать в улучшение коммуникаций, в строительство новых котельных и пр. Все это хозяйство десятки лет вообще не ремонтировалось.
Однако эти проценты в виде разных регулируемых налогов из районов ушли в областной бюджет. И вернуть их в лоно местного самоуправления куда сложнее, чем построить стадион.
Давно пора подсчитать затраты, поставить в квартирах индивидуальные счетчики. Не исключено, что, если средства всего на один планируемый дворец спорта пустить в ЖКХ, стоимость коммунальных услуг снизится. Во всяком случае, мы сами сможем влиять на ситуацию, экономить расходы.
Хочется верить, что правительство области, которое за предыдущие четыре года сотворило в регионе мощный рывок в экономике (и вообще — сделало немало хорошего для жителей губернии), в эту пятилетку правильно расставит социальные акценты в своей деятельности.

Марк ДЕЙЧ, Владимир СИМАКОВ
 

Метро чистит нутро


Москвичи давно свыклись с видом спящих бомжей в вагонах метро. Ну, вид у них не очень. Ну, пахнут плохо. Ну, вши по ним ползают. Что может сделать простой пассажир в такой ситуации? Перейти в другой конец вагона. Большинство так и поступает.
Но руководство подземки уверено: с бездействием по отношению к “ходячим биотеррористам” пора кончать. И решило “зачистить” подземку от бродяг, о чем даже официально объявило позавчера на пресс-конференции. Корреспонденты “МК” отправились под землю посмотреть, как идут “зачистки”.


Работой с бомжами сейчас занимаются около тысячи сотрудников ГУВД и метрополитеновского ЧОПа. За последние три недели милиционеры не пустили внутрь метрополитена больше двух тысяч бомжей и выдворили с платформ и из вагонов еще полторы тысячи.
...Кольцевая линия, поздний вечер. Редкие поезда и редкие пассажиры. Самое бомжовское время. Бездомный Игорь из Костромы жалуется на то, что в последнее время из подземки его регулярно вытуривают.
— С утра теперь в вагоне точно не выспишься. Приходится ждать вечера — на ночь глядя нас хоть не так гоняют. А куда мне еще пойти отсыпаться?
Дежурная одной из станций просит не называть ее имени и не сообщать, где она работает. Но говорит горячо и страстно — наболело:
— Месяц назад к нам пришла телефонограмма. Дескать, лиц в пачкающей и дурно пахнущей одежде, а также в нетрезвом состоянии выдворять. И такой порядок сохранится до конца марта минимум. Хорошо еще, что милиция и солдаты помогают. Понемногу справляемся. Раньше бывало, что с последних поездов перед отправкой их в депо по 100—150 бродяг на улицу отправляли. А теперь от силы десяток-полтора. Но, на мой взгляд, надо не гонять их, а не допускать, чтобы они появлялись. Вот если все общество возьмется...
К разговору присоединяется сержант метрополитеновской милиции Леша:
— У нас сложился стереотип, что всем должна милиция заниматься. А сами люди? Если хотя бы каждый десятый скажет такому вонючему субъекту: “Эй! Давай отсюда, разноси свою заразу на улице, я тут еду”... Почему этих типов мало в подмосковных электричках? Да потому что там с работы едут мужики, им терпеть его рядом два часа неинтересно. Просто берут и выводят на перрон. А нашим пассажирам все по фигу.
На станции “Юго-Западная” дежурная у турникетов поделилась собственным опытом:
— Меньше, говорите, их стало? Неправда. Куда же они девались? Постоянно пытаются проскользнуть. Сегодня только я человек пять отфутболила.
Как говорят сотрудники метро, маргиналы ведут “зеркальный” образ жизни: ночью бодрствуют, а днем отсыпаются. Бомжи стремятся выйти из метро как можно позже, вместе с последними пассажирами, а зайти — с первыми. Основной удар приходится на кольцевую линию. Понятно почему: конечных станций на ней нет, катайся хоть целый день.
Вчера утром мы снова проехались по кольцевой линии и подежурили вместе с солдатами из дивизии имени Дзержинского. Ребята на самом деле внимательно осматривали вагоны — кажется, муха мимо них не проскочит. Но это, увы, лишь кажется.
Николай, бомжующий после освобождения из “зоны” уже четвертый год, когда его выводили милиционеры на “Белорусской”-кольцевой, успел сказать: “Да я все равно вернусь — некуда мне идти, ни паспорта, ничего нет. И в приемник таких, как я, не берут”.
— Совместными усилиями мы сведем эту проблему к минимуму, — заверил начальник Московского метрополитена г-н Гаев. — Это не разовая акция, а целая система мероприятий, которые будут проводиться постоянно. Мы рассчитываем, что бомжи в конце концов поймут: в метрополитене им не место.
Хорошо, здесь им не место. Но тогда где?
 

АНЕКДОТ ДНЯ
Конечная станция метро. Милиционер в одном из вагонов видит спящего.
Подходит:
— Эй, бомж, просыпайся! Приехали!
Бомж просыпается и отвечает:
— Я не бомж, я новый русский.
— А что же ты тогда тут делаешь в таком виде?! — спрашивает милиционер.
— Заплатил налоги и спокойно сплю.

Марк ДЕЙЧ, Ольга ГРЕКОВА, Дмитрий КАФАНОВ

Почему нас не берут в космонавты?

Во вторник вечером русская делегация выкатывала из Дворца фестивалей по знаменитой красной ковровой дорожке на набережную Круазетт с перекошенными, надо сказать, лицами. Женя Орлов, один из сопродюсеров текущей “Фабрики звезд”, причитал: “Говорил же, надо было пару наших подлодок сюда подогнать и посмотреть потом, как бы они нашу Юльку засудили”. “Не посмотрели бы, Жень, — предположила со своей стороны “ЗД”, — лодка б утонула...”

Во вторник вечером в Каннах зажигал “Worldbest 2004”, всемирный финал “Фабрики звезд”. Прямую трансляцию смотрело пол-Европы и еще 25 стран Ближнего и Среднего Востока, хотя “с Востока” участвовал только Ливан с певцом Бруно. Все остальные пока просто интересовались, как состязаются за главный приз 11 стран-участниц популярного “звездно-фабричного” телеформата и, видать, размышляли, брать или не брать это недешевое, но бурно разрастающееся по миру шоу молодежной самодеятельности. Тем более что в эти же дни в Каннах вовсю развернулся телерынок, куда съехался на “купить-продать” весь мир. Еще до того, как вечером нас обломали горькой пилюлей на “Евробесте”, днем по набережной Круазетт ходил гендиректор Первого канала Константин Эрнст и довольно улыбался: он только что продал “72 метра” за целых 170 тысяч долларов японцам, т.е. по 2361 баксу и 11 центов за метр. Клево! Разлитое в воздухе умиротворенное спокойствие и солнечная благодать французской Ривьеры, помноженные на столь радужные новости с телерынка, настраивали всех на позитивный лад и готовили к главному фурору, который мы собирались учинить на телеконкурсе “Worldbest”.
К тому же с репетиций, благодаря разведданным нашего члена жюри Юрия Аксюты, директора Первого канала по музыке, просачивались крайне обнадеживающие вести. Юля Савичева, говорил он, весьма убедительна на фоне остальных, даже немцы, уверенные в победе, недобро косятся и грызут ногти, некорректно намекая девушке на возраст — откуда-де ты такая, сопливая, взялась? Юлек наша со своими 17 годами была самой юной из конкурсантов. Испанка Давиния, всего на год старше, но в силу пышности форм и грудного джаз-вокала выглядела зрелой теткой, типа Ларисы Долиной до эпохи “суперсистемы шесть”. Все другие были и того старее — от 20 до 27 лет.

* * *
В прошлом году финал “Фабрики звезд” в Каннах еще не назывался “всемирным”, а был просто “Евробестом” с девятью странами-участницами. Не везде формат удался. Соскочили Греция, Бельгия и Голландия. Зато в увлекательную игру “стать поп-звездой из народа” влились ближневосточный Ливан и заокеанские Канада, Мексика, Аргентина и Чили. Таким образом, финал сразу раздулся до размеров всемирного. Везде победители превратились в актуальных звезд, везде фанатские истерики, концертные мегашоу и дебютные альбомы. Все это наглядно мелькало на экранах каннского Дворца фестивалей перед выходом каждого из конкурсантов.
У нас на Первом “Фабрика звезд” прижилась словно родная, с таким же, пожалуй, успехом, как только в Испании и собственно во Франции, откуда все и началось. Испанка Ченоа взяла первое место на “Евробесте” в прошлом году, и теперь у себя она круче, чем у нас Глюк’Oza. А француженка Ализе из прошлой “Star Academy”, хоть и не “озолотилась” формально, но превратилась в настоящую international star, которую ротируют по всему миру, даже у нас на MTV.

* * *
На пресс-конференции в отеле “Мартинез” за день до конкурса “ЗД” с интересом разглядывала участников. Немцы по-хозяйски решили не разбрасываться добром и вывезли в Канны целых шестерых “фабрикантов” (четырех парней и двух девиц), объединив их в группу “Become One”, чем превзошли даже рачительность продюсера Игоря Матвиенко с его четырьмя “Корнями”, которые зажигали в Каннах в прошлом году. Немцы слишком выпендривались и сильно мне не понравились. Мексиканка, англичанин, ливанец и два дуэта (из Канады и Испании) смотрелись кто коряво, кто серыми мышами — глазу не за что зацепиться. Аргентинец — в меру смазлив, глазки сахарные, тельце подкачанное, закос под Энрике Иглесиаса, отчего девицы, конечно, страсть как млеют. Очень смешная чилийка, моднючая, всклокоченная, размалеванная — прямо Пинк, но моложе, худее и трезвее. Но глаз упал на породистую блондинку в обтягивающем атласе, на высокой шпильке, с глазами, губами и прочими прибамбасами, выдававшими чисто французские стиль и эстетику женственности. “А это кто?” — затеребил я за рукав музыкального директора Аксюту. “Французская участница”, — отмахнулся он. “Клевая!” — сморозил я. У Юры осуждающе округлились глаза: “Ты серьезно?! Да мы таких еще на кастинге отсекаем. Брось, Артур, ты не прав... И на репетициях, кстати, она очень бледненько выглядит”. Я не стал углубляться в споры. До конкурса оставались сутки.
Наша Юля на этих журналистских смотринах, честно говоря, ничем не выделялась. Была сосредоточенна и молчалива. Разумеется, волновалась. Ребенок еще. А тут такое — Канны-шманны, Лайоннел Ричи, с которым, оказывается, еще петь в дуэте... Знакомые с ней в основном только по слезливому, хотя и суперхитовому опусу “Высоко” руссо-журналисты, прибывшие в Канны, пытали г-на Аксюту о мотивах и причинах — мол, что им, первоканальным нашим кукловодам-директорам-продюсерам, известно такое, что неизвестно нам, и что позволяет рассчитывать на успех, а не опасаться провала? Суть пространных ответов сводилась к следующему: во-первых, песня “Высоко” — не показатель всего потенциала Савичевой; во-вторых, что следует из первого, — потенциал широк, талант огромен, и продюсер “Фабрики-2” Макс Фадеев, равно как и весь Первый канал, возлагают на Юлю огромные надежды и верят в ее будущее; и, в-третьих, — раз есть шанс, чего бы не посветиться заранее и не поднабраться опыта накануне “Евровидения” в Стамбуле, куда Первый канал делегирует Юлю именно из-за первых двух причин, а еще потому, что Макс “написал для нее офигенную песню”. Надо сказать, промывание мозгов г-ном Аксютой ни в чем “ЗД” не убедило, но опять же — чего спорить, когда до конкурса оставалось уже меньше суток.

* * *
Всех VIPов, в том числе нас, аккредитованных журналистов, не посадили в партер, как в прошлом году, а упрятали на балкон. В партер нагнали молодняк, который, по режиссерскому замыслу, должен был оттопыриваться и тусово зажигать для правильной телевизионной картинки. Но НАШИ VIPы не привыкли к балконам. Поэтому русские, к величайшему изумлению организаторов, все-таки усадили своего начальника г-на Эрнста именно в молодежно-колбасный партер. Что он там делал и как оттопыривался, с балкона, к сожалению, не было видно. Может, по телевизору покажут?..
Торжественные фанфары. Зал оглушительным свистом встречает ведущих, и становится ясно, что они — самые главные персонажи вечеринки, на них молится вся Франция, и весь этот хеппенинг с конкурсом — просто еще один удачный фон для их звездного перфоманса. Никас — известный телеведущий их первого канала, а Эстель (ох, эта Эстель!) — бывшая фотомодель, самая скандальная светская мадам страны, бывшая жена сына Алена Делона, высосавшая при разводе миллионы, бывшая любовница сына Джонни Холлидея, тоже недурно его пощипавшая, а ныне жена самого богатого телеведущего страны, некоего, извините, Артуро, который вел все самые рейтинговые шоу и ведет сейчас их “Миллионера” (ку-ку, Галкин!). Он богат настолько, что собственно и владеет этим “Worldbest”ом, куда, ради фана, и пристроил женушку, чтобы та не скучала, а публика глаз харчила. До кучи еще накидал пару суперзвезд: на сей раз Фила Коллинза и Лайонелла Ричи. Бриллиантовое колье Эстель ослепляло резче любого софита, и за два часа она сменила пять нарядов в широчайшей цветовой гамме — от тревожно-черного до королевско-красного. Каждая смена встречалась умопомрачительной овацией зала. В паузах между этими ключевыми моментами, собственно, и выступали участники.

* * *
Мы, конечно, волнуясь, ждали Юлю. По правилам конкурсанты исполняют известный международный хит. Юлин конек — лиризм. В Москве долго выбирали песню. Хотели то “Don’t Speak” из репертуара “No Doubt”, то “Woman in Love” Барбры Стрейзанд, то “I Will Survive” Глории Гейнор. Потом долго ржали — какая, блин, “вумен сурвайв” в семнадцать-то лет! Пока ржали, лимит на медляк у организаторов исчерпался, и они потребовали “только темповую вещь”. В итоге Юля спела “Turn” Натальи Имбруглии. Спела клево. Динамично. Очень органично. Даже кедики с майчонкой, натянутые на нее специально выписанным для этого из Москвы стилистом Шевчуком и вызвавшие поначалу у меня легкую оторопь (типа, зачем из девчушки делать пацанку, да еще во Франции, где так ценится красота женственности?), вполне укладывались в логику ее номера. Держалась она молодцом, раскованно и артистично. Может, из-за темпа и не раскрыла весь свой вокальный диапазон, но уж явно уделала заносчивых немцев, а также англичанина, ливанца и бразильянку с испанцем, которого спасла только голосистая испанка. Юля была среди явных лидеров в пятерке лучших. Очевидной вышла и реакция зала, наградившего Савичеву поразительно восторженной овацией.
Члены жюри из представителей всех стран-участниц раздавали баллы от 1 до 10, за своих не голосовали и две одинаковые оценки выставлять не могли. “Бледно выглядевшая” на репетициях француженка, приглянувшаяся мне на прессухе, заголосила так, что в ее победе, пожалуй, никто не мог усомниться. 85 баллов. “Серебро” романтичных “селиндионоподобных” канадцев и “бронза” озорной чилийки, задорно препарировавшей “Мулен Руж”, тоже очевидны. Но когда напротив Юли высветилась скромная цифирь 46 (9-е место из 11), досада и гнев обуяли сознание.
За “Тату” в Риге на “Евровидении” действительно было стыдно. За “Корней” на прошлом “Евробесте” — спокойно: объективная середина. Но тут — форменное мочилово. Сами французы, которые, кажется, очень симпатизировали Юле, разводили руками: мол, что мы можем поделать с этим жюри? Мы, конечно, всем высказали свое “фэ”, но что толку?

* * *
В позитиве — Юлю увидела вся Европа, она не осрамилась и публике понравилась. Возможно, на “Евровидении” в Стамбуле отобьемся. Хотя вряд ли. Известно ведь, как “завалили” “Мумий Тролль” еще в Копенгагене. Ходили тогда слухи, что высшие чины EBU (Евровещательного союза) откровенно признавались в кулуарах, что группа — да, хорошая и свежая, но, увы, вот когда вы соберетесь в Евросоюз, тогда хоть жабу пупырчатую привозите, и ей дадут первое место. Потом ведь так и вышло: Эстония, Латвия, Турция собрались и — пожалуйста...
По Круазетт мы бродили с гаденьким осадком и все перетирали гнусное мочилово “Worldbest”a. Вспомнилась какая-то театральная хохма из жизни алкоголичек: “Мы пьем оттого, что нас не любят!” — “Нет, девочки, нас не любят оттого, что мы пьем!”
Наши, даже самые раскрутые таланты — посланцы страны и всегда заложники ее образа, который до сих пор многих пугает. Ни Савичева, ни “Мумий Тролль” его не исправят. А кто? Подводные лодки? О которых так мечтает продюсер Орлов, и ведь до сих пор не только он один...

P.S. Все остальное, что осталось за рамками этого опуса, вам в самом гламурном виде покажут по телеку. Скоро.

Марк ДЕЙЧ, Артур ГАСПАРЯН

Теперь будет ученым
 

Вчера Мосгорсуд приговорил сотрудника Института США и Канады Игоря Сутягина к 15 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима. Сутягин признан виновным в государственной измене в форме шпионажа в пользу США.

Весь процесс оглашения приговора 39-летнему Игорю Сутягину занял не более 7 минут. 15 лет — и точка. Правда, отсчет срока начался с его задержания в октябре 1999 г., так что 4,5 года заключения для него уже прошли. Приговор Сутягин выслушал спокойно, держался с достоинством, прокомментировал его так:
— Мне еще четыре года назад сказали, что мое дело прецедентное. Так что было два варианта: или оправдают, или вот так... Бодаться с дубом бесполезно.
Было заметно, что Сутягина смущает такое внимание к нему прессы. Он повторил журналистам, что ничего имеющего отношения к гостайне за границу не передавал.
— Виновен я лишь в том, что общался с иностранцами. Я не имел доступа к гостайне и пользовался для подготовки аналитических материалов только открытыми источниками, — объяснил ученый.
А напоследок пожелал всем удачи и, снова улыбнувшись, сказал:
— В нашей стране шпионов не любят. Подумайте о 29-й статье Конституции — это вас тоже касается. (Статья гарантирует каждому свободу мысли и слова. — Авт.)
Для него и его адвокатов суд присяжных оставался единственным шансом на победу. Последняя надежда не оправдалась.
— Судья Комарова сделала все, чтобы вердикт присяжных был: “виновен”, — сказал “МК” адвокат Владимир Васильцов. — Еще когда они уходили на совещание, я понял, каким будет их решение.
Адвокат Кузнецов выразился еще резче: в ходе процесса была произведена необоснованная смена состава присяжных, а судья “пыталась манипулировать их мнением”. Например, поставленными вопросами. Заседателей спросили: “Имел ли место факт передачи сведений Сутягиным?” При этом ни слова о государственной тайне сказано не было. Кстати, адвокат не исключает, что “часть присяжных, а может, и все они — люди в штатском”. Адвокаты уверены: суд расправился с их подзащитным за то, что тот отказался признать свою вину в обмен на смягчение приговора.
Напомним, что ФСБ России обвинила завсектором военно-технической и военно-экономической политики Института США и Канады Игоря Сутягина по 5 эпизодам преступной деятельности. Ему вменены встречи с представителями иностранных спецслужб, в ходе которых он передал сведения о ракете класса “воздух-воздух” РВВ-АЕ и самолете “МиГ-29 СМТ”, об особенностях конструкции и вооружения АПЛ типа Akula (в России — “Гепард”), о вариантах состава стратегических ядерных сил на период до 2007 г., о ходе реализации Минобороны планов по созданию соединений постоянной готовности, а также о составе и современном состоянии отечественной системы предупреждения о ракетном нападении.
Как утверждают следователи, в мае 1998 г. Сутягина завербовали американцы, и на протяжении 2,5 года он получал от них задания и передавал им секретные сведения. На продаже информации Сутягин якобы заработал более 25 тыс. долл. Однако в уголовном деле нет ни единой аудио- или видеозаписи встреч Сутягина с упомянутыми следствием представителями военной разведки США Надей Локк и Шоном Киддом.
Защитники собираются обжаловать приговор в Верховном суде РФ. Как заявил Кузнецов, адвокаты уже получили из Страсбурга сообщение, что дело Сутягина рассмотрят в приоритетном порядке и в Европейском суде. Правда, это утверждение опроверг уполномоченный России в Европейском суде Павел Лаптев. Он сказал, что никаких извещений ни Россия, ни он лично по этому поводу не получали.
Зато старший прокурор Юрий Волгин приговором доволен:
— Присяжные хорошо разобрались с делом. А мера наказания была выбрана с учетом тяжести совершенного преступления и нанесенным ущербом Российской Федерации.
Через адвокатов привет и слова поддержки передала Игорю Сутягину его жена Ирина Мананникова. Об обвинительном вердикте присяжных (даже без снисхождения) она узнала как раз в день своего рождения. Это был очень плохой подарок.

Марк ДЕЙЧ, Мария РОГАЧЕВА, Олег ФОЧКИН
 

Родина в кавычках

После парламентских выборов блок “Родина” просуществовал менее двух месяцев и развалился. Соответственно, развалилась и одноименная фракция в Государственной думе — на сторонников Сергея Глазьева и сторонников Дмитрия Рогозина. Говорят, что Глазьев озабочен теперь созданием собственной партии, причем с тем же названием. Так что у нас будут теперь как минимум две “Родины”. И обе — в кавычках.

С Сергеем Глазьевым я познакомился в начале 90-х. Знакомство произошло в приемной Владимира Гусинского. Поздоровавшись со мной, один из ближайших соратников Владимира Александровича сказал мне: “Вы не встречались? Это наш друг, очень перспективный экономист Сергей Глазьев. Может, напишешь о нем что-нибудь? Или интервью у него возьмешь...”
Мне было лень объяснять, что в экономических проблемах я “плаваю”. К тому же для радио “Свобода”, где я в то время работал, Глазьев большого интереса тогда не представлял (как сейчас, не знаю). Поэтому я обменялся вежливым рукопожатием с г-ном Глазьевым и пообещал “подумать”.
Это я к тому, что нынешние антиолигархические посулы г-на Глазьева нужно делить как минимум на два. А то и на десять. Ничего удивительного тут нет: “перспективный экономист” уже тогда играл в политику, а политики — люди конъюнктуры. Сегодня конъюнктура одна, завтра — другая, и если вовремя не перестроиться, можно оказаться вне игрового поля. Не говоря уж о том, чтобы стать кандидатом в президенты страны.
Мое знакомство с Глазьевым в приемной у Гусинского никак не умаляет достоинств Сергея Юрьевича. Но делить все-таки нужно. И лучше всего — на десять.
Нельзя не отметить, что кое в чем Сергей Глазьев весьма выгодно отличается от своих соратников (теперь уже бывших) по блоку “Родина”. За что — честь ему и хвала. Непонятно, правда, заслуживает ли похвалы нормальный человек лишь за то, что он — нормальный?..
Поговорим о бывших соратниках г-на Глазьева.

* * *
Незадолго до парламентских выборов Президент России счел необходимым высказаться на актуальную тему.

“Шовинизм и национализм в предвыборной программе — это самое простое и самое вредное дело, — заявил Владимир Путин. — Это тем более недопустимо в ходе избирательных кампаний. Я отношусь к этому в высшей степени негативно. Это ложный тезис, абсолютно недопустимый в такой многонациональной стране, как наша. Если мы хотим разрушить нашу страну, это нужно приветствовать. Если же мы хотим сохранить Россию, необходимо жестко и последовательно противостоять этому, нужно воспитывать абсолютную нетерпимость к проявлениям подобного рода”.

Передавая это выступление президента, информационные агентства предварили его тем, что Путин-де “заявил о недопустимости использования лозунгов шовинизма и национализма некоторыми партиями в ходе избирательной кампании”. Осталось невыясненным, о каких партиях, собственно, идет речь. Но уж наверняка — не о блоке “Родина”. Особенно если учесть, что блок этот, как утверждают знатоки закулисья, создавался по инициативе Кремля.
Однако еще прошлой осенью о своем выходе из предвыборного блока “Родина” заявила партия “Евразия”. Ее лидер Александр Дугин, многие высказывания которого с точки зрения демократии весьма спорны, о причинах этого решения высказался более чем жестко:

“Основная причина — наличие в блоке расистов, антисемитов и членов РНЕ. К тому же блок, задуманный как корректный, лево-патриотический и антиолигархический, приобрел характер сброда всякого псевдопатриотического мурла с явной шовинистической ориентацией”.

Буквально на днях, участвуя в телевизионном шоу и с ненавистью глядя на сидящего визави Виктора Шендеровича, предводитель думской фракции “Родина” Дмитрий Рогозин во всеуслышанье заявил: в его публичных выступлениях никогда не звучало ни одной ксенофобской или человеконенавистнической ноты.
У этих господ, когда им выгодно, начисто отшибает память. Что ж, напомним.

* * *
Те, кто называет себя патриотами, — считает г-н Рогозин, — чаще всего делать ничего не умеют, только за державу обижаются.

“Вся эта бесполезная публика, помешанная на идее борьбы с евреями, только и может, что трепаться да грозить. Никаких дел за ними никогда не было. Делать, надо полагать, должны не они, а кто-то другой”.

Казалось бы — всё вполне пристойно. И даже антисемиты вроде бы названы помешанными. Однако давайте вчитаемся. Почему — помешанные? Да потому что только болтают. А нужно — делать.
Слишком вольное толкование, наверняка скажет г-н Рогозин. Ничего этакого я в виду не имел. А что же имел? Да вот:

“Армии у России почти уже нет. Журналисты-плюралисты вместе с картавыми “правозащитниками” втолковывают: “Нет — и не надо! И хорошо без армии — может, кто завоюет, а заодно и накормит”. Так это отродье превращает нашу землю в товар и торгует им!”

От кого этот г-н слышал подобные толкования — неведомо. Разве что сам выдумал. Нехитрый приемчик. А кто же “это отродье”, эти “картавые “правозащитники”? Ну, вы понимаете.
А вот и программа действий г-на Рогозина:

“Мы не будем бездействовать ни одного дня, ссылаясь на отсутствие законов. Ни один изменник, шпион, вредитель, террорист или диверсант не укроется от справедливого возмездия, где бы он ни находился и какое бы положение ни занимал. Здесь не будет ни сроков давности, ни амнистий, ни помилований. Ответят все, кто прямо или косвенно наносил ущерб суверенитету, территориальной целостности, государственной безопасности. Мы доберемся до всех, кто сбежит за границу. Будущая власть будет упрямо и последовательно возвращать национальное достояние. В разборках со сбежавшими или попрятавшимися казнокрадами и мздоимцами всплывут многие фамилии, широко известные сейчас по демократической прессе. А разборки эти будут жестокими. Придут к бывшему “нашему” там, на Западе, окинут взглядом хоромы и скажут тихо, но проникновенно, прикручивая глушак к стволу: “Возвращать будешь или завещать?”

Стало быть, отсутствие законов этого г-на не смущает. Особенно красиво он про глушак рассказал. По-видимому, именно в нем сосредоточена “законодательная инициатива” г-на Рогозина. Внушает.
Именно с такими речами шли к власти Муссолини и Гитлер.
Подобно своим духовным предтечам, г-н Рогозин пообещал также навести порядок в области культуры. “Вместе с лучшими людьми России мы вырвем с корнем чернуху с порнухой, а лжецов, глумящихся над нашей страной, упечем за решетку”.
Как вы думаете — кто при такой поставке проблемы будет определять “ущерб суверенитету”, выявлять чернуху, порнуху и лжецов? Правильно: сам г-н Рогозин и будет. Никому не доверит. Ну разве что своему лучшему другу и многолетнему помощнику, а ныне — коллеге-депутату из той же фракции “Родина” г-ну Савельеву.

* * *
Андрей Савельев — соратник и многолетний помощник г-на Рогозина по Союзу возрождения России и Конгрессу русских общин. Утверждают, что именно г-н Савельев пишет для Дмитрия Олеговича все его основополагающие речи и выступления.
Речами дело не ограничивалось. Согласно данным информационно-аналитического центра “Панорама”, в 1998 году г-н Савельев (по заданию Рогозина) руководил кампанией по дискредитации Александра Лебедя, баллотировавшегося на пост губернатора Красноярского края. Г-н Савельев очень тогда старался, но не преуспел.
Впрочем, главная роль г-на Савельева — в идеологическом оснащении блока, а ныне — партии “Родина”. На этом поприще “идеолог” достиг определенных высот, в чем легко убедиться, обратившись к публичным высказываниям г-на Рогозина. Но судить лучше всего все-таки по первоисточнику. Таковым вполне может быть сборник “Расовый смысл русской идеи”. Редактор этого сборника и один из его авторов — как раз г-н Савельев. В предисловии он пишет:

“Раса” — это глубоко русское по смыслу и звучанию слово. Слово “РАСА” полностью соответствует нашему архетипу, и нам совершенно ничего не нужно выдумывать, чтобы оправдать логику самоназвания РУССКОЙ РАСОВОЙ ТЕОРИИ. РУС-РОС-РАС — это изначальная смысло-звуковая матрица древнейшего языка индоариев. Имя Бога солнца Ра — также означает сопричастность к этой архетипической матрице нашего сознания”.

Воистину: нет ничего нового под Луной. Лет пятнадцать назад я как-то забрел на “встречу общественности” с ведущими деятелями мифической “Русской академии”. Один из выступавших — ясное дело, “академик” — приоткрыл тайну, сокрытую в русском языке:

“Все русские — интуитивно солнечные, о чем говорит солнечная частица “ра” в нашем языке. Мы все — пролетарии, аграрии, аристократы. Недаром так много солнечности в словах “армия”, “генералиссимус”, “генерал”, “маршал”.

Встреча, кстати говоря, происходила в Центральном доме Советской армии.
Другой выступавший обнародовал сенсацию: оказывается, город Ярославль был основан Авелем, потому-то и называется он — “Я-рос-Авель”. Кроме того, Иисус Христос был сыном языческого бога, а рай находится в районе Уральского хребта, поскольку правильное его название — “У-рай-ские горы”.
Конечно, г-н Савельев не столь примитивен в своих расовых изысканиях. Но суть примерно та же. В конечном счете “расовый смысл русской идеи” (по г-ну Савельеву со товарищи) сводится к следующему:

“Имперское гражданство (в будущей России. — М.Д.) предоставляется лицам, доказавшим свою верность имперскому делу во время Смуты, начавшейся с марта 1985 г., и их прямым потомкам, не совершивших деяний, недостойных Имперского гражданства. Имперское гражданство дает максимальную полноту политических прав.
Союзническое гражданство предоставляется коренным жителям Русской Империи, не являющимся закоренелыми русофобами и агентами влияния наших врагов, однако нарушавшим верность русскому имперскому делу. Оно отличается от Имперского тем, что лица с Союзническим гражданством не участвуют в выборах, не имеют права занимать высшие государственные должности, быть ответственными руководителями средств массовой информации, быть офицерами госбезопасности, старшими офицерами в полиции и высшими офицерами в армии.
Статус метека-россиянина пригоден для лиц, постоянно проживающих на территории Русской Империи, лояльность которых русскому имперскому делу заведомо сомнительна: лица, имеющие право на иностранное гражданство, принадлежащие к этносам, имеющим государственность за пределами Русской Империи, состоящие или состоявшие в браке с иностранными гражданами, имеющие близких родственников за рубежом, участвовавшие в антирусских и антиимперских движениях или сотрудничавшие с антирусскими, антиимперскими организациями — от либеральных интеллигентов до этническимх и территориальных сепаратистов. На метеков-россиян распространяются все ограничения, существующие для иностранных подданных”.


Законодатели Третьего рейха позавидовали бы.
Напомню: нынче г-н Савельев — депутат Государственной думы, один из руководителей фракции “Родина”.

* * *
В феврале минувшего года в Москве побывал лидер французских ультра-правых Жан-Мари Ле Пен. “Приглашающая сторона” — председатель партии “Народная воля” Сергей Бабурин.
С Сергеем Николаевичем я знаком довольно давно. Когда-то, будучи “демократом”, он очень любил давать интервью радио “Свобода”. Хорошо помню скандальную историю, когда г-н Бабурин предъявил иск бывшему генералу КГБ Олегу Калугину, обвинившему Сергея Николаевича в агентурной работе на госбезопасность. Иск г-н Бабурин тогда выиграл — как говорят, не в последнюю очередь благодаря справке из бывшего КГБ. В справке утверждалось, что представитель сего никогда в сексотах не состоял.
А вот если бы состоял — что было бы написано в той справочке?..
В последние годы г-н Бабурин плавно продефилировал от демократии, коей он когда-то как бы придерживался, к нацизму. А его “Народная воля” вошла в блок “Родина”. С собой г-н Бабурин привел десяток весьма одиозных товарищей...
Совсем недавно состоялся судебный процесс по иску некоего Токмакова против “МК”: сей г-н, обидевшись на то, что наша газета назвала его фашистом, потребовал от “клеветников” более 3 миллионов рублей — в качестве “компенсации морального ущерба”. Судья Пресненского суда Москвы Игорь Тюленев иск не удовлетворил, тем самым подтвердив, что г-н Токмаков действительно фашист. Истцу не помог ни флажок партии “Родина”, который он держал в руках во время судебного заседания, ни письмо в его защиту от г-на Бабурина.
Это письмо достойно того, чтобы привести его полностью:
“Депутат Государственной Думы четвертого созыва (2004—2007). “19” февраля 2004 г. № 27 СНБ.
В Пресненский межмуниципальный суд г. Москвы.
В ряде публикаций газеты “Московский комсомолец” редакция “МК” распространила не соответствующие действительности сведения, порочащие честь и достоинство члена Партии Национального Возрождения “Народная воля” Токмакова Семена Валерьевича.
В сентябре 2003 г. на Съезде Партии “Народная воля” Токмаков С.В. был выдвинут кандидатом в депутаты Государственной Думы. Однако после голословных обвинений в “МК” Токмаков С.В. был исключен из списков избирательного блока “Родина”, что несомненно является нарушением избирательных прав гражданина.
Знаю С.В.Токмакова с момента создания Партии “Народная воля” как активного члена Партии, патриота России, переживающего за судьбу русского народа и государства.
Прошу суд учесть эту характеристику С.В.Токмакова.
С уважением
Заместитель руководителя Фракции “Родина” С.Н.Бабурин”.
Говорят, что г-н Бабурин — юрист. В этом случае он должен бы знать, что только суд может назвать сведения “не соответствующими действительности”. В противном случае его письмо на депутатском бланке — ничем не прикрытая попытка оказать давление на судебную власть.
Кто же такой г-н Токмаков и чем он так приглянулся г-ну Бабурину?
В начале 98-го года этот “патриот России” организовал скин-группировку “Русская цель”, в манифесте которой говорится:

“Мы благородного аристократического происхождения — являемся представителями исключительно более высокой арийской расы. Мы рождены скорее повелевать, чем находиться в подчинении у других. Заниматься вредными ремеслами предоставлено рабам”.

Ну прямо-таки — белокурая бестия.
В мае того же года Токмаков вместе с другими скинхедами избил чернокожего сотрудника охраны американского посольства в Москве. В интервью, которое он дал по горячим следам, Токмаков заявил, что “негры являются злом”, и их надо “подвергать специальной программе эвтаназии”. Правда, на суде он утверждал, что всего лишь излагал некую расовую теорию, которой не придерживается. Суд, впрочем, Токмакову не поверил, поскольку отказался переквалифицировать обвинение в “хулиганство”. “Патриот России” был осужден по статье “возбуждение национальной, расовой или религиозной вражды с применением насилия” на 3 года тюрьмы. Вскоре он был уже на свободе (по амнистии), но, еще находясь в Бутырке, переслал на волю (не “Народную” ли?) письмо с призывом:

“Русские должны дружить, сосуществовать, работать только с белыми народами!
Европа — для белых,
Россия — для русских!”


Такие вот соратники у г-на Бабурина.
Множественное число я употребил не ради красного словца: помимо Токмакова г-н Бабурин попытался провести в Думу по федеральному и региональному спискам еще восьмерых своих соратников. Некоторые из них — баркашовцы, а некоторые и сами по себе вполне одиозные личности. Такие, например, как некто Иванов-Сухаревский, который обвинялся в разжигании межнациональной вражды и в определении суда был назван нацистом.
Скажи мне, кто твои соратники...
Накануне предвыборной регистрации руководство блока “Родина” быстренько вычистило этих соратников из своих списков. Я думаю, что с сожалением. Но иначе скандала бы не избежать. А так — все тихо и гладко. И можно даже говорить обо всем этом как о некой конфузной оплошности, допущенной лидерами блока в предвыборной спешке. Именно так они, лидеры, теперь и утверждают. Однако письмо г-на Бабурина в Пресненский суд Москвы свидетельствует об обратном: никакой оплошности не было.
Что до конфуза, то конфузиться эти господа из “Родины” не умеют.

Марк ДЕЙЧ
 

Фас на бензин
 

С повышения цен на бензин начался летний транспортный сезон. За выходные стоимость литра горючего подскочила на 30—40 копеек. Причем на всех без исключения заправках. Такое единодушие наводит на мысль: а не сговор ли это? Проверить догадки автомобилистов решила Федеральная антимонопольная служба.

С одной стороны, подозревать автозаправщиков в переписывании ценников по команде было бы наивно. В Москве около тысячи АЗС, и для того, чтобы провернуть такое дело, нужно как минимум устроить съезд “королей бензоколонок”. Однако проверить такую версию антимонопольщики все же решили. Правда, уже после того, как бензин в столице подорожал. Пока они только направили свои запросы в Российский топливный союз и непосредственно в нефтяные компании. Выводы, дай бог, сделают к следующим выходным. Когда топливо снова подорожает. И ФАС пойдет по второму кругу. Кстати, даже если антимонопольщики поймут, что имеют дело с хорошо организованным повышением, заставить нечистых на руку дельцов переписать ценники они не смогут.
По мнению аналитика Московского нефтяного союза Юрия Плаксина, начало посевной и массовый выезд на дороги “подснежников” подстегивают спрос на горючее. И цены в начале транспортного сезона ползут наверх — в этом году уже на 5—7%. Правда, на этот раз добавились новые сюрпризы.
На плановый ремонт до середины июня закрылись все три снабжающих столицу нефтеперерабатывающих завода — Московский, Ярославский и Рязанский. И хотя эти предприятия полностью не останавливаются, а только сокращают производство горючего, дефицита топлива не избежать. Но и это еще не все.
Продолжается рост цен на мировых рынках. Соблазн подзаработать за границей у нефтяников слишком велик, а потому все больше “черного золота” вывозится из страны. Тем более сейчас, когда реки и порты освободились ото льда, и становятся возможными перевозки нефтепродуктов на танкерах.
Так что, как ни крути, еще большего роста цен на бензин не избежать. Хотя дефицита не будет. На столичный рынок хлынет бензин из более отдаленных регионов. Например, из Башкирии. Качество топлива при хорошем раскладе не ухудшится, но цена к лету подпрыгнет еще на 5—7%. Так что бак подорожает на тридцать пять рублей.

Марк ДЕЙЧ, Александр ЮРОВ, Юлия ШЕСТОПЕРОВА

Убийства за семью печатями


Лев Ройтман:

“В последнее десятилетие не расследовано ни одно из общественно значимых громких дел” - пишет в газете “Московский комсомолец” Марк Дейч. Его статья “Личный контроль” опубликована 25-го августа. Марк Дейч, он участвует в нашем разговоре, к таким громким делам относит и трагедию “Курска”. Он спрашивает: как поведет себя Устинов, нынешний Генеральный прокурор, состоящий под личным контролем президента, который, однако, вслух полагает, что прокуратура независима от него? Впрочем, “Курск” статья, точнее, статьи особые. Но почему в Санкт-Петербурге, где заказное убийство совершается в среднем еженедельно, не раскрывается ни одно? Примеры: убийство Виктора Новоселова, Галины Старовойтовой, Михаила Маневича, Валерия Потапова и так далее. Деловые люди, политики, депутаты. Из Петербурга участвует в разговоре доктор права Яков Гилинский. Третий участник передачи - юрист, публицист Аркадий Ваксберг.
За последние 10 лет российскую прокуратуру возглавляли разные прокуроры - чехарда. Двое из них - Илюшенко и Скуратов, сами стали подследственными. Но при всех этих прокурорах налицо, если хотите, диктатура закона, правда с обратным знаком. Чем громче преступление, тем меньше вероятность, что оно будет раскрыто. Почему так?

Аркадий Ваксберг:
Во-первых, эти преступления не раскрываются, как мне кажется, потому что их слишком много, а их слишком много, потому что они не раскрываются. Вот такой парадокс, хотя никакого парадокса в этом нет. Когда-то обучение будущих советских юристов начиналось с воспроизведения ленинской цитаты о том, что предупредительное значение наказания состоит не в его суровости, а в его неотвратимости. Между тем эта бесспорная и жизнью доказанная истина установлена вовсе не Лениным, она была известна еще и Бекарию, и другим крупнейшим криминалистам прошлого, просто усердный студент-заочник Владимир Ильич ее усвоил по учебнику и к месту, кстати сказать, напомнил. А ученики Владимира Ильича горазды повторять заученные цитатки, но не в силах их воплотить в жизнь. Говорят, отдельные случаи заказных убийств все же раскрыты. Не знаю, может быть. Насколько мне помниться, в тех случаях, кода хвастливо сообщалось о раскрытии, дело или не доходило до суда или суд выносил оправдательный приговор. Но, допустим, что отдельные отрадные факты все-таки есть, так они остаются отдельными фактами, явлением они не стали. Явлением стало тотальная, абсолютная, безусловная нераскрываемость заказных убийств, с традиционной мотивировкой, раскрыть их очень трудно. Все, наверное, обратили внимание на то, что в каждом сообщении об очередном убийстве такого рода говорится о профессиональных выстрелах киллеров. Я подчеркиваю - профессиональных, то есть киллерство стало профессией. При том массовой, ибо убийства происходят в разных регионах огромных страны, так что вряд ли киллеров готовит какой-то один центр и вряд ли их перегоняют с места на место. А в поединок с ними вступают непрофессиональные следователи, как бы пышно не назывались посты, которые они занимают. В советское время такой узкой специализации раскрытия заказных убийств в криминалистике не было за ненадобностью, поэтому молодых следователей сегодняшних некому учить. Это первая, хотя, думаю, все же не главная, но очень важная причина нераскрываемости заказных убийств. Профессиональный преступник против непрофессионального следствия - коллизия безнадежная, с заранее очевидным результатом.

Лев Ройтман:
Спасибо, Аркадий Иосифович. И теперь в Санкт-Петербург, профессор Гилинский, ваш городской прокурор Иван Сыдорук к тем причинам, о которым говорил Аркадий Иосифович, добавляет еще одну, весьма любопытную. Он говорит буквально следующее: “По ряду громких убийств - Маневич, Старовойтова (я, кстати, эти имена тоже называл) могу сказать, что преступления пока не раскрыты, но к тому есть все основания - дела находятся в производстве следственного управления у ФСБ”, то есть в Госбезопасности. Вот такой булыжник в смежников открыто в российской печати я давным-давно не встречал. Что вы скажете по этому поводу?

Яков Гилинский:
Я хотел бы сказать прежде всего, что заказные убийства действительно раскрыть очень сложно, это общемировая практика. И уровень раскрытия заказных убийств ниже, чем уровень раскрытия других тяжких преступлений во всех странах, это объективности ради следует заметить. Далее, действительно, к сожалению, сейчас очень высокий уровень квалификации убийц, киллеров. Достаточно сказать, что вице-губернатор Петербурга Маневич был убит киллером столь высокой квалификации, напомню, что киллер стрелял, не видя своей жертвы, он стрелял по расчету, и тем не менее убил того, кого надо было с точки зрения заказчика. Существуют длинные связи между заказчиком и исполнителем и так далее, и тому подобное. Это то, что относится к объективной стороне возможности раскрытия заказных убийств. Теперь что касается объективно-субъективных. Действительно, резко ухудшилось качество расследования, профессионализм следствия. Я назову несколько цифр, хотя цифры плохо воспринимаются обычно слушателями, но я ученый и без этого не могу. Среди следователей МВД лица с высшим образованием составляли в 93-м году 60%, к 97-му году 45%. Следователи со стажем более трех лет работы - в 93-м году 46%, к 97-му году 34%. При этом 20% следователей имели стаж работы менее одного года. Идет чехарда, чехарда следственного аппарата. С моей точки зрения, безусловно, по целому ряду таких убийств речь идет о политических играх и политической подоплеке. В частности, убийство журналиста Дмитрия Холодова, я думаю, не будет раскрыто значительное время, поскольку здесь замешаны некие политические интересы. Ну и наконец не следует забывать о коррумпированности властных структур и правоохранительных органов. И когда речь идет о громких убийствах, о заказных убийствах, то есть о тех случаях, когда заказчик может платить и много платить, я думаю, что фактор коррупции тоже имеет определенное значение.

Лев Ройтман:
Спасибо, профессор Гилинский, Санкт-Петербург.

Марк Дейч:

Я вынужден отметить в добавление к моим собеседникам еще одно немаловажное обстоятельство. Я тоже хочу сказать о политической подоплеке заказных убийств и считаю, что главной причиной, почему практически ни одно из заказных громких убийств, общественно значимых для России, не было до сих пор раскрыто. Я имею в виду все тот же личный контроль, с чьей бы стороны он не осуществлялся, о котором я как раз писал в своей последней работе в газете “Московский комсомолец”. Давайте представим себе на минуту, что означает личный контроль, ну будь со стороны это самого президента, будь со стороны это министра внутренних дел. Я очень хорошо знаю, как обстояла ситуация с убийством Дмитрия Холодова, я знаю, что на протяжении многих лет, и вы это тоже знаете, дело было на личном контроле у Бориса Ельцина. Так вот когда понадобилось, чтобы в качестве свидетеля был допрошен Павел Грачев, Ельцин сказал категорическое “нет”, и на этом дало застряло, просто застряло и постепенно со временем начало разваливаться. Это результат так называемого личного контроля. Хотя, в принципе, и то, что является главным в законе, следователь должен вести это дело абсолютно не оглядываясь ни на каких личностей, в том числе и на президента страны. Практически в каждом из убийств, о которых мы сегодня говорим, происходит точно такая же штука - кто-то лично заинтересован в том или в другом, чтобы не всплыло какое-то имя в качестве ли свидетеля, в качестве ли подозреваемого и так далее. Мне кажется, одна из главных причин, если не основная, того, что эти убийства не раскрываются, это личная заинтересованность кого-то из власть имущих.

Лев Ройтман:
Спасибо, Марк Дейч. Профессор Гилинский, я уже ссылался на вашего городского прокурора Ивана Сыдорука, так вот он говорит, что все-таки 34% так называемых заказных убийств раскрывается. Но дело в том, что в эти заказные убийства включаются не только громкие преступления, сюда включаются и такие убийства, когда муж заказал жену или управдом заказал своего делопроизводителя. Так что о многих из этих заказных так называемых убийствах вообще никто за пределами узкого круга, скажем, живущих в данном регионе, не слышат. Как вы относитесь к тому, что как бы не составлять эту графу “заказные убийства”, только одна треть, и это в торжественном рапорте городского прокурора, раскрывается?

Яков Гилинский:
Я полностью согласен с вами, что есть заказные убийства и есть заказные убийства. Заказные убийства были всегда, кстати, но они могут быть на личной почве и тогда их вскрыть, конечно, по целому ряду причин значительно легче. Я не могу в данном случае оспаривать цифры, приводимые нашим петербуржским прокурором, просто потому, что речь идет о том, что считать заказными убийствами. Если же вообще говорить о цифрах раскрываемости, о показателях раскрываемости, то здесь происходят очень любопытные вещи. И вообще должен сказать, что население города, население России, да и меня лично, честно говоря, больше беспокоит другая ситуация с преступностью в стране. Не только не раскрываются громкие заказные преступления, но не регистрируются и не раскрываются масса тех преступлений, которые затрагивают интересы непосредственно граждан - грабежи, разбои, кражи, причинение телесных повреждений разной степени тяжести и так далее. И здесь в связи с вашим вопросом я не могу не сказать о той игре в цифири, которая происходит. В среднем в европейских странах уровень раскрываемости преступлений где-то 42-46, во Франции - 42, в Германии - 44. И вот такой вполне реальный показатель мы имели в 92-м году. Уровень раскрываемости преступлений в России в 92-м году составлял не многим менее 47%. А дальше произошло следующее: с 93-го года началось массовое и, с моей точки зрения, преступное сокрытие преступлений от регистрации. И, естественно, немедленно стал возрастать показатель раскрываемости. В 93-м году уже свыше 50%, в 96-м году уже свыше 70% и, наконец, в 99-м году 73,5%. Никто из специалистов, моих коллег-криминологов никогда не поверит в возможность такого высокого процента раскрываемости преступлений вообще, а тем более при очень низком уровне, к сожалению, профессионализма у нас в России. Откуда берется такой высокий процент показателей? Прежде всего за счет того, что не регистрируется масса преступлений, подавляющая масса преступлений. Регистрируются только так называемые очевидные, которые и успешно раскрываются, ну, грубо говоря, когда есть десяток свидетелей. Это, пожалуй, основная причина столь великолепно возросшего уровня раскрываемости преступлений.

Лев Ройтман:

Спасибо, профессор Гилинский. К тем цифрам, в которые, как вы говорите, ни один ученый-юрист так или иначе не верит, я добавлю и следующую, совершенно ошеломляющую цифру, которую привела военная прокуратура, привел генерал-полковник Юрий Демин, тогда Главный военный прокурор России за 1999-й, то есть прошлый год: “Усилиями военной прокуратуры раскрыты все (я подчеркиваю - все) умышленные убийства, совершенные в российской армии”. Таким образом раскрываемость 100%. Ну в это, наверное, не только юрист, а вообще ни один здравомыслящий человек не поверит.

Марк Дейч:

Как журналист я хочу попытаться призвать вас на минуту встать на сторону обывателя. Все мы знаем, что убийства эти происходят, но как-то они от нас несколько вдалеке, они нас не затрагивают, и потому мы относимся к ним как к неизбежному злу, но как бы на нашей шкуре они не отражаются. Поэтому, мне кажется, мы неслучайно начали с обсуждения с громких, общественно значимых убийств, потому что по их раскрытию мы судим о собственной безопасности. Если ни одно из общественно значимых убийств, громких убийств не раскрывается, мы говорим себе: если убийство Галины Старовойтовой или Владислава Листьева осталось ненаказанным, убийцы не разысканы, то что ждет нас, любого из нас? В данном случае Генеральная прокуратура, на мой взгляд, проявляет просто преступную халатность. Я даже думал - не саботаж ли это? Практически ни одно, повторяю, из громких заказных убийств, исключая, может быть, дело Сыча, но это особый разговор, председателя Федерации хоккея России, к этому делу, которое было расследовано судом, очень много вопросов и у юристов, и у журналистов, мне кажется, что прокуратура тут сработала просто грязно, все остальное не расследовано вообще и по прошествии времени скорее всего расследовано не будет. Присутствующие здесь на этом разговоре, и Аркадий Иосифович Ваксберг, и профессор Гилинский из Санкт-Петербурга, не дадут мне соврать, считается в криминалистике, насколько я знаю, что если убийство не раскрывается в первые часы, то с каждым следующим часом шансов на раскрытие все меньше и меньше. Со времени первого так называемого заказного убийства, самого громкого, прошло 10 лет. 9-го сентября исполнится 10 лет со дня убийства священника отца Александра Меня. До сих пор следствие не закрыто. Я с удивлением узнал об этом где-то несколько месяцев назад, когда я был приглашен на допрос следователем прокуратуры по факту убийства отца Александра. Как вы думаете, будет ли оно раскрыто? На мой взгляд, конечно нет.

Лев Ройтман:
Спасибо, Марк Дейч. Я полагаю с уверенностью, что вас допрашивали по делу Александра Меня не как подозреваемого, он был вашим духовником.

Аркадий Ваксберг:
Мне кажется, мои коллеги в общем уже вышли на те основные причины, которые объясняют этот поразительный феномен нашей действительности - тотальную нераскрываемость. Я коротко обозначу и одну причину, о которой уже говорилось, и еще одну, о которой, мне кажется, никто не сказал. Тотальная мафиозность, проникшая и в правоохранительные органы, конечно имеет значение, когда мы говорим о причинах нераскрываемости. Во многих случаях убийцы, а скорее заказчики убийств, имеют контакт с кем-то в тех органах, которые вроде бы их ищут, получают нужную информацию, направляют следствие по ложному следу, скрывают или понижают значение улик, которые могли бы сыграть роль в раскрытие преступления. Я хочу назвать и еще одну причину, которая, мне кажется, присутствует. Имею в виду страх, вполне понятное по-человечески желание не оказаться в ряду тех, чье заказное убийство будут с тем же безнадежным успехом расследовать коллеги. Это страх за судьбу своих близких, я имею в виду страх тех, кто расследует преступление, за судьбу близких, которые становятся как бы заложниками убийц. За нераскрываемость преступления еще никого не наказали, не подвергли абсолютно никаким санкциям и не подвергнут, а вот за чрезмерное рвение в расследовании преступлений, к которым прямо или косвенно причастны сами высокопоставленные товарищи или те, кто имеют связи в нужных сферах или больших верхах, вот за чрезмерное рвение приходилось расплачиваться многим. И я думаю, что этот страх довлеет над многими юристами, вдобавок к их непрофессиональности, вдобавок к их мафиозности и тоже оказывает свое влияние.

Лев Ройтман:
Спасибо, Аркадий Иосифович. То есть именно тот так называемый личный контроль, о котором и пишет Марк Дейч, личный контроль за так называемой независимой прокуратурой.
 

Пережить август

Месяц отпусков и катастроф


...Вот если бы только
не август,
Не чертова эта пора!
Александр Галич.


Право же: что-то мистическое в этом месяце. Причем именно для нас, для России.
Что такое август для Америки, скажем, или для Японии? Ну там Хиросима с Нагасаки. Жуткое дело, но августа как судного месяца ни там, ни там больше не ждут. Или во Франции. Варфоломеевская ночь была в августе. Тоже неприятно. Но — одноразово. Другие неприятные события своей истории французы сумели в течение года достаточно равномерно распределить.
А у нас все почему-то на август валится. Вот последний, к примеру,— нынешний. Взрыв на Пушкинской. Гибель "Курска". И в довершение ко всему — пожар на Останкинской телебашне, одной из главных московских достопримечательностей.
Кстати, на этот же август еще и сто дней президента Путина приходится. Конечно, масштаб не тот. По сравнению с тремя вышеупомянутыми катастрофами — так, мелочь. Однако символ усматривается. Мимо него, этого знакового символа, нашему брату журналисту никак не проскочить.
А ежели чуть-чуть назад обернуться? В совсем недавнее наше прошлое?
В августе прошлого года — взрыв в торговом комплексе под Манежной площадью. С этого взрыва началась серия терактов, в которой заинтересованные товарищи усматривают "чеченский след". Так до сих пор и усматривают.
А в позапрошлом году? В августе? Обвал, дефолт, кризис, катастрофа. Правда, финансовая. Обошлось без крови, но слабенький рахитичный новорожденный, которого нарекли "средним классом России", благополучно испустил дух.
А еще раньше? Пожалуйста: август 91-го. Очередной большевистский путч. Впрочем, на сей раз неудачный. Хотя тут — как посмотреть. Одни говорят: "Распад великого советского государства". А другие: "Долгожданный конец коммунистической диктатуры". Между прочим, и то, и другое — правда.
В былые советские времена, когда портилась погода, в ходу была шутка: "Ну, большевики! Что хотят, то и делают!" Теперь те же граждане вправе пробурчать относительно августа: "Ну, демократы! Опять отпуск испортили!"
А кто эти "демократы"? Да те же самые недавние коммунисты. Других у нас нету.
Так что тут явная преемственность прослеживается. В том числе и относительно злополучного летнего месяца.
В предисловии к стихотворению "Кресты", посвященному памяти великой русской поэтессы Анны Андреевны Ахматовой, Александр Галич писал: "Анна Андреевна очень не любила месяц август. Она его боялась. В августе был расстрелян Гумилев (1921 г. — М.Д.), в августе был арестован ее сын (1934 г.— М.Д.), в августе было опубликовано известное постановление "О журналах "Звезда" и "Ленинград". Подготовленное "толстомордым подонком" Ждановым, постановление ЦК ВКП(б) было обнародовано в августе 1946 г. В нем шла речь об "отщепенцах" в советском искусстве. Некоторые "отщепенцы" назывались поименно: Ахматова, Зощенко, Шостакович.
Август, с его ленивой жарой и начинающими желтеть листьями, был для Ахматовой страшным месяцем. Но не только для нее. Вот лишь несколько вех на пути вглубь нашей недавней истории.
Август 1968 г.: оккупация "братской" Чехословакии. Недолгая "пражская весна" завершилась под гусеницами советских танков.
Август 1961 г.: возведение печально знаменитой Берлинской стены — материального воплощения популярного советского лозунга "Два мира — две системы".
Август 1948 г.: на сессии ВАСХНИЛ "учение" полуграмотного агронома Лысенко признано "единственно правильным". Начало кампании против "буржуазных лженаук" — генетики и кибернетики, а также против "безродного космополитизма".
Август 1941 г.: разгром гитлеровцами Юго-Западного фронта. Сотни тысяч погибших, раненых и попавших в плен. Катастрофа произошла из-за нежелания Сталина сдать Киев, на чем настаивал Жуков. Из-за своей строптивости Жуков был снят с поста начальника Генерального штаба. В том же августе Сталин подписал приказ №270, согласно которому все советские военнопленные объявлялись предателями и изменниками.
Август 1932 г.: введение закона "семь восьмых" (от 7 августа). В народе его прозвали "законом о трех колосках". Он предусматривал десятилетнее заключение в лагере или смертную казнь за "кражу или расхищение колхозной собственности". К примеру — за сбор оставшихся на полях колосьев ржи или пшеницы (в России того времени — организованный большевиками чудовищный голод). Сотни тысяч крестьян были репрессированы.
Август 1918 г.: покушение на Ленина. Начало "красного террора" и концлагерей. Словом, начало начал.
Это я только наиболее значимые августовские события перечислил. В действительности их было куда больше. Вот, кстати, не забыть бы и август 14-го: начало Первой мировой войны. Но это она для всего человечества — "всего лишь" мировая. Мы же сумели из этой "империалистической" бойни устроить — по рецепту "отца-основателя" — еще и гражданскую. Полстраны перебили.
Тут хорошо бы, конечно, в мистику не впасть. Относительно месяца этого проклятого. В социологии это называется "случайной выборкой": уж очень страшен был нынешний август, вот я и решил от него, что называется, сплясать. Оттолкнуться. На самом-то деле у нас все месяцы такие. Ежели покопаться — обязательно что-нибудь этакое вспомнится. Ничуть не лучше. Другие от такой "случайной выборки" давно загнулись бы. А мы ничего еще. Существуем. Сетуем, что телевизоры не работают.
И слава Богу, что сетуем. Мы еще и улыбаемся временами. Пусть даже грустно. Нас за просто так не возьмешь.
Вот и этот август мы пережили.
Дождемся следующего?

Марк ДЕЙЧ

ПУТИНА

К вопросу о карликах и пигмеях
Под Путина легли все.
Одни — с видимым удовольствием. Другие без видимого, но тоже с удовольствием.
Впрочем, "все" — это я немного погорячился. Остались еще некоторые, которые не легли. Но их мало, и потому о них попозже.
Наблюдать за тем, как происходит это лежание с нетерпеливым ожиданием (кого первого затребуют? кто станет "любимой женой"?), с подмахиванием (пока впустую, в качестве тренировки), весьма забавно и даже как-то жалостно. Как водится, особенно усердствуют разномастные "публицисты". Оно и понятно: нашего брата-журналюгу хлебом не корми — дай только подстелиться.

Один мой, извините, коллега с ОРТ (кажется, его псевдоним — Леонтьев), так тот совсем договорился. Наверное, спьяну. Дескать, при Путине нам оппозиция и вовсе не понадобится. Ведь "для этих структур (оппозиционных. — М.Д.) любая проблема в отношениях с Западом — это подарок: Чечня, коррупция, недостаточная альтернативность выборов, лояльность СМИ к властям. Если какие-то обстоятельства представляются недостаточно проблемными, это вопрос поправимый: проблему можно создать или раздуть".
Стало быть, вышеперечисленные проблемы надуманные, но недостаточно. При таких обстоятельствах оппозиция, сами понимаете, ни к чему. А зачем она? Мы — народ то есть — и так с трудом ее терпим, "не давая воли естественному желанию размазать ее по стене". А почему у народа такое естественное желание присутствует? Да потому что оппозиция наша на Запад ориентируется, по словам Леонтьева — "на конкретный платежеспособный спрос".
Вообще-то в странах с тоталитарным режимом оппозиция всегда вовне ориентируется. До тех пор пока ее, оппозицию, народ не размажет по стенке. На кого конкретно ей уповать — на Запад или на Восток, — вопрос открытый. Можно, конечно, и, на Восток. Китай, например. Поди плохо? К тому же Владимир Владимирович (не Маяковский) уже намекнул на изменение нашей ориентации в сторону площади Тяньаньмэнь. Следовательно, оппозиция тоже должна развернуться. В ту же сторону. Пока цела.
Но более всего поразил меня своей субботней программой Сергей Доренко. Может быть, читатели "МК" заметили: до сих пор я избегал писать о нем. С одной стороны — потому что на нем выспались уже все. А с другой — каюсь: программа Доренко, несмотря на очевидную "заказуху", мне нравилась.
Однако на сей раз Доренко явно перебрал. Когда одновременно отказывают и
чувство меры, и вкус — это уже непоправимо. Диагноз.
Перво-наперво Сергей Леонидович объявил себя "необиженным". В том смысле, что вот есть в новой Думе "обиженные" фракции, есть всякие "обиженные" депутаты, а вот он, Доренко, совсем даже "необиженный". И принялся это доказывать.
В тюремной камере у заподозренного в "обиженке" есть лишь один способ доказать обратное: схватить деревянное сиденье от унитаза (оно обычно содержится отдельно и является единственным "весомым" предметом тюремного быта) и обрушить его на ближайшие головы. Именно этот способ и применил Доренко. Правда, сидений для унитаза у него было несколько.
Во-первых, "консультанты" программы. Их у Доренко оказалось двое: известный провокатор Глеб Павловский и еще более известный вождь ЛДПР Владимир Жириновский. Оба они рассуждали на темы думского кризиса. Рассуждали вполне ожидаемо: чего ждать, к примеру, от провокатора? А от Жириновского? Владимир Вольфович, получив в новой Думе кресло заместителя председателя, тут же переметнулся и теперь так же вылизывает коммунистов, как поносил их раньше.
Словом, с этими товарищами все понятно. Но и сам Доренко не промах: три думские фракции, учинившие (замечу - вполне обоснованно) скандал в Думе, обозвал "карликами".
Вообще-то нехорошо это. Некорректно. И не по отношению к депутатам, а к их избирателям. Опять же — что понимать под "карликами"? Ежели небольшой рост лидера СПС Сергея Кириенко, то должен открыть вам небольшую тайну: это только на экране Доренко выглядит дородным и представительным. На самом деле росточку-то он весьма среднего. Даже ниже. Уж не обострился ли по зиме у Сергея Леонидовича комплекс Наполеона?
Правда, если речь идет о категориях политических, тогда конечно. Тут с Доренко вряд ли кто сравнится. Одна его недавняя поездка по Карачаево-Черкесии чего стоит. Если бы не он, ни за что не бывать Березовскому депутатом.
Борис Абрамович тоже посетил программу своего друга Сергея Леонидовича. Зрелище, должен вам признаться, было презабавное. Особенно когда оба - два, сидя перед камерой, решали, как им друг друга называть: на "ты" или на "вы". Решили, чтобы как в жизни. Но самое любопытное потом было. Доренко Березовскому , твердо: "ты" и "ты" ("Борис, ты прав!"). А Березовский в ответ: то "ты", то "вы". Типа стесняется, не привык еще.
Разыграно как по нотам.
Сам Борис Абрамович тоже кое-чего интересное высказал. Ну например. Если помните, еще совсем недавно Березовский призывал к суду над компартией и к ее запрету. А что же теперь? А теперь на все том же голубом и ясном глазу Борис Абрамович заявил телезрителям о том, что "коммунисты не опасны".
Прозрел, стало быть. В "попутчики" записался. Там примут. Коммунисты любят раскаявшихся. Ну, аморально, А какая уж тут мораль? Собственно, Борис Абрамович так прямо и сказал. Я, говорит, на выборах спикера голосовал за Селезнева, "позиция моя — аморальная, но по совести".
Вы только представьте себе, граждане, эту позицию: "аморальную, но по совести". С моралью-то все ясно, но, оказывается, еще и с совестью совсем плохо.
После чего, не моргнув тем же голубым и ясным глазом, Борис Абрамович обвинил в лицемерии Григория Явлинского.
Кстати, на сей раз Березовский был поразительно откровенен. Оно и понятно: депутатский иммунитет уже действует. Но от этого откровения Бориса Абрамовича не становятся менее шокирующими. К примеру, его рассказ о якобы состоявшемся коротком диалоге между ним и Сергеем Ковалевым. Сергей Адамович, справедливо объявив все происходящее в Думе "свинством", перед тем как покинуть зал, успел, проходя мимо Березовского, бросить ему: "Кукловод". На что будто бы Борис Абрамович спешно отреагировал и сказал Ковалеву: "Лучше быть кукловодом, чем куклой".
Ну да. Особенно если "кукла" — это то, что мошенники всучивают излишне доверчивым гражданам. И вообще давно известно, что лучше быть здоровым и богатым, чем бедным и больным.
После Березовского в программе Сергея Доренко случился антракт на рекламные деньги. После чего — в качестве заключительного аккорда — прозвучало попурри на тему Лужкова. Собственно, Доренко без этой темы — все равно что ОРТ без Березовского. К тому же Лужков - один из тех немногих, кто не лег под Путина. Во всяком случае, пока. А потому приказ "кукловода" — "мочить". Исполнитель — Доренко.
Сюжет не нов. Известно, что Сергей Леонидович проиграл Лужкову судебный процесс. "Лужковский" суд, не "лужковский", будь мужчиной: объяви, что ты не согласен с решением суда и гни свою линию. И уж в любом случае: проиграл - плати. А вот этого Доренко как раз очень не хочется. Притом что суд постановил взыскать с телеведущего не 450 миллионов рублей, как того требовал Лужков, а 100 тысяч.
Что же делает Доренко? Он подсчитывает, во сколько раз 100 тысяч меньше 450 миллионов, и во столько же раз, с применением графиков и подобной белиберды, уменьшает рост мэра.
Бредятина, конечно. Обострение все того же комплекса Буонапарте.
А иначе говоря — жалкая, ничтожная месть. Пигмейская. Надеюсь, пигмеи на меня не обидятся. Они хоть и маленькие, но, говорят, настоящие мужчины.
Р.8. Чуть не забыл. Обещанный Селезнев в программе у Доренко не появился. Тоже вроде "обиженный". На ОРТ. Так Доренко минут пять расшаркивался перед отсутствующим спикером. До неприличия.
А ведь еще недавно "мочил" Сергей Леонидович коммунистов, как теперь Лужкова. Скажете, времена поменялись? Правильно.
А люди — те же. К любым переменам привыкают быстро.

Марк ДЕЙЧ

Товарищ ЗЮ

Навстречу, извиняюсь, выборам

Ну, хватит, граждане.
На Путине мы, можно сказать, выспались.
Оттянулись по полной программе.
Мне говорят: а что толку? Ну, поклевали вы его всласть. И что? Все равно ведь — быть ему президентом! Вот и получается: весь ваш пыл - мимо денег.
Не совсем так, граждане. Конечно, Путин скорее всего и без нашей помощи у руля встанет. Однако все наши эскапады — не так чтобы совсем уж зря. Мы ведь клюем его не за то, что он чего-то такое нехорошее сделал. Он еще ничего не сделал. Не успел. Мы пишем о том, чего бы нам не хотелось, чтобы он делал.
Тут мы очень внимательно отслеживаем. Будущие, так сказать, возможности. Предупреждаем. Дескать, вот эдак — не надо бы, Владимир Владимирович.
Теперь только ждать остается: примет он во внимание наши пожелания или не станет. Тут пятьдесят на пятьдесят. Можем и промахнуться. А потом уже поздно будет. Риск, конечно. Мы бы и рады не рисковать. А куда деваться?
Зато с другим главным претендентом — никакого риска. Все заранее известно, отмерено и поделено. Я имею в виду нашего дорогого товарища Зюганова. В хлопотах о Путине мы его как-то совсем забыли. И напрасно. Потому как — старается товарищ. Телевизор включишь — обязательно вождь КПРФ. С танцами. Нет, действительно: все время пляшет. Ручками помахивает и натужно так улыбается. Типа — народные танцы исполняет. Ну, это он так думает, что народные. На самом-то деле — два притопа, три прихлопа. Но самому исполнителю явно нравится.
А плясать пока рановато. Незадолго до выборов обнаружилась весьма неприятная для коммунистов и лично для тов. Зюганова история, Выяснилось, что некоторые его сторонники, они же - соратники, неожиданно прозрели и решили выдать всю правду-матку относительно вождя в частности и всех коммунистов в целом.
В стройных рядах, понятное дело, переполох начался. Впрочем, весьма специфический. Ряды сомкнули еще плотнее и вынесли следующее единогласное решение: "Не могут не вызывать омерзения клеветнические нападки Подберезкина, Говорухина и Тулеева на кандидата в президенты от КПСС Г.Зюганова".
Лексика привычная. Партийная. Одного не могу понять: откуда они КПСС взяли? Неужто реанимировали?
Я понимаю: лексика вынужденная. Так сказать, наш ответ Чемберлену. Потому как ежели сказать нечего, остается вот это самое. Выражения.
Алексей Подберезкин: "Зюганов сегодня представляет политику партийной номенклатуры — секретарей обкомов, которые ничему за эти годы не научились, но, главное, и не хотят учиться. Ни новых людей, ни идей в КПРФ так и не появилось. Вся программа Зюганова — апелляция к ценностям времен застоя. Его идеал — брежневский номенклатурный социализм".
Станислав Говорухин: "Сегодняшняя фракция КПРФ — а я наблюдаю эволюцию этой фракции, и как она освобождалась от своих лучших и достойнейших представителей в Думе, вот уже седьмой год — эта сегодняшняя фракция секретарей обкомов и коммерсантов не будет защищать ни интересы членов КПРФ, ни интересы вообще простого народа. Мало того, она готовит самое страшное предательство своего избирателя".
Аман Тулеев: "Если оппозиция, то она должна быть конструктивной. То есть не только говорить штампами и говорить о том, что Россия у последней черты, но делать все, чтобы она к этой черте не подошла. И не только выступать вот в этом ящике, а ты займи, знаешь, позицию, Геннадий Андреевич, — я так говорил, — бурлака. Помните, у Репина есть "Бурлаки на Волге"?"

Ну и что здесь неправда, "омерзительная клевета"? Точно в лоб. Или по лбу. Коммунистам это все равно. Правда, относительно "позиции бурлака" неувязка вышла. Тут Аман Гумирович действительно немного того. Погорячился. Такую "позицию" тов. Зюганову не то что предлагать его в этой "позиции" и вообразить нельзя. Это как квадратный трехчлен.
Впрочем, накануне выборов у тов. Зюганова не только потери имеются. Есть и приобретения. К примеру, во всю мощь своей луженой глотки объявил о поддержке вождя КПРФ Виктор Анпилов. Раньше-то он все больше о зюгановском "ревизионизме" распространялся, а тут — решил поддержать. Что вызывает некоторое, я бы сказал, умиление. Потому как товарищ сей — не просто горлопан из подворотни, а еще доносчик и провокатор. Прямая дорога к коммунистам. Они таких любят.
Чуть выше я тут высказался в том смысле, что Геннадий Андреевич на телеэкране главным образом народные танцы танцует. Буду справедлив: не только. В перерывах между плясками тов. Зюганов какой-то брошюркой размахивает. И вроде бы в этой брошюрке экономическая программа КПРФ изложена.
Не знаю, не читал. Знаю только, что новые экономические чудеса в решете составил для коммунистов некто Глазьев. Его сам тов. Зюганов и рекламирует: дескать, уж такой замечательный экономист нам программу готовил... И главное в ней, по словам Геннадия Андреевича, — "пресечение нелегального вывоза капитала за границу".
Помнится, в начале 90-х годов был у нас министром внешнеэкономических связей некто Глазьев. Как раз при нем и начался мощный отток российских капиталов во всевозможные зарубежные оффшоры. Уж не тот ли самый?
Главная предвыборная метода Геннадия Андреевича — конкурентов за пейсы оттаскать. Иногда он для этих целей тов. Макашова приглашает, а иногда и сам не чурается, Для острастки. Даже если никаких пейсов и в помине нету. Ну как же: другим врезать — все равно что себя похвалить.
Более всего, понятное дело, Путину достается. Тут тов. Зюганов в запале до полного идиотизма доходит. "Первым, — говорит, — антиконституционным действием г-на Путина стал указ о невиданных льготах и привилегиях Ельцину и членам его семьи".
Взывать к совести Геннадия Андреевича - занятие бесперспективное, Ну как ему объяснить, что президент великой страны, ушедший в отставку, не должен жить как бомж? Даже если он тов. Зюганову не очень нравился. У них, у коммунистов, на сей счет другие понятия. Ежели "свой"— тогда в мавзолей. Или на худой конец в кремлевскую стену. А ежели что-нибудь этакое, чуждое, да еще с "буржуазным уклоном", — тогда бирку на ногу, и в общую яму. Проходили.
"Своих", пока они не в мавзолее и не в стене, Геннадий Андреевич очень хвалит. "Опыт работы краснодарского губернатора Николая Кондратенко изучает вся страна".
Действительно: изучает. В особенности как бороться с сионистами и прочими инородцами. Этим делом "батька" Кондратенко давно славится. Тут у него опыт богатый.
Или: "В Туле у Василия Стародубцева построено более двух десятков промышленных объектов".
Об объектах не знаю. А вот об уголовных делах, заведенных на тов. Стародубцева, наслышан. Одно из них, кстати, — в связи с махинациями со спиртом. Геннадий Андреевич, между прочим, сильно ратует за введение монополии государства на водку. Опыт тульского губернатора может пригодиться.
Словом, замечательная компания. Прямо-таки душа радуется. И поет. Вместе с редакцией одной сильно "народной" газеты. Давайте и мы, граждане. Присоединимся.
Эх, топну ногой
Да притопну наново.
Я свой голос молодой
Отдам за Зюганова!
Ну? Притопнули? Наново?
Ну-ну...
Р.8. Специально для товарищей из Центризбиркома. Прошу считать эту статью агитационной. "За" Зюганова. Или "против". Как хотите.

Марк ДЕЙЧ

Милые бранятся…

Зачем Березовский поссорился с Путиным?

«Я не хочу участвовать в развале России и установлении в ней авторитарного режима власти».
Красиво сказано. Сильно. Особенно, если учесть, что сия фраза была произнесена в качестве объяснения еще более красивого поступка: сложения депутатских полномочий. И, соответственно, отказа от всего того, что с этими полномочиями связано. Речь, понятное дело, прежде всего идет о депутатской неприкосновенности.
Кто же этот смельчак, рискнувший вызвать неудовольствие президента?
Этого смельчака вы знаете.


Есть несколько версий, объясняющих недавно возникшее противостояние между Березовским и Путиным. Одна из них, к примеру, связывает столь бурную политическую активность олигарха с падением его кремлевских акций. В том смысле, что в Кремле теперь заправляют новые "новые русские" во главе с Романом Абрамовичем, и доступ к телу президента оказался для Березовского затруднительным: его попросту оттирают от высочайшего кабинета. К тому же возобновились археологические раскопки некоторых коммерческих предприятий Березовского.
Потому-то, полагают сторонники этой версии, олигарх вознамерился немножко попугать президента возможностью губернаторского бунта. Зайцев тут, как всегда у Березовского, два. Во всяком случае — не меньше двух. С одной стороны — попугать. С другой - самому же этот бунт (скорее воображаемый, нежели реальный) и усмирить. Выступить, так сказать, в роли миротворца. И тем самым доказать свои возможности и значимость.
Другая, не менее изящная версия, заключается в следующем. Будто бы протест Березовского был инициирован кремлевской администрацией для получения голосов в Думе в поддержку президентских законопроектов.
Резонная версия. Любовь думцев к олигархам вообще и к Березовскому в частности сомнений не вызывает. Всеобщий любимец в роли яростного критика путинских нововведений мог лишь подтолкнуть Думу к скорейшему их утверждению.
Репутация — странная штука. Честно говоря, со многими тезисами Березовского я согласен. Прежде всего с тем, что России грозит авторитаризм, Может быть, даже — возвращение всевластия "органов" и подавление всяческого инакомыслия. Но когда об этом говорит олигарх Березовский, я понимаю, какую реакцию он вызовет. Как раз противоположную. Для достижения нужного ему эффекта, да с его репутацией — лучше бы он клялся в вечной любви Путину.
Не исключаю, впрочем, что именно такой результат нынешних своих эскапад Березовский хорошо просчитал. Тогда мы с вами — свидетели грандиознейшей мистификации. Правда, президент, говоря о взаимоотношениях с олигархом, обмолвился: "Я не сторонник конфронтации". Согласно давно установившейся у нас традиции, сие означает, что конфронтация как раз имеет место.
Если, конечно, это обмолвка, а не заранее продуманная партнерская реплика. Что, между прочим, вполне возможно, поскольку выгода Кремлю от сего эпатажа очевидная. Отношение губернаторов к путинским реформам, мягко говоря, не слишком восторженное. Среди сенаторов созрело недовольство и даже что-то вроде заговора. При этом не забудем: у себя дома губернаторы — люди весьма влиятельные, а Москву и московское начальство в регионах сильно недолюбливают.
Ближайшая перспектива — появление на периферийных просторах нашей необъятной родины вполне реальной оппозиции. Первыми эту перспективу учуяли коммунисты и повели активные переговоры с недовольными губернаторами. В Кремле тоже учуяли. И не только грядущую оппозицию, но и запах большевизма. В этой ситуации Березовский — в качестве идеолога и организатора региональной фронды - конечно же, предпочтительнее Зюганова. Потому что слишком много связывает олигарха с нынешней властью. Это с одной стороны. А с другой — с губернаторами, среди которых немало партнеров Березовского по бизнесу.
Если уж фронда, то контролируемая.
Ну и кроме того. Отказав Березовскому в любви, президент публично от него дистанцировался. Тем самым он заслужил и наше одобрение. Мы, хоть и не депутаты, олигархов тоже не любим.
Возможно, временное охлаждение взаимных симпатий действительно имело место. В этом случае ответный ход Березовского поистине гениален. Дело даже не в том, что Березовский оказался единственным из крупных политиков, кто осмелился критиковать президента. И не в том, что благодаря этому он стал главным ньюсмейкером и, соответственно, звездой телеэфира. Меня восхищают точный расчет и выверенность поступков. Демонстративный отказ от депутатского мандата может иметь весьма серьезные последствия. Он означает, что в Карачаево-Черкесии грядут новые выборы.
Между тем республика раскалена. Значительная часть населения не приемлет генерала Семенова и жаждет референдума. До сих пор его удавалось избежать под вполне благовидным предлогом: нет денег. Но депутата (взамен Березовскому) все равно выбирать придется. Одновременно провести референдум — затрат не потребуется. Вне зависимости от его итогов Россия рискует заполучить еще одну "горячую точку".
И вот тут, как я понимаю, состоится эффектный выход олигарха. Или выезд. На белом коне. И сам он — весь в белом. А мы все вокруг — сами знаете в чем. В Чечне.
Допускаю даже, что кое-что Березовскому удастся там, в Карачаево-Черкесии, подлатать или предотвратить. Вот тогда-то на его место у трона никто не покусится.

Марк ДЕЙЧ

Лицо

Разговоры запросто


Книжка называется — "От первого лица". Подзаголовок: "Разговоры с Владимиром Путиным".
Многозначное название. Или многозначительное? "От первого лица" — это что значит? Дескать, вот оно, лицо, и все, что тут, в книжке, имеется, исходит от него. Непосредственно.
Или же — в том смысле, что первое лицо в государстве. И — шутки в сторону.
А ведь он еще не первое. Он еще только обязанности исполняет. Лица.
А вообще-то книжка интересная. Кое-что новое мы о г-не Путине узнаем. Фотографий много. И такой и.о., и сякой. И профиль, и анфас. Какая у и.о. походка замечательная, мы уже знаем. Теперь все прочее разглядеть можем.
Мысли тоже есть. Каждый найдет ту, которая его устраивает. На то и расчет. Мне, например, про коммунистов понравилось:
"Не будет никакого партнерства с коммунистами, пока они придерживаются такой позиции". (Имеется в виду требование коммунистов конфискации и национализации. — М.Д.)
И тут же, несколькими строками ниже, Владимир Владимирович объявляет, что они, коммунисты, готовы к тому, "чтобы видоизмениться", после чего "они станут крупной левой партией европейского типа".
Это Шандыбин-то с Илюхиным? Побойтесь Бога, Владимир Владимирович!
Повторю: книжка интересная. Говорю это нисколько не шутя. Будущего президента (если, конечно, Путин им станет) нужно знать. В лицо. И "Разговоры" сей пробел значительно восполняют.
Однако вопросы появляются. Я бы сказал — ехидные. Вот рассказы г-на Путина о Собчаке. Отзывается о нем Владимир Владимирович замечательно: "Я абсолютно был убежден в том, что он порядочный человек на сто процентов". А его "сначала крючили четыре года, а потом гоняли несчастного по всей Европе".
Между прочим: когда "крючили" и "гоняли", будущий и.о. в Администрации президента работал. Сейчас Владимир Владимирович рассказывает, что к гонениям на Собчака причастны Коржаков с Сосковцом. А что ж он тогда-то молчал? Почему не вступился?
Возникают некоторые вопросы и относительно, что называется, "политической ориентации" г-на Путина. Когда он учился в Ленинградском университете, ему сделали предложение, от которого отказываться было тогда не принято. Предложение от КГБ. О таком предложении г-н Путин, оказывается, давно мечтал. Знал ли он о репрессиях и культе личности Сталина?
"Да, я, конечно, был в курсе того, что пострадали люди, а потом было развенчание культа личности... Насколько глубоким был культ личности? Насколько серьезным?"
Стало быть, не знал. Или не хотел знать? По-моему, так просто не хотел. Что подтверждается его коротким замечанием о 70-х годах (Путин тогда уже служил в КГБ):
"Что за время? Конец 70-х. Сейчас говорят: "В тот момент Леонид Ильич начал закручивать гайки". Но это было не очень заметно".
Ничего себе! В 1972 году были выдавлены из страны Иосиф Бродский и Андрей Синявский. В 1973-м та же участь постигла Владимира Максимова. 1974-й: арест и высылка Александра Солженицына. 1977-й: арест членов Московской Хельсинкской группы — Юрия Орлова, Александра Гинзбурга и других. Наконец, январь 1980 года: арест и высылка в Горький Андрея Сахарова.
Не очень заметно?
Ну, хорошо: молод был, чекистская романтика покоя не давала. А сейчас? Вроде бы уже — зрелый муж, не мальчик. О проблеме допуска в Чечню наблюдателей ОБСЕ сей зрелый муж высказывается следующим образом:
"В Чечне? После завершения боевых действий и разгрома бандформирований. Они (наблюдатели.— М.Д.) будут там и тогда, где и когда мы скажем, где мы разрешим и сочтем это целесообразным".
Замашки Иосифа Виссарионовича. Дескать, когда всю Чечню заасфальтируем, тогда и пустим наблюдателей. Любуйтесь: тишь да благодать...
В том же ряду — высказывание г-на Путина о бывшем генерале КГБ Олеге Калугине:
"Калугин — предатель".
Коротко и ясно. На приговор смахивает. Хотя суда, между прочим, никакого не было. Между тем в "Разговорах" Владимир Владимирович неоднократно заявляет: нужно, чтобы все по суду было, демократично.
Демократия, стало быть, не для всех. Для избранных. Впрочем, суд — тоже не панацея, он у нас всегда "революционным правосознанием" руководствовался. Г-н Путин никогда об этом не слышал?
С высказыванием и.о. относительно "предателя" Калугина забавная история приключилась. В газете "Коммерсанты", которая напечатала отрывки из книжки накануне ее выхода, это высказывание имеется. А в книжке — уже нету. Исчезло без следа. Неужто постеснялся г-н Путин? Или решил до поры до времени эти свои замыслы попридержать?
Большой знак вопроса остается и в том месте "Разговоров", где идет речь о завершении Путиным работы в КГБ. Сам-то он повествует, что в качестве резидента в ГДР он очень успешно продвигался по службе. Но когда в конце 80-х наши "сдали" немцам всю агентурную сеть, Владимир Владимирович вернулся в Россию, от работы в центральном аппарате КГБ отказался (хотя, по его словам, предлагали) и пошел на работу в Ленинградский университет помощником ректора.
Странная история. "По собственному желанию" из разведки не уходят. Разве что в связи с "выслугой лет". И вроде бы не помощником ректора работал Владимир Владимирович, а помощником проректора. Что, согласитесь, совсем не одно и то же и совсем не престижно.
В чем же дело? Не знаю. А чего не знаю, за то не ручаюсь. Говорят, есть в Москве некая пленка, на которой запечатлен лично г-н Путин. И будто бы отснята была эта пленка в ГДР, где Владимир Владимирович исполнял обязанности резидента КГБ. Но отснята была не любителями, а самыми что ни на есть профессионалами, причем соотечественниками из ГРУ. И будто бы в настоящее время эта пленка находится в сейфе и своей труднодоступностью обеспечивает безопасность одному весьма высокопоставленному и популярному политику.
Повторюсь: так или нет — не знаю. Как говорится, ходят упорные слухи. Но и без них пищи для размышлений более чем достаточно. И даже без книжки "От первого лица". Тут на днях г-н Путин опять высказывался, причем весьма симптоматично.
О Радуеве высказался: "Это животное".
Президенту не подобает. Даже исполняющему обязанности. Пусть террорист и убийца, даже ненормальный, но все-таки — человек. Так, глядишь, все мы завтра превратимся в "стадо" и "быдло".
А еще сказал — "будем бороться с нищетой и коррупцией". А так называемых "олигархов" и вовсе "уничтожим как класс".
Опять бороться. Неужто не надоело? И ведь не о простой борьбе речь идет. О классовой.
Уже было. Последствия известны. До сих пор расхлебываем.
И уж совсем смешно было, как Владимир Владимирович в Москву на электричке возвращался. Молча возвращался или чего говорил при этом — мне неведомо. Знаю только, что электричка сия — с маршрута "Москва — Петушки" имени несравненного Венички Ерофеева. А в электричке той ехала у Венички исконно-пасконная пьяная Россия.
Символично. Дальше некуда.

Марк Дейч

Куба опять си

А янки, сами понимаете, но


Политика — штука сугубо прозаическая.
Так что если вы усмотрели что-то такое мистическое в визите нашего президента на Кубу, так это вы зря. Хотя оснований для столоверчения сколько угодно. Потому как призрак коммунизма опять, похоже, забродил.
Но, скорее всего, это все-таки какой-нибудь ряженый. "Не смущаясь мужским своим признаком, наряжался на праздники призраком". А в действительности все проще. Не успел Буш-младший обозначиться в качестве очередного президента США, как наш президент "Остров свободы" посетил. Спрашивается: зачем? Ну, как зачем. Судя по некоторым высказываниям, новая американская администрация относится к нам вполне реалистически. В том смысле, что она, администрация. не усматривает никакой мистики в том, куда подевались американские деньги, будто бы вложенные в нашу российскую экономику. И в дальнейшем, согласно тем же высказываниям, наши экономические чудеса должны произрастать без посторонних удобрений.
И вот тут как раз Владимир Владимирович на Кубу и перелетел. Чтобы, значит, своими глазами убедиться в преимуществе социализма в одной отдельно взятой стране американского континента.
Там, на Кубе, к визиту подготовились основательно. Проституток убрали, диссидентов посадили. На всякий случай. И в этом, должен вам признаться, я усматриваю большой прогресс. Да-да, не удивляйтесь: именно в том, что диссидентов посадили. Не так давно, к примеру, тот же Путин в стране чучхе побывал. И тоже не так просто, а с визитом. А чучхе — это такая разновидность северокорейского коммунизма. Так вот там в связи с приездом высокого гостя никто диссидентов не сажал. Их там просто нету. Повывели. А на Кубе, представьте себе, имеются. Я же говорю — прогресс.
Конечно, трудно представить себе лидера какой-нибудь европейской державы, посещающего с официальным дружественным визитом страну, где в ознаменование этого визита сажают диссидентов. Но мы-то — не Европа. Мы чучхе.
Как там у них с Фиделем переговоры завершились никто не знает. Секрет. Известно однако, что кредит Кубе обещан: 50 миллионов долларов. Это как раз на 50 дней: в недавние советские времена дружба с Кубой стоила нам 1 миллион долларов в день. Потому как кроме сахарного тростника, девушек и идеологии на Кубе ничего нет. Был еще отдых на знаменитых кубинских пляжах, так Фидель за ненадобностью его свернул. Буржуазные развлечения коммунистам ни к чему.
Так что теперь мы опять платить будем. А откуда возьмем? Да у Америки и возьмем. Ежели даст. А не даст, так где-нибудь еще возьмем. Для нас ведь главное — братьям по классу помочь. У нас у самих — нищета. не топлено, но братьям помочь нужно. Во имя мировой революции.
Там, на Кубе, тов. Путин прямо так недвусмысленно и намекнул. Дескать, неправильно делятся доходы на земном шаре. Дескать, несправедливо: "золотой миллиард" — и все остальные.
А как же правильно? Ну, не бином Ньютона отнять и поделить. Проходили.
* * *
Тут еще одно любопытное совпадение обозначилось. Я имею в виду олигарха Гусинского. В прошлый раз, стоило Путину из России уехать куда-то там с визитом, олигарха в "Матросскую Тишину" упрятали. Теперь вот тоже посадили. В Испании, Но — по просьбе нашей прокуратуры. И опять во время зарубежного вояжа президента. Это уже похоже на закономерность. В будущем — если, конечно, Гусинского все-таки выпустят — ему, я полагаю, стоило бы путинские поездки отслеживать. Как наш президент куда собрался, олигарх — допровский мешок под мышку, и к воротам местной тюрьмы. Сдаваться. В какой бы стране он, олигарх, в этот момент ни находился.
Все равно ведь достанут. У нашей прокуратуры руки длинные.
Тем более что прокуратура, похоже, от тов. Путина карт-бланш получила. Там же, на "Острове свободы" президент так прямо и заявил: 'Не считаю, — заявил, возможным подвергать сомнению действия прокуратуры".
Интересное кино! Как это — "не считаю возможным'? А если прокуратура Основной Закон нарушает — на кого у нас единственная надежа? Кто у нас гарант Конституции?
Я еще понимаю, что президент не пожелал "подвергнуть сомнению" бесславное завершение "дела "Мабетекса'. Тут такие суммы взяток обозначились, что лучше не подвергать. Да и люди все больше простые замешаны: чиновный кремлевский люд. Опять же — не для одних себя старались, в тех апартаментах отреставрированных сам Владимир Владимирович теперь и восседает. Ну поворовали немного, так у нас в России без этого не бывает. Бог с ними. Страна наша нынче хоть и небогатая, а судебный скандал, да еще с обнародованием всевозможных фамилий, накладной получится. Лучше не сомневаться.
Хотя,между прочим, тов. Путин не всегда такой бессознательный был. Пусть и президентом тогда еще не был, а на похождения бывшего генпрокурора Скуратова и его костюмы сквозь пальцы смотреть не стал. А полумиллионная квартира нового генпрокурора Устинова почему-то не вызвала у Владимира Владимировича никаких возражений. Почему бы?
Двойная мораль. Впрочем, какая уж тут мораль... Двойной стандарт. Кто не с нами, тот против нас. Которые с нами, тем дозволено, а которые против — тех можно давить Без сомнений. И даже без юридических оснований.
Говорят, что судить нужно по делам. Дескать, слова это так, колебание воздуха. Главное — дела.
Слов от президента мы слышали много. Все больше про демократию и про незыблемость экономических основ свободного рынка.
На деле же — откровенный альянс с коммунистами, сколачивание агрессивно-послушного большинства в Думе и беспардонное вранье. А если не вранье, то замалчивание, которое порой бывает хуже вранья. Я имею в виду трагедию с "Курском", о которой президент высказался с усмешкой, вызвавшей изумление западных журналистов (дело было, как всегда, за границей): "А что "Курск"? Потонул".
На деле из-за границы к нам приезжают не политики и не бизнесмены, а некто Дюк - известный расист, в недавнем прошлом - один из лидеров ку-клукс-клана, которого в Штатах разыскивает полиция. У нас же сей товарищ чувствует себя вполне вольготно, презентует свою книгу о чистоте крови и расы, которая (книга) уже продается в Думе. Прокуратура не возражает. президент не сомневается.
Правда, Владимир Владимирович не раз говорил и о свободе слова. Может, в случае с расистом Дюком тоже "свобода слова"?
А уж последняя история с НТВ и холдингом "Медиа-Мост" и вовсе поразительна. Совершенно очевидно, что кремлевские "небожители" считают всех нас идиотами; пытаясь уничтожить НТВ и издания холдинга, они говорят нам все те же слова о независимости СМИ и "невмешательстве"
Не хватит ли, господа-товарищи? Скажите прямо: нам не нужны оппозиционные издания и телеканалы, мы их не потерпим. Будет и честнее, и понятнее.
Но так, совсем уж в лоб, нельзя. Не поймут. Вот потому-то Владимир Владимирович. находясь опять же за границей, произносит вроде бы ничего не значащую фразу: "У нас, к сожалению все идет в эфир".
Но это для нас — ничего не значащая фраза. Там-то сразу все поняли. И поняли правильно. Потому что глава исполнительной власти не должен сожалеть о том, что идет, а что не идет в эфир. Не его это дело. А если его, тогда все эти звонкие фразы о свободе слова и демократии — колебание воздуха. Тогда понятен и новый виток братских уз с Северной Кореей и Кубой, и Гимн СССР на музыку Александрова.
Хотя и тут президент Путин внес некую новую струю. Изменил, так сказать, общепринятый порядок. Помнится, большевики сначала все оппозиционные издания закрыли, а уж потом - гимн. Нынче у нас перво-наперво - "Союз нерушимый...".
Остальное, как вы понимаете, не замедлит.

Марк Дейч

Трамвай для Президента

Власть набирает скорость


Моих знакомых фотокорреспондентов их редакционное начальство несколько раз просило: сфотографируйте президентский кортеж. Просто для интересу: смотришь, как кортеж этот самый мимо проносится, дух захватывает. Прямо-таки ликует — по случаю гордости за нашу любимую отчизну. Такая фотография очень бы пригодилась — в целях увеличения поголовья наших патриотов.
Фотокорреспонденты отказываются. Боятся. Еще, говорят, пристрелят. При исполнении служебного долга.
Могут.
Как вы думаете: с какой скоростью едет президентский кортеж? Да нет, не во время какой-нибудь там официальной церемонии, а когда Владимир Владимирович, скажем, из Кремля на дачу поспешает? Или, наоборот, с дачи в свой кремлевский кабинет торопится?
Вот и я не знаю. Говорят, что скорость президентского лимузина и автомобилей сопровождения не должна быть меньше 140 километров в час. Больше — это пожалуйста. Но не меньше.
А как же ПДД? — спросим мы. Ну правила эти самые, дорожного движения, которые многочисленные ныне автолюбители, а также шоферы-профессионалы должны знать как "Отче наш"? И не только знать, но и неукоснительно выполнять?
Не будем наивными. Правила — они для нас. Но не для начальства. Это нас с вами гаишник (или как там теперь? ГИБДДшник?) может тормознуть, из кустов вылезши, где он с "пушкой" притаился, и сказать — вполне, впрочем, вежливо: "Скорость вы, гражданин водитель, превысили. На 12 с половиной километров. Желаете убедиться?" И убеждайся не убеждайся, выбор небольшой: водительские права или кошелек. А кто ж начальственный лимузин остановит? Кто осмелится скорость президентского кортежа замерить?
А раз замера нет, то и нарушения ПДД нет. И получается, что президент наш — самый дисциплинированный. Нам всем пример.
Конечно, все это — правила игры, которые не нами установлены и на которые нашего согласия никто не спрашивал. И не спросит. Одни правила — для нас, другие — для них. И ладно бы, у нас и без того забот хватает. Главное, чтоб не пересекаться, чтобы наша ущербность нам же самим не слишком в глаза бросалась.
Но ведь пересекаемся.

В прошлую субботу еду я по Рублевке, из гостей возвращаюсь. Кто не знает, шоссе это хорошее, но узкое, в каждую сторону — однорядное. И знаки через каждые полкилометра, скорость — "не более 60 километров в час" и "обгон запрещен"..
Ну вот еду я себе и еду. Спереди машины, сзади — тоже, особо не разгонишься. Да и ни к чему как-то: дорога извилистая, красивая, и потом - едешь все-таки, не ползешь, как в московских пробках. А и захочешь нарушить и обогнать, так гаишников (извините за старую терминологию) столько же, сколько знаков запрещающих.
Тут, смотрю, впереди идущие машины притормаживают. Я тоже торможу и вижу: стоит посередине шоссе гаишник. Этаким, знаете ли, громадным камнем. Но без традиционной надписи — прямо-направо-налево пойдешь, туда-то попадешь. Вместо этого указывает нам гаишник своей полосатой палкой одно-единственное направление: через кювет на проселочную дорогу.
Деваться некуда, чертыхаюсь, но сползаю. Вслед за другими. Которые за мной — тоже сползают. А там, между прочим, грязь непролазная. Развернулись потихоньку, стоим. Ждем. Из машин повылазили, интересно же.
Ждем минут двадцать. Или полчаса. На шоссе — ни одной машины, ни в ту, ни в другую сторону. Пусто. И ни одного человека. Только гаишник тат самый вдоль дороги с жезлом стоит. И тишина.
Наконец заурчало. И понеслось: джипы, джипы, потом длиннющий такой "Мерседес" с российским флажком на капоте, и опять — джипы, джипы... "Путин", — сказал кто-то.
Барин проехал. Так сказать, растаял в туманной дымке. Хорошо хоть грязью из-под колес своей брички не окатил. Хотя сама-то Рублевка чистая. Моют, наверное.
Ну а мы, быдло всякое, смерды, по телегам своим разошлись, вскарабкались на дорогу с обочины и все так же медленно в Первопрестольную покатили.
И только тут выяснилось самое интересное. Выбравшись на дорогу, включил я приемник и слышу: дескать, как раз сейчас, вот в эти самые минуты, президент Путин в Кремле с какими-то там правительственными господами совещается.
Здрассьте, думаю. Приехали. Эта как же оно такое получается? Фигаро здесь, Фигаро там?.. И тут вспомнил я рассказ одного моего приятеля, причастного к "высшим сферам": будто бы таких кортежей президентских — не то три, не то четыре. Один настоящий, а другие — для отвода глаз. Ежели, значит, чего, так чтобы террористы предполагаемые все равно с носом остались.
Соображения безопасности. Понимаю. Но тем более обидно. И без того времени на все это хамство жалко, а уж на камуфляж — жалко вдвойне.
Чего уж там, скажете вы. Президент все-таки. Ему небось, положено. В заграницах, так там и вовсе...
Не скажите. Такого в заграницах не водится. Насчет фальшивых кортежей, правда, не знаю, но во всем прочем мы, как всегда, "впереди планеты всей.
Не так давно Клинтон у своего друга Тони гостил. У Блэра. Премьер-министра Британской империи, между прочим. Ну там "Правь, Британия, морями" и всякое такое. Так вот. Пригласил г-н Блэр друга Билла в какой-то там ресторанчик. Пообедать или поужинать, не знаю я. Охрана, ясное дело, забеспокоилась, но никого из "простых англичан" вышвыривать из ресторана не стала.
Представляете, как бы все это у нас вышло? Но эта еще только присказка. Перекусив, Тони с Биллом сели в лимузин (или что там у них) и отправились в правительственную резиденцию. А она — на другом берегу Темзы. Надо, стало быть, по мосту проехать. И как раз на Темзе какая-то баржа случилась. Ну мост и развели. Прямо перед автомобилем с Блэром и Клинтоном.
И что вы думаете? Шум, крики, стрельба по барже? Ничего подобного. Так и просидели президент с премьером в машине около часа. Пока баржа не проплыла. А она, зараза, медленно плавает.
Вообще, говорят, передвижений премьер-министра Блэра по Лондону никто не замечает. Ни "мигалок" с сиренами, ни перекрытых улиц. Даже непонятно, когда и как он ездил. Может, за все время своего премьерства он из своего кабинета вовсе не вылазит?
Правда, премьер-министр не первое лицо Великобритании. Второе. Там еще королева имеется. "Боже, храни королеву!". И вот когда она в город выезжает — ну там, в магазин, к обеду чего купить, или на свои пять соток под Лондоном, — тогда конечно. Тогда и улицы для королевского кортежа перекрывают, и полиция повсюду. Чтобы англичане, влюбленные в свою правительницу, друг дружку не передавили. От восхищения и любопытства.
Впрочем, царствующие особы в этом смысле тоже разные бывают. К примеру, датская королева Маргрете вместе со своим мужем (он почему-то принцем называется; ну у них там все через одно место) ездят по Копенгагену в автомобиле, но — в общем, как говорится, потоке. Автомобиль, ясное дело, хороший, "Роллс-ройс", однако на красный свет светофора послушно останавливается. Как все.
А норвежский король, ныне покойный Улаф Пятый, так тот и вовсе время от времени на трамвае ездил.
Можете представить себе, граждане, Владимира Владимировича в трамвае? Вот сейчас трамвай к остановке подкатит, вы в него войдете, а там
— Путин. А?
Первый секретарь МГК КПСС тов. Ельцин Б.Н., утверждают очевидцы, ездил в трамвае. Потом, правда, перестал. Но Кутузовский проспект перекрывать, как сейчас для Путина, — полностью, с обеих сторон, чтобы "всенародно избранный" в гордом одиночестве (не считая охраны, понятное дело) по нему как раз посередке катил, — такого не было. Да и генеральный секретарь ЦК КПСС, наш дорогой Леонид Ильич, такого себе тоже не позволял.
Вот, кстати говоря, последний случай. Из той же серии, но, похоже, с печальным финалом. Я имею в виду вечер минувшего понедельника, когда на очищенном от посторонних машин все том же Кутузовском проспекте, по которому с неизвестной скоростыа следовал президентский картеж, неожиданно появилась девятая модель "Жигулей" с двумя, как потом выяснилось, седоками. Как она там возникла, в общем-то, не важно. Может, из двора выехала. Или из переулка. Охрана тут, конечно, недосмотрела. Не все перекрыла.
Важно другое. Оказавшись поблизости от кортежа, да еще на колесах, лихие ездоки вроде бы решили... измерить его скорость. А как измерить? Правильно: ехать в том же направлении и с той же скоростью.
Тут-то все и произошло. Один из джипов охраны ринулся на "Жигуленка", слегка его помял, оттирая к обочине, но "не справился с управлением" и опрокинулся. Сотрудники президентской охраны, слава богу, не пострадали. Зато тем, кто находился в "Жигулях", досталось. Но позже. Сначала их под дулами автоматов положили на асфальт, а потом вроде бы избили. Более того: согласно официальным сведениям, полученным неофициальным путем, оба "фигуранта" будто бы были несколько нетрезвы.
Очень может быть. А иначе — в чем их обвинить? В нарушении "скоростного режима"? Тогда водителей президентского кортежа тоже привлекать нужно. А их привлечешь, как же.
С другой стороны, пусть уж лучше эти лихачи пьяными окажутся. А то ведь могут и попытку теракта припаять.
Объективности ради сошлюсь на мнение начальника Управления по связям с общественностью федеральной службы охраны Сергея Девятова. Па его словам, сотрудники президентской охраны водителя и пассажира "Жигулей" не трогали, а только препроводили их в милицию "в первозданном виде". Ну, может, не совсем в "первозданном', поскольку, сказал мне Сергей Викторович, кое-какие царапины и синяки у тех лихачей имелись. Но - лишь в результате ДТП. А уж что там в милиции происходило, ФСО не в курсе. И вообще, сказал г-н Девятов, теперь это не их юрисдикция и со всеми вопросами мне лучше обращаться в МВД.
Я бы рад. Я вот и в этих заметках пользуюсь выражениями типа "вроде бы", "говорят", "по неофициальным сведениям"... Не от хорошей жизни. А потому что все сведения об этом инциденте в МВД и в ФСБ засекречены. Неизвестно даже, где сейчас эти двое и что с ними происходит.
Но больше всего мне вот что любопытно, ехал ли в том кортеже в тот злополучный понедельник президент Путин? Или же он опять был фальшивый? Кортеж? Тогда тех двоих совсем уж жалко. Полагаю, впрочем, что мое любопытство так при мне и останется. "Закрытая информация".
“Куда идем мы с Пятачком,
Большой-большой секрет”.
Конечно, секрет. Потому что там, куда идем, мы уже были.

Марк ДЕЙЧ

Гимн заказывали?

Экстрадиция под музыку Александрова


Без гимну нам никак нельзя. Вот без зарплаты — это сколько угодно.
Да мы себя уважать перестанем, если нам зарплату регулярно платить. А ежели еще и подходящую, так и вовсе забалуем.
Вообще, мы много без чего можем обойтись. Не только без зарплаты. Без обогрева, к примеру. Да нет, это я не про тот, который внутрь. Тут мы как без гимна. Я про тот, который у нас "теплом" называют. Тоже, между прочим, необязательная вещь. За окном — минус 10, а туг, в квартире, — плюс 10. Прекрасная разница температур, Полезная для здоровья. При такой разнице в сортир сходить - большое удовольствие. Бодрит. Поневоле гимн запоешь.
Одного не понимаю: зачем обязательно петь? Можно ведь и помычать. Без слов. Вообще, погордиться своей отчизной можно и в тишине. Внутри, про себя. Упал-отжался, сделал грудь с напружкой и — гордись. Молча и тихо. Оно, может, и правильно будет. Может, в той тишине что-нибудь умное в голову забежит. Относительно того, что мы со своей страной сделали. Ведь обольщаться-то не надо: дело вовсе не в спортсменах, которые якобы гимн затребовали — а то без него им будто бы на пьедестале стоять несподручно. С "золотом" да с "серебром" вполне можно и без гимна постоять. На худой конец — "Интернационал" сойдет. Очень спортивная песня.
Нет, не в том дело. А в том, что спортсмены эти безымянные — народ как бы. У нас ведь все по требованию народа делается. Царя-батюшку, жестоковыйного кровопийцу — вы думаете, почему шлепнули? Народ потребовал. А храм Христа Спасителя почему снесли? Я вам расскажу, почему, Один рабочий человек в Кремль письмо написал: дескать, встает он по утрам, и перед тем, как на свой родной завод отправиться, хочется ему восходящим солнцем пару минут полюбоваться, Чтобы, значит, энергией на весь свой рабочий день зарядиться. Но не получается: храм, будь он неладен, солнце загораживает. Так вот, нельзя ли, писал гегемон, сие препятствие удалить, чтобы оно ему солнце не застило?
И что б вы думали? Пошли навстречу гегемону, взорвали к чертовой матери.
Это не легенда, граждане. Самая что ни на есть быль.
Теперь вот, в связи с возвращением в обиход гимна СССР, поднимает голову общественное движение "За восстановление на прежнем месте бассейна "Москва". Так что не удивлюсь, если опять взорвут. Здоровье трудящихся важнее всяких там поповских сказок.


* * *


И все-таки — не в гимне дело. Ну, не совсем в гимне. И то, что он бессловесный, — тоже не страшно. Слова скоро появятся, не сомневайтесь. Прекрасный детский поэт Сергей Михалков, конечно же, не оплошает. К тому же опыт по этой части у него большой. Он уже дважды писал слова гимна на музыку Александрова. Сначала там были слова о Сталине. Во втором варианте Генералиссимус отсутствовал, но "генеральная линия" — коммунистическая — оставалась незыблемой. Помнится, Михалкова называли тогда "Дважды гимнюк Советского Союза". И в третий раз он, я уверен, справится. Хотя, как говорят, на ту же мелодию будет теперь исполняться нечто духовно-православное и приторно-патриотическое. Новая "генеральная линия".
Дело, однако, в том, что какими бы словами эту музыку ни снабди, все равно это будет "Союз нерушимый". Под эту музыку миллионы людей сгонялись в лагеря и сотни тысяч отправлялись в расход. Черной заполярной зимой весь Архипелаг ГУЛАГ просыпался под этот ненавистный гимн.
Коммунисты в Думе с гаденькими улыбочками потирают потные ладошки, сверкают поросячьими глазками поэта Осенева. Вторично за последние десять лет они выиграли. В первый раз это случилось тогда, когда они сумели избежать суда за истребление собственного народа. И второй раз — вот теперь, когда они вернули нас к тому гимну, под музыку и слова которого они нас уничтожали. Десять лет эти люди убеждали нас в том, что они озабочены лишь одним — консолидацией общества без деления его на "белых" и "красных". В результате их стараний мы в очередной раз оказались разделены. Многие ли из тех, чьи отцы и матери, деды и бабки были уничтожены под сталинский гимн, захотят встать во время его исполнения? А не встать, между прочим,— уголовно наказуемое деяние. Значит — новый виток ГУЛАГа?
Кстати, на коммунистах тут — лишь часть вины. Основная — на Президенте, чей дурной музыкальный вкус может вновь ввергнуть нас в
пучину взаимной ненависти. Трудно предположить, что Путин этого не понимает. Значит-действует сознательно? А ведь не раз публично распространялся о необходимости солидарности в обществе. Как ему, Путину, на эту идею живота положить не жалко.
Врал?
Но особенно меня умилило, как коммунистическая Дума принимала закон о государственной символике. Двуглавый мутант кровавого царского режима? Будьте любезны! Трехцветный флаг предателя Власова? Никаких возражений! Главное — вот оно:
"Нас вырастил Сталин — на верность народу..."
Вас — вырастил. Их бы всех так и объединить — в одну большую думскую фракцию сталинских выкормышей.


* * *


Объясняя свою жутковатую привязанность этому главному музыкальному хиту советской эпохи, президент Путин выразился в том смысле, что без гимна нам — никак. И не вообще без гимна, а именно без этого, александровского. Дескать, отцы наши и деды неправильно нас поймут, ежели мы от него откажемся. Они, наши отцы и деды, будто бы посчитают прожитую жизнь бессмысленной.
Похоже, Владимир Владимирович чего-то не так понял. Или кто-то из "окружения" неправильно его информировал. Подавляющее большинство наших отцов и дедов только о том и мечтали: никогда больше не просыпаться под эти чарующие звуки. Ни в большой зоне, ни в малых.


* * *


Ну вот ей-богу, граждане, положа руку на селезенку: мы что — не смогли бы еще пару лет без гимна просуществовать? Да без проблем.
Но Дума решила: сталинскому гимну быть! Быстро решила. В авральном порядке. Агрессивно-послушное большинство даже оппонентов не выслушало. А зачем?
Это называется — "социалистическая демократия".
Столь явную торопливость можно было бы как-то понять, если бы Дума всегда так действовала: стремительно. Нам, налогоплательщикам, во благо. Так ведь ничего подобного! Прохождение законов в Думе — это поэма. Очень длинная, отдающая графоманством и саботажем.
Вот, к примеру, три года назад приняла Дума новое "Уложение о наказаниях". Иными словами — Уголовный кодекс. Который устарел еще до принятия, но это уже Бог бы с ним. Все-таки приняли. Кого, за что, куда и на сколько. Оно и правильно: без УК государство существовать не может. Но приняв сей кодекс, Дума напрочь забыла об уголовно-процессуальном. Его у нас нет и не предвидится. А что это значит? А то, что правоохранительные органы могут сделать с нами все, что им, органам, заблагорассудится. Потому что именно УПК охраняет наши с вами интересы, ставит хотя бы невысокий заборчик перед милицейским и прокурорским беспределом.
Но УПК, повторяю, нет. Дума не может принять его уже лет семь, Да и зачем ей? У депутатов — иммунитет, а всех нас они видели сами знаете где, И прокуратура, которая должна бы озаботиться соблюдением наших с вами прав, молчит. Ей, прокуратуре, отсутствие УПК очень даже выгодно. К примеру, можно держать человека в тюрьме сколько угодно. Без суда. Потому что сроки содержания под стражей на время следствия как раз УПК и регламентирует. А поскольку он отсутствует, сроки пребывания в тюрьме на период следствия определяет прокуратура. И никто туг ей не указ.
У меня вот из головы не идет "дело" бывшего и.о. генпрокурора Алексея Ильюшенко. Обвиняли его в коррупции и продержали в "Лефортово" два года. Но самое интересное в том, что до суда "дело" бывшего и.о. так и не дошло. И так мы до сих пор и не знаем: был ли он виновен? И в чем? А человеку, его политической карьере, после двух лет тюрьмы - каюк. И хотя Ильюшенко симпатий у меня никогда не вызывал, хотелось бы знать: за что сидел? Почему нет приговора суда? А если не за что, то почему не сидит тот прокурор, который Ильюшенко в тюрьму определял?
Случай, между прочим, далеко не единичный. Сейчас вот еще одна подобная история вырисовывается. Не знаю, выдадут ли испанцы нам на растерзание олигарха Гусинского. Прокуратура обвиняет его в мошенничестве с "Газпромом". Но "Газпром" и "Медиа-Мост" давно уже подписали соглашение, взаимных претензий у них вроде бы нету. Стало быть, пострадавших от этого якобы мошенничества тоже нету. А без пострадавших — какое же обвинение?
Но, допустим, выдали нам Гусинского. Прокуратура его тут же в "Лефортово" упрячет. Или в какую другую "Матросскую Тишину". Годика этак на три-четыре. На период следствия. А потом выпустит. "За отсутствием состава преступления". Казалось бы, все будут довольны. Особенно — олигархи. А то, что на эти годы человек вычеркивается из жизни, да и потом с трудом в нее вписывается — за это наша прокуратура ответственности не несет. И никто не несет.
Зато у нас теперь гимн имеется. Опять. "Славься, Отечество наше свободное". Кто не согласен — выходи. С вещами.

Марк Дейч

Еще не вечер или кое-что о кандидате из «органов»

Есть такая профессия: Родину защищать. Приписывается В.В. Путину


Вообще-то я против Путина ничего не имею. Нет, серьезно: вполне нормальный мужик. И держится ничего, с пониманием. Опять же - образованный. Говорят, иностранный язык знает. Один. Или даже два. Хотя это вряд ли. Два — это уже с русским. Устным. Да если б даже всего один знал, родной, так и то слава Богу. Ведь с ним, с родным, тоже еще управиться нужно. Нами предыдущие-то вожди по-русски обычно через переводчиков объяснялись. Должность им такую специальную придумали: пресс-секретарь называется. Потому как без толмача все эти "загогулины" ни за что не понять. А Путин- ничего, сам втолковывает. Или, может, это мы поумнели? Может, надобность в толмаче-толкователе уже отпала - сами поймем что к чему? А еще некоторые говорят, будто Владимир Владимирович фигурой не вышел. Ну, тут я даже не знаю. Одно слово — злопыхатели. Предыдущий товарищ был — о-го-го! А что толку? Опять же, если не столь уж давнюю нашу историю вспомнить, вожди у нас были совсем не красавцы. Первый был и вовсе плюгавенький. И второй не лучше. Да и третий — как кукурузный початок. Правда, в дальнейшем появился в этой череде один крупный товарищ. Во всех смыслах. Андронов ему фамилия. Кукурузу не сажал. Предпочитал людей. В каком-то смысле этот любитель человеков - предшественник Путина. Во всяком случае, взрастившая их обоих няня — совсем даже не Арина Родионовна,
а Лубянка. Правда, на ниве лубянского человеколюбия Владимир Владимирович (в отличие от своего предшественника) никак себя не проявил. Пока. Я даже готов допустить, что и впредь не проявит. Однако исторический опыт подсказывает: чего-чего, а этого у нас всегда нужно ожидать.


Дорогая моя столица...
...А может стать еще дороже. Особливо ежели ее в Санкт-Петербург перенести. Разговоры такие уже вовсю ходят. И при этом имеются ссылки на мнение и.о. президента, который вроде бы сию точку зрения где-то поддерживает. И даже одобряет.
Конечно, если думцы на Неву переберутся, так оно бы и к лучшему. Век бы их не видеть. Опять же - глядишь, затопит: в Санкт-Петербурге наводнения часто случаются.
Но столицу вместе с Думой переносить — совершенно бредовая идея. И стоить будет непомерно, а главное — непонятно: зачем? Вот объясните мне, пожалуйста: для чего? Разве что Владимир Владимирович решил исполнить не только обязанности президента, но и "мин херца". Тогда конечно.
И откуда эта идея родилась — понять не могу. Леонид Ильич, мир его праху, из Днепропетровска был, однако столицу переносить туда не собирался. Правда, тамошними товарищами себя окружил — что было, то было. Даже выражение такое, помню, ходило: "днепропетровская мафия". И Борис Николаевич: хоть и начинал свою карьеру в Свердловске, и товарищей оттуда вокруг него в Москве достаточно образовалось, а перетаскивать столицу на Урал все-таки не стал.
Может быть, Владимиру Владимировичу Кремль не по нутру? В Зимнем дворце пожить захотелось? Или все это затеяно, чтоб Лужкову досадить? Так Юрий Михайлович переживет. Это мы с вами в очередной раз пояса затягивать будем. До позвоночника.
Как бы в преддверии этих "судьбоносных" перемен началась мощная пропагандистская акция вокруг будущего мэра Санкт-Петербурга. Или генерал-губернатора? Теперь ведь не разберешь. Но дело не в названии. Ну, пусть не губернатор будет, а губернаторша. Ничего против не имею: женщина — она тоже человек. Одно меня, извините, смущает. Как-то уж очень сильно давит на нас мнение г-на и.о. Вроде бы Владимир Владимирович еще только обмолвился - дескать, почему бы и не Матвиенко, — а мы уже, задрав штаны, готовы нестись к избирательным урнам, чтобы отдать свой неразменный голос за кандидата "нерушимого блока".
Какое-то все-таки в нас холуйство играет. Вы не находите?
К тому же, насколько можно судить, поддержку сей милой даме Владимир Владимирович выказал весьма условную. Более того: известно мне, что для сего кресла рассматривается г-ном Путиным кандидатура куда более серьезная. Речь идет о генерале КГБ-ФСБ, еще недавно весьма решительно расправлявшемся с питерскими инакомыслящими.
Сей генерал сделал неплохую карьеру на ниве политического сыска. Работал следователем, а с 1988 года — начальником следственного отдела питерского КГБ. Именно он, уже в разгар перестройки, сумел возбудить последнее в истории СССР дело по 70-й статье УК — "антисоветская агитация и пропаганда" — против одного из лидеров "ДемРоссии", нынешнего депутата Думы Юлия Рыбакова. Всего же нынешний ставленник Путина возбудил уголовные дела по этой статье против 39 человек. За что в свое время и получил генерала.
В 1992 году "борец с инакомыслием" стал главой питерского КГБ — с подачи, между прочим, Сергея Степашина и при одобрении Анатолия Собчака. Городские законодатели обратились тогда с письмом к Ельцину, в котором они выразили озабоченность назначением на этот пост генерала КГБ, участвовавшего в качестве следователя в политических процессах против диссидентов, и попросили "отменить назначение".
Не вышло. Генерал вполне благополучно просидел в главном кресле "Большого Дома" шесть с лишним лет, попутно успев высказаться следующим образом:
"Не было преследования за убеждения, за то, что человек думал по-другому! Всегда было какое-то действие. Противоправное. То же могу повторить и по поводу утверждения, что тех, кого было трудно посадить в тюрьму, упрятывали в психбольницу. Не упрятывали тех, кто не был болен!"
Небось даже не покраснел генерал. А в 1998 году г-н Путин вытребовал его в Москву. На повышение — первым заместителем директора ФСБ. Теперь вот не исключено возвращение этого ярчайшего представителя политического сыска в Санкт-Петербург. В связи, так сказать, с "дальнейшим ростом".


О друзьях-товарищах
О них Владимир Владимирович явно не забывает. Об этом можно судить не только на примере генерала - "пятерочника". Вот, скажем, некто Александр Беспалов. В 1993 — 1996 годах он возглавлял управление санкт-петербургской мэрии по связям с общественностью. Курировал управление заместитель мэра г-н Путин. До сих пор, правда, остается невыясненным, являются ли они коллегами по другому ведомству. Хотя члены питерского "Мемориала" в этом уверены:
"Беспалов вел целенаправленную работу по расколу "Мемориала", внедрял своих людей. Он постоянно указывал нам на то, что мы не должны быть политической организацией, — чем больше, говорил Беспалов, вы политизируете "Мемориал", тем меньше шансов вашим репрессированным получить льготы".
Особенно меня "ваши репрессированные" умиляют.
С приходом в Смольный Яковлева Беспалов был уволен из мэрии. Но без работы не остался-получил должность советника председателя Законодательного собрания Санкт-Петербурга Кравцова. По утверждению самого Кравцова, Беспалов был принят на службу "по настоятельной просьбе Владимира Путина".
Вообще Владимир Владимирович перевез из Петербурга в Москву немало своих бывших коллег. Таков, к примеру, свежеиспеченный секретарь Совета безопасности Сергей Иванов. Ранее сей товарищ уже был переведен Путиным из Службы внешней разведки на должность заместителя директора ФСБ. Теперь — новое повышение, каковое г-н Иванов успел отметить призывом ко всем отечественным СМИ: "последовательно и неуклонно" вести информационную войну против чеченских террористов.
Мобилизация, одним словом.
Другой Иванов, Валентин, в Санкт-Петербурге руководил Управлением экономической безопасности. При содействии Путина перебрался в Москву, где возглавил службу внутренней безопасности ФСБ. Теперь назначен замглавы Администрации президента по кадрам. Кем назначен? Ну, ясное дело. Ведь кадры, как давно известно, решают все.
О разнообразнейших протеже г-на Путина можно писать еще долго. Но все они по большей части связаны с тем самым ведомством, откуда вышел и сам Путин. Стало быть, в настоящее время помимо переноса столицы Владимир Владимирович занят еще и пересадкой органов. На руководящие государственные посты. А тем временем в кремлевских недрах обсуждается идея создания новой огромной спецслужбы наподобие прежнего КГБ.
Как бы, граждане, не появился у нас с вами очередной монстр.


Второе рождение "пятерки"
Вообще-то политический сыск имеется в любом уважающем себя государстве. Вопрос лишь в том, насколько он, этот сыск, подконтролен обществу.
В последние девять лет наши "органы" сотрясали реорганизации. Это видно даже из чехарды наименований: КГБ — МГБ — ФСК — ФСБ. По большей части реорганизации были бессмысленными, но кое-что новое в сознании офицеров среднего звена все-таки появилось. В частности, они без всякого сожаления расстались с 5-м Управлением КГБ. Впрочем, и раньше профессионалы считали для себя постыдным службу в "жандармской пятерке". Брали туда более ни на что и ни к чему не годных.
Однако возможно ли — чтобы без политического сыска?
Нет, конечно. Сотрудники ФСБ, с которыми я разговаривал, утверждают: с появлением Путина в качестве руководителя сего ведомства началось возвращение старых добрых традиций 5-го Управления КГБ СССР.
Собственно, ничего необычного или неожиданного тут нет. Как я уже сказал, институт власти не может существовать без политического сыска. Другое дело, что возрождение "пятерки" происходит на фоне планомерного сворачивания других направлений ФСБ. К примеру, сокращаются отделы, занимающиеся проблемами экономической безопасности страны. Зато — укрупняются (и создаются новые) отделы, которые ведут оперативно-техническую разработку и вербовку агентуры в политических партиях и движениях.
Эти новые (старые) веяния вызывают откровенное недовольство среди контрразведчиков среднего поколения (их — большинство). По большей части недовольство вызвано элементарным чувством брезгливости, свойственным нормальным людям. Любопытно другое: для Путина и Патрушева это не новость. В частности, они прекрасно знают о том, что, согласно данным ФАПСИ, только 12% офицеров среднего звена относятся к деятельности Путина положительно.
Со своей стороны эти офицеры тоже ведут своеобразное контрнаблюдение за "группой Путина". Вот краткие результаты такого контрнаблюдения, проведенного с июня по ноябрь минувшего года.
1. К Центру общественных связей ФСБ дополнительно прикомандированы 20 офицеров, в задачи которых входит проведение "активных мероприятий" среди нелояльных журналистов. Главная цель — выявление их источников информации. Кроме того, "двадцатка" получила указания непосредственно от Путина:
не проводить активных мероприятий по Березовскому, ограничиться накоплением и анализом информации о нем в СМИ;
изъять все имеющиеся материалы по "Семье", свернуть работу по этой теме с "источниками";
не оставлять письменных документов по проблемам политического противостояния, которые могут быть официально зарегистрированы в секретариатах подразделений ФСБ.
2. За время работы на посту директора ФСБ Путин регулярно — примерно два раза в месяц — проводил на своей даче в Барвихе некое подобие "светских раутов". На них приглашались руководители центрального аппарата ФСБ и некоторые "пенсионеры", ныне возглавляющие службы безопасности крупных банков и фирм. С некоторых пор на дачу Путина постоянно приезжал Чубайс. Чуть позже столь же постоянно стали приезжать Дьяченко и Юмашев, с мая 1999 года — Волошин.
Светскими вечеринками эти встречи назвать трудно. Собирались главным образом в кабинете Путина, с собой привозили документы. Следовательно, речь идет о своего рода "рабочих совещаниях".
3. Имеются данные об "оперативно-техническом контроле" ФСБ за чиновниками из команды Лужкова. В частности, результаты прослушивания "московской команды" во время инцидента с издательским домом "Коммерсант" были переданы Березовскому. Кроме того, значительная часть материалов прослушивания через Путина попадала руководителю Администрации президента Волошину.
Агентура ФСБ в окружении Лужкова и Примакова регулярно информировала Путина (напомню: речь идет о "контрнаблюдениях" с июня по ноябрь минувшего года; думаю, впрочем, что ситуация и сейчас та же. — М.Д.) о подробностях их личной и общественной жизни. Источники обращают внимание на следующий факт: Путина не интересует компромат (реальный или мнимый). При чтении этих сообщений Путин более всего обращает внимание на личное к себе отношение: прямая речь Лужкова и Примакова, их высказывания о нем на переговорах и встречах.
4. "Оперативные" интересы премьер-министра Путина сводились к следующим основным пунктам:
сведения о внутренних взаимоотношениях во всех без исключения политических партиях и движениях;
справки о политических симпатиях главных редакторов СМИ (в резолюции на одной из таких справок Путин потребовал усилить агентурную работу с представителями прессы и обещал увеличить финансирование этого направления);
информация "по всем позициям" в отношении Примакова;
расклад политических сил в регионах и свой рейтинг в регионах в качестве потенциального президента;
ежедневные обзоры прессы.
С момента назначения Путина премьер-министром отчеты по этим пунктам поступают к нему с неукоснительной регулярностью.


Кое-что о рейтингах
...Ведь знаем: неправда все это. Все эти рейтинги, опросы и прочая чепуха. Но — любопытные мы. Интересно нам: много ли еще таких дураков, как мы с вами?
Не так чтобы очень уж много, однако имеются.
Есть, впрочем, и другие рейтинги, о которых мы с вами не знаем. Потому как — не положено. Они, ясное дело, тоже ерундовые, но тут нас совсем уж любопытство разбирает. Оно и понятно: узнать что-нибудь этакое, скрываемое-охраняемое, — все равно что на минуточку на самый Олимп взобраться.
Что ж. Давайте взберемся. На минуточку.
Недавно аналитики ФСБ по заданию Патрушева составили доклад относительно рейтинга Владимира Путина. Анализ велся по трем основным направлениям.
За основу были взяты данные серьезных и авторитетных социологических институтов. С одним лишь уточнением: эти данные каким-то таинственным образом в печать не попадают.
Специалисты из ФСБ делают однозначный вывод: истинный рейтинг Путина составляет не более половины от тех цифр, которые с завидной регулярностью появляются в СМИ.
Причины сей удручающей ситуации, по мнению составителей доклада, таковы. Явное устранение и.о. (он же, между прочим, еще и премьер-министр.
— М.Д.) от решения важнейших экономических проблем страны. Недостаточное внимание к социальной сфере, к людям, живущим за чертой или на пороге бедности. В этой же части доклада говорится и о том, что у некоторой части населения Путин вызывает серьезные опасения в качестве главы государства, поскольку он пришел в политику из спецслужбы, оставившей в народе дурную память.
Вторая часть доклада посвящена рейтингу Путина на Западе. Опрос проводился сотрудниками Службы внешней разведки за рубежом и среди иностранцев, работающих в России.
"Западный" рейтинг Путина не превышает 2 — 5 процентов. Столь низкие показатели, по мнению аналитиков, связаны с чекистским прошлым претендента, с его имиджем "ястреба". Иностранцы отмечают слишком раннее проявление Путиным президентских амбиций, а также недопустимую для Запада поддержку его действующим президентом (Ельциным). Кроме того, подавляющее большинство опрошенных уверены в том, что на Путина непременно должен быть компромат, но российские СМИ по каким-то причинам его не публикуют.
И, наконец, заключительная часть анализа посвящена рейтингу Путина в среде работников право охранительных органов и членов их семей.
По данным ФАПСИ, за Путина могли бы проголосовать примерно 40% опрошенных. При этом среди молодых сотрудников рейтинг кандидата в президенты не превышал 5%, в среднем звене — 5 — 12 процентов. Наиболее лояльным к Путину оказался генералитет: до 60% "за". Практически все опрошенные подчеркивали: сотрудникам правоохранительных органов усиленно вдалбливается мысль "о нашем человеке во власти, который нас не забудет".


От рейтинга до урны
Казалось бы — всего ничего. Шажок. А может быть — пропасть.
В действительности шансы Путина стать президентом не столь уж высоки. Правда, согласно исследованиям ВЦИОМ, его рейтинг по-прежнему фантастически высок — примерно 58% (Зюганов — 15%). Но одновременно стала очевидной другая тенденция: снижается число тех, кто верит в него. Только за январь такое снижение достигло 8%. И как следствие, резко возросло количество наших сограждан, сомневающихся в том, что именно Путин нужен России в качестве президента: за тот же январь — с 28 до 41%.
Однако главная опасность подстерегает Владимира Владимировича совсем с другой стороны. Все за тот же первый месяц нынешнего года число сомневающихся в том, следует ли голосовать 26 марта, увеличилось на 5 — 6%, В результате общая явка избирателей по стране в день выборов прогнозируется сегодня порядка 51 процента. Если учесть полтора-два процента статистической погрешности, вывод очевиден: Путин вплотную подошел к критической черте, за которой никакие рейтинги уже не помогают.
Провал президентских выборов могут обеспечить совместные усилия трех движений: "Яблока", ОВР и СПС. В декабре за них проголосовали в общей сложности 18 миллионов 519 тысяч человек (всего на избирательные участки страны пришли 66 миллионов 667 тысяч). К марту в базу данных Центризбиркома внесены чуть больше 108 миллионов человек. Чтобы выборы были признаны состоявшимися, необходимо участие в них 54 миллионов 36 тысяч 175 избирателей (50% + 1 голос). Простейшая арифметика показывает: неявка тех, кто в декабре голосовал за "меньшевиков", означает гарантированный провал выборов — для признания их состоявшимися Путину не хватит примерно 5 миллионов 900 тысяч голосов.
Не забудем и еще об одном факторе. Если кампания по срыву выборов будет организованной, неявка может оказаться значительно большей: нерешительные всегда склоняются в сторону коллективного протеста. Кроме того, переоценка личности Путина в последнее время становится все более явной — мочить террористов, когда они в сортире,удобно, но на практике все оказывается куда сложнее.
Сценарий, по которому выборы — в результате недостаточной явки избирателей — признаются недействительными, не столь уж фантастичен. В этом случае, согласно новому закону, все кандидаты-неудачники теряют право выставить свои кандидатуры на повторные выборы. И Путин теряет право, и Зюганов, и Явлинский, и даже, извините, Жириновский. А как же без Жириновского?
Такие вот у нас с вами возможности. А теперь, как поется в популярной песне из популярного фильма,—
Думайте сами,
Решайте сами-
Иметь или не иметь!
Прямая речь
А чтобы нам с вами легче думалось и решалось — несколько цитат из Владимира Владимировича. Не Маяковского. Так сказать, на десерт.
"Общество не имеет права тюкать человека по башке до гробовой доски".
"Человек, согласитесь, значительно шире и больше своего желудка".

"Россия может подняться с колен и как следует огреть".
"Кто нас обидит, тому в течение трех дней мало не покажется".
"У нас страна огромных возможностей не только для преступников, но и для государства".

Ах как хочется все это прокомментировать! Раздолье-то какое! .. Так и подмывает.
Подождем, однако. Владимир Владимирович еще только-только разогревается, только-только во вкус входит.
Еще не вечер.

Материал подготовлен при содействии PR-Центра под руководством
М. Дейча.

Кастрированная демократия

Борис Немцов: «Мы уже изучили президента»


Фракция "Союза правых сил" замечательно разместилась: на втором этаже "старого" здания Думы, как раз рядом с кассой.

— Хорошо устроились, — сказал я лидеру СПС Борису Немцову. — В непосредственной близости к главному, так сказать, стимулу.
— Ну, до кассы может дойти даже депутат, сидящий на последнем этаже нового здания.
— Но вам-то ближе, чем другим. И загар вот у вас хорош. Где отдыхали?
— В Сочи.
— Что это вас всех в Сочи потянуло?
— Подоплека вашего вопроса прозрачная. Но в моем случае ответ прост. Я родился в Сочи. Езжу туда каждый год, отдыхаю всегда в одном и том же месте — в санатории "Роща".
— Ну и как вам нынешний отпускной август?
— У меня отпуска не получилось. Когда случилась катастрофа с "Курском", я вернулся в Москву.
— Ну что ж: этой трагической темы нам все равно не избежать.
Не кажется ли вам, что реакция общества на трагедию с "Курском" была все-таки несколько чрезмерной? В конце концов экипаж подводной лодки состоит из военных. Рисковать жизнью — их профессия. Даже в мирное время. Почему-то никто не объявил траур после взрыва на Пушкинской площади, хотя то, что там произошло, не менее трагично.

— Трагедия "Курска" длилась не одну минуту, не один час, не один день. Это пролонгированная во времени трагедия. И все это время весь народ за ней наблюдал. Психологически и эмоционально это действует на каждого из нас гораздо сильнее, чем одномоментный взрыв с десятками, даже сотнями жертв. Вот взрыв "Конкорда". Страшная трагедия, ведь все пассажиры и экипаж погибли. Но они погибли в одну секунду: взрыв — и все. А здесь погибали, по всей видимости, очень долго.
— Хотя слова "по всей видимости" присутствуют, ваш тон вполне уверенный. Почему вы думаете, что экипаж умирал долго? Вот ведь и глава правительственной комиссии Клебанов на этой неделе заявил: экипаж "Курска" погиб в первые же мгновения катастрофы.
— Я исхожу из официальных данных. О том, что в воскресенье и понедельник, то есть 13 и 14 августа, команда подавала сигнал «SOS». Это официальная информация адмирала Куроедова. То же самое утверждала и пресс-служба ВМФ. Сегодня ту свою первоначальную информацию они не опровергли. Они не сказали: мы лгали. Они не сказали: мы вас обманывали, никаких сигналов и "гидроакустической связи" не было.
Первое, с чего мы должны начать новую сессию Думы, — с создания парламентской комиссии. Конечно, специалистов по подобным катастрофам среди депутатов мало...
— Чем же в таком случае она будет заниматься?
— Она должна ответить на три ключевых вопроса, которые продолжают будоражить общество, несмотря на то что, казалось бы, все уже сказано. Первый вопрос: каковы реальные причины катастрофы? Второй: все ли сделала власть, в том числе и военная, для спасения людей? И третий вопрос, более глобальный: каково состояние армии и Военно-морского флота и что можно сделать для того, чтобы это состояние исправить? Ответы на эти вопросы должны быть публичными.
— Следовательно, эта предполагаемая комиссия будет работать в открытом режиме?
— Все парламентские комиссии, созданные с начала существования Государственной Думы, были открытыми.
— Обстановка меняется...
— Об этом я слышал. Думаю, вряд ли кто-нибудь из депутатов будет настаивать на закрытом режиме. Это специальное положение регламента, его нужно менять, за это мало кто проголосует. Иначе парламентская комиссия ничем не будет отличаться от правительственной.
— Правительственная комиссия напрямую зависела от президента.
— Тем более. Путин ведь тоже должен быть заинтересован в работе беспристрастной комиссии, потому что для него, по-моему, очень важны ответы на вопросы: кто виноват и кого наказывать? И должен ли он наказывать себя?
— А должен?
— Я прочитал стенограмму его встречи с близкими погибших...
— Вы уверены, что это неправленая стенограмма?
— Я думаю, что это честная стенограмма. Я, конечно, не специалист по идентификации речи, но мы уже изучили президента, его манеру говорить. Я считаю, что говорил Путин. Из его слов становится очевидно, что он был в очень сложном эмоциональном и психологическом состоянии. Но именно потому его слова так важны: они не отредактированы, не отретушированы, не продиктованы имиджмейкерами. Из них явствует, что он не знает до конца, кто виноват, свою зону ответственности он до конца тоже не определил.
— Когда произошла катастрофа, вы говорили о том, как, на ваш взгляд, должен был повести себя президент в этой ситуации...
— Я сказал, что аморально находиться в отпуске на пляже, когда твои подчиненные (а Путин — Верховный главнокомандующий) терпят бедствие. В этой ситуации президент просто обязан прервать отпуск. При этом я не советовал ему ехать в Видяево, на "Петр Великий", или стать водолазом. Однако я не могу себе представить, чтобы президент США, канцлер Германии, премьер-министр Великобритании в подобном случае не прервали бы отпуск. По-человечески — не по политическим, технологическим или административным мотивам, а по-человечески — это было бы правильно.
— Ну и какой толк от вашего заявления?
— Кажется, какой-то толк все-таки был. Вечером того дня, когда я выступил, Путин прервал свой отпуск. Хотя и не исключаю, что это было простым совпадением.
— Стало быть, в конечном итоге реакцию президента на трагедию с "Курском" вы считаете вполне приемлемой?
— У меня остается пища для сомнений. В частности, на встрече с родственниками экипажа Путин сказал о том, что власть сразу отреагировала на предложение Запада о помощи. Что значит — отреагировала? Согласилась? Давайте вспомним. 14 августа Сергей Иванов — секретарь Совета безопасности и очень близкий Путину человек — публично сообщил, что он отверг помощь Соединенных Штатов. Во вторник я сказал "Эху Москвы": если Иванов отказывается от помощи, то он лично несет ответственность за каждого человека, находящегося на "Курске". В среду я заявил еще раз: отказ от помощи означает принятие на себя всей полноты ответственности за судьбу лодки и экипажа.
Резонанс вызвало только слово "аморально". Одно слово. Конечно, политическая характеристика обычно чужда таких категорий, как мораль или нравственность. Однако в той ситуации Путин должен был показать, что он человек, а не функция.
— Но есть же категория целесообразности. Президент сказал тогда: дескать, зачем мне туда ехать, высокопоставленных чиновников там и без меня хватает. Вполне здравая мысль, вы не находите?
— А один подводник сказал тогда же: я думал, что у нас президент — Верховный главнокомандующий, а он у нас, оказывается, высокопоставленный чиновник. Я с этим подводником полностью согласен. Формально президент — всего лишь чиновник. Но это лишь формальность. Мы же все прекрасно понимаем, что это не так. Что всенародно избранный президент не может быть всего лишь высокопоставленным чиновником. Тот факт, что Путин сам себя идентифицирует подобным образом, на мой взгляд, является рудиментом его прошлой профессии. Он был чиновником, когда работал в спецслужбах. А сейчас он не чиновник. Или не только чиновник и не столько чиновник. Я удивляюсь, что он этого до конца не осознаёт. Но, думаю, осознает.
— Скоро осознает?
— Скоро.
— Ну-ну. А то, может, с этим-то рудиментом ему легче будет найти виновных? Вы же сами говорите, что это необходимо. Кстати: зачем? Почему нам всегда нужно обязательно найти виновного? Или виновных?
— Я могу сказать, почему. В стране страшная расхлябанность, бесхозяйственность и безответственность. К сожалению, одни только душеспасительные беседы не всегда помогают. Если президент не в состоянии принимать серьезные решения, в том числе и кадровые, страна обречена на раздолбанное развитие. Или вообще на застой. Я знаю, что Путин не хочет быть похожим на Ельцина, не хочет выгонять всех без разбора. За это я его уважаю. Но если после "Курска" никто не будет наказан, подобные трагедии будут повторяться.
— Известный генералиссимус сказал, что кадры решают все. И успешно с этой проблемой кадров справлялся. Тоже, кстати, известным способом.
— Я не призываю Путина к расправам. Да он и не Сталин, слава богу. И не думаю, что он способен на какие-то репрессии в отношении военных. Он по-другому воспитан, он сам из той среды.
— Власть меняет человека. У президента она — практически неограниченная. Может быть, именно поэтому с его приходом в Кремль начались разговоры о возможной диктатуре. Не считаете ли вы, что основания для подобных мнений — вполне резонны?
— Я считаю, что история дважды не повторяется.
— Она повторяется. Один раз как трагедия, а второй раз как катастрофа.
— Как фарс.
— Нет. Как катастрофа.
— Пусть так. Я думаю, что опасность узурпации власти есть. Другое дело, что в этом случае у нее не будет того облика, который был при Сталине или даже при Брежневе. Она будет вполне современной, модернизированной. С легкой руки "кремлеведов" или "кремлесидельцев" был даже введен новый термин — управляемая демократия. По-моему, я теперь начал понимать, что он означает.
— И что же?
— Управляемая демократия — это государственный контроль (включая национализацию) за электронными средствами массовой информации. Не за "Московским комсомольцем" (его очередь придет позже), а прежде всего за телевидением. По-моему, в Кремле полагают (это мнение воспитано в том числе и политтехнологами), что манипулирование общественным мнением, воздействие на политическую ситуацию, воздействие на предвыборный процесс в гигантской степени зависит от картинки в телеящике. И в гораздо меньшей степени зависит от печатных СМИ. И, дабы не превращаться в Северную Корею или Кубу, было решено слегка кастрировать демократию, назвав ее управляемой. Поэтому все действия в отношении центральных каналов в общем укладываются в некую схему и, на мой взгляд, к великому сожалению, являются приоритетом в деятельности Кремля. Мне казалось, что главным должно быть решение экономических и социальных проблем страны, проблем Северного Кавказа, проблем бедности, образования, армии. Но, судя по той информации, которой я располагаю, львиная доля внимания и сил тратится на корректировку виртуальной реальности.
— А какой информацией вы располагаете?
— Конфиденциальной.
— Нельзя ли эту конфиденциальную информацию сделать менее конфиденциальной?
— Нельзя. Извините.
— Какова, по-вашему, доля истины в последнем заявлении Березовского о требовании некоего важного чиновника президентской администрации передать акции государству и об угрозах в его адрес (если олигарх откажется это сделать)?
— Я думаю, он сказал правду. Очень похоже на их стиль. Посмотрите, как они себя вели по отношению к Гусинскому. Давайте оставим в стороне наше личное отношение к Березовскому и Гусинскому. Но в том и другом случае — одинаковый почерк власти. Почерк рэкетиров. Против Гусинского возбудили уголовное дело по смешному поводу. Потом, когда ситуация вроде бы изменилась, дело тут же закрыли. Причем — "за отсутствием состава преступления", формулировка тут очень важна. Именно так действуют вымогатели. Они как бы говорят: отдай нам это, тогда мы не будем делать это.
— Исполнителем воли рэкетиров была Генеральная прокуратура...
— Я бы не сказал, что она такая уж самостоятельная политическая организация.
— Она вообще не должна быть политической организацией. По словам президента, наша Генпрокуратура подчиняется только Закону.
— Вы, наверное, не ожидаете от меня это услышать, но, по-моему, Генеральная прокуратура просто стала жертвой всех этих гнусных историй.
— После ваших слов жалко стало прокуроров. В особенности — генеральных. Прямо слеза прошибла.
— Дело не в жалости, а в существе. Я думаю, что без политического решения уголовное дело по Гусинскому никто не возбуждал и никто не закрывал. Как бы я ни относился к Борису Абрамовичу, я считаю, что он попал в точку. Он обозначил важнейшую проблему нынешней России. Будет в России свобода, в том числе и свобода печати, или ее не будет? Если ее не будет, то у России просто нет перспектив. Знаете, кто-то сказал о нас: с тех пор как власти разрешили себя критиковать, в магазинах появилась колбаса. Хорошо сказано. Сейчас, к сожалению, возможен обратный процесс. Власти кажется, что, как только она восстановит контроль над СМИ, начнется возрождение великой России. На самом деле ничего не начнется. Они не понимают, что все пойдет по нарастающей. То же самое — "держать и не пущать" — будут делать региональные начальники, деревенские старосты. Будут расти коррупция, злоупотребления, бюрократия...
— Согласен: они не понимают. Вот вы бы и объяснили.
— Постоянно этим занимаюсь. Да и мы с вами сейчас делаем то же.
— Вам не кажется, что народу, на мнение которого мы так любим ссылаться, на самом деле глубоко безразлично — будет ли у нас свобода СМИ?
— Если поставить вопрос именно так — да, безразлично. Но давайте поставим его чуть-чуть иначе. Давайте спросим: считаете ли вы важным, что на телевидении и в газетах критикуют власть — местную, региональную, федеральную? Согласились ли бы вы с тем, что со следующего года критиковать власть будет запрещено? Как только я ставлю такой вопрос - причем в любой аудитории и в любом регионе страны, — ответ один: если мы не будем их критиковать, так они вообще все разворуют и разграбят. Такова реакция почти ста процентов людей. Потому что какие-то слова и понятия для них — как бы абстракция. Подумаешь, какой-то там плюрализм отбирают! Да еще у ненавистного олигарха. Почему мы должны его защищать? Да хрен бы с ними — и с плюрализмом, и с олигархами! Но как только поставить вопрос по-другому, ближе, настроение людей резко меняется.
— Убедительно. Однако вернемся в Думу. Министр печати Лесин предложил засекретить обсуждение депутатами финансирования СМИ. Как прикажете это понимать?
— Как полный абсурд. Вряд ли это пройдет. Более того; мы будем требовать полной гласности обсуждения и военных статей бюджета. Подавляющее большинство этих статей не является государственной тайной. Скажем, жалованье военнослужащих, это что — тайна?
— Разве может быть что-то связанное с армией — и не секретное?
— Ценю вашу иронию. Может. Численность вооруженных сил — открытая статья. Заработная плата, от рядового до маршала, — то же самое. Распределение финансирования по родам войск — открытая статья. Закрытых статей единицы. Туг, конечно, есть проблема: с одной стороны, мы должны защищать наши национальные интересы, а с другой — иметь в виду, что любая закрытая статья — это коррупция и воровство. Этот баланс — между соблюдением тайны и открытостью, честностью - проблема для всего мира.
— СПС считал своим приоритетом отмену депутатской неприкосновенности. С этим вы, между прочим, шли на выборы. И что?
— Докладываю. За этот проект шла упорная борьба на всех фронтах. Четыре месяца его мурыжил Комитет по государственному строительству, который возглавляет Анатолий Иванович Лукьянов. Без комментариев.
— Почему же без комментариев?
— Короче говоря, проекту не давали хода. Даже внутри комитета. Но перед самым закрытием сессии.произошло чудо. Комитет по государственному строительству, который ведет проект об отмене депутатской неприкосновенности, единогласно за него проголосовал. Теперь он включен в план работы осенней сессии в качестве первоочередного, наряду с Земельным кодексом. Не исключено, что дело столь успешно сдвинулось с мертвой точки потому, что наш проект поддержал президент. А то Анатолий Иванович так бы до сих пор его и мурыжил. Я имею в виду проект.
— Отмена неприкосновенности может сыграть с депутатами злую шутку. Они ведь будут как все, их можно будет задержать, доставить в отделение, обыскать, найти у них... ну не совсем разрешенное... А там и — уголовное дело со всеми вытекающими последствиями. Словом, вы, вероятно, слышали, как это бывает. Не слишком ли крутую меру вы задумали?
— Ну депутат все-таки не будет до такой степени беззащитен.
— Слава богу, а то я уж разволновался.
— Не волнуйтесь понапрасну. Собственно, мы ведь предлагаем самую малость: в отношении депутатов могут быть возбуждены уголовные дела и проводиться следственные действия. Но чтобы депутата посадить за решетку, нужно согласие парламента.
— Что же, в таком случае, вы меняете? И сейчас без согласия Думы депутата нельзя посадить, будь он хоть трижды преступник. И с вашим нововведением — опять нельзя.
— Сейчас невозможно даже уголовное дело возбудить, невозможно производить следственные действия — пока нет согласия Думы. Мы говорим: можно возбуждать уголовное дело, можно проводить следственные действия, можно предъявлять обвинения и можно судить. Согласие Думы нужно будет только в том случае, если суд примет решение: скажем, посадить депутата на пять лет в колонию строгого режима.
Конечно, с моими коллегами нельзя будет поступить так же, как, скажем, с Гусинским: возбудить уголовное дело по совершенно нелепому поводу, и тут же в Бутырку.
— Стало быть, с рядовым гражданином, да хоть бы и с олигархом, но не омандаченным, так поступить можно, а с вашим братом-депутатом — нельзя. Хорошенькое дело! Может, было бы лучше, чтобы Закон был один для всех?
Согласен. Было бы лучше.

Марк Дейч

Возвращение на Итаку

..Но нас не помчат паруса на Итаку.
В наш век на Итаку
Везут по этапу.
Везут Одиссея в телячьем вагоне,
Где только и счастья, что нету погони.
Александр Галич


Его военная и послевоенная судьба - настоящая одиссея.
Он дважды был в плену: у немцев и у своих.
Сейчас ему 80 лет. Он высок, подтянут и строен. На старика не похож.
300 лет его предки верой и правдой служили России. Одного из них, механика, Петр I пригласил в Россию — наладить мукомольное дело. Тот наладил и остался в России: принял православие и женился на русской.
Потомок того петровского механика-мукомола живет в Москве с 1922 года. В списках награжденных медалью "К 850-летию Москвы" его не оказалось.
Начал и закончил войну рядовым. (Опять по Галичу: "Я был рядовой и умру рядовым...") Награжден почти двумя десятками орденов и медалей.
Своих наград он не носит.

• • •
Борис Витман начал войну на румынской границе.
Его призвали в 1939 году, с первого курса архитектурного института. Тогда, в 39-м, в армию начали забирать студентов. Зачем? Мнение Бориса Витмана на сей счет совершенно однозначное:
— Осенью 1940 года советские войска концентрировались на западной границе — согласно "Оперативному плану ОП-40". К лету следующего года в приграничных районах был собран мощный кулак: 303 дивизии, 38 тысяч танков, 22 тысячи боевых самолетов, 106 тысяч орудий и минометов. Сравните: к тому времени Германия на своих восточных рубежах имела 181 дивизию, 3 тысячи танков и 5 тысяч самолетов. По сравнению с планом "Барбаросса" наш "ОП-40" был куда как грандиозней!
Я хорошо помню, как это было. В конце 1940 года наша часть находилась на Западной Украине. Каждый день в район Львова приходили эшелоны с военной техникой и боеприпасами. В начале 41-го нас перебросили к границе с Румынией. Там уже находилось огромное количество наших войск. И так же ежедневно приходили новые подразделения. 1 мая советские войска занимали исходные позиции и были в полной боевой готовности. Я был командиром отделения в артиллерийском дивизионе и получил ориентиры для стрельбы по целям на румынской стороне — в направлении Плоешти, где находилась главная база снабжения Вермахта.

В первые дни войны Борис Витман был ранен. Однако осенью 41-го — уже в строю, в полковой разведке: с раннего детства он изучал немецкий, говорил и писал как немец. А весной 1942 года Витман оказался в "харьковском котле".
— Об этой нашей наступательной операции до сих пор почти никто ничего не знает. Называлась она — "Операция по полному и окончательному освобождению Советской Украины от немецко-фашистских захватчиков". О масштабах катастрофы стало известно лишь после войны, и то - лишь частично. Провал операции признавался, однако сначала называлась цифра наших потерь — 60 тысяч человек, несколько лет спустя — 240 тысяч. В действительности все было страшнее.
Я участвовал в этом бездарном наступлении, был ранен и оказался в колонне пленных, которая растянулась на несколько десятков километров. Нас, пленных, было более 600 тысяч( Общая же цифра наших потерь в "харьковском котле" — более миллиона человек. Вырваться удалось не многим.

Из плена Витман бежал несколько раз. Его ловили, он бежал опять. Знание немецкого иногда спасало, иногда приходилось его скрывать. Во время одного из побегов ему удалось наладить связь с подпольем.
Потом — очередная облава и концлагерь "Кремерплатц" в Эссене.
Эссен — центр гитлеровской военной промышленности. Здесь располагались заводы "пушечного короля" Круппа.
— Отсюда, с заводов Круппа, на Восточный фронт шел непрерывный поток оружия. Танки, пушки, самолеты, мины, снаряды... Даже железные кресты всех степеней и солдатские пряжки с надписью "Gott mit Uns" ("С нами Бог") штамповались из той же крупповской стали. Авиация союзников уже не раз сбрасывала бомбы на жилые кварталы города и лагеря иностранных рабочих, но заводы пока оставались нетронутыми и продолжали работать на полную мощность.
В январе 1943 года американские "летающие крепости" вновь сбросили бомбы на Эссен. Но на сей раз империя Круппа прекратила свое существование. Предупрежденная заранее о налете группа Сопротивления, в которую входил Витман, сумела отключить считавшуюся абсолютно надежной противопожарную систему заводов.
— Ничему живому в этом аду не оставалось места. Все кругом было охвачено пламенем. Нестерпимый жар и дым затрудняли дыхание, у людей изо рта и ушей текла кровь. Над морем огня, бушующим на земле, в вышине вдруг появилось пламя. Казалось, теперь вспыхнуло само небо. Огненное покрывало из горящего голубым пламенем жидкого фосфора устремилось вниз, чтобы слиться с огнем на земле. Это было уже за пределами того, что может ощутить и вынести нормальный человек, а потому дальше воспринималось уже как что-то потустороннее, апокалиптическое. Теперь можно было сказать: "Я видел конец света".
Из группы Сопротивления ту ночь не пережил почти никто. Борис Витман уцелел. С документами на имя Вальдемара Витвера его переправили в Вену.
К концу 1944 года венским Сопротивлением руководил майор генерального штаба вермахта Карл Сцоколль. В послевоенной Европе это имя стало легендой. У нас он по-прежнему не известен. В группу Сцоколля входил и Борис Витман.
Советское военное командование намеревалось брать Вену "в лоб", штурмом. Гитлера это вполне устраивало: столица Австрии была превращена в крепость, на взятие которой ушло бы много времени и сил. На помощь Вене спешила знаменитая танковая армия генерала СС Дитриха. Длительный штурм мог стоить десятков тысяч жизней, один из красивейших городов мира был бы полностью разрушен...
— Сцоколль командовал стоявшими под Веной австрийскими частями, входившими в резервную армию вермахта. По плану Сцоколля, австрийцы должны были пропустить части Красной Армии по единственному уцелевшему в городе мосту. Немецкую карту обороны Вены Скоцолль переправил в штаб 3-го Украинского фронта генералу Желтову и маршалу Толбухину.
План удался: нашим войскам не пришлось вести в Вене кровопролитные уличные бои — такие, как в Берлине или Будапеште.

В спасении Вены — немалая заслуга Бориса Витмана.
А потом наступило время для наград.
Как только Витман, еще находясь в Вене, закончил свой обстоятельный отчет о "проделанной работе", он был немедленно арестован СМЕРШем. Та же участь постигла и Сцоколля. Обоих доставили в штаб фронта.
Витман полагал; для проверки его отчета необходимо время. Но во фронтовой газете он прочел статью о том, что за "операцию по подготовке освобождения Вены" награждены начальник СМЕРШа генерал Абакумов и его ближайшее окружение.
Сцоколлю удалось бежать. Витмана бросили в подвал, к смертникам.
— Я оказался нежелательным свидетелем событий, искажение или замалчивание которых — на совести чекистов и части представителей высокого армейского начальства. Больше всего я мешал им как участник операции по освобождению Вены, ставший свидетелем фальсификации связанных с этим событий. Тем более что Абакумову, тогдашнему начальнику СМЕРШа, не удалось устранить основных свидетелей с австрийской стороны: некоторые из них, в том числе Карл Сцоколль, остались живы.
С советской стороны в живых оставался только один свидетель — Борис Витман. Его участь была предрешена, и он это понимал. Ненадолго его оставили в покое и даже на свободе, отправив за Урал "на вольное поселение". Но награда все-таки нашла своего героя. В 1947 году министр Государственной Безопасности СССР генерал-полковник Абакумов лично подписал постановление на арест Бориса Витмана.
В телячьем вагоне его отправили в норильский лагерь. Срок — 10 лет.
В 53-м, после смерти Сталина, ему предложили написать просьбу о помиловании. Он отказался.
В 55-м его все-таки освободили. Помиловали, хотя он об этом и не просил.
Но без присмотра его с тех пор не оставляли никогда. В 91-м году, в разгар перестройки, шеф КГБ Крючков посылал к Витману своих сотрудников для "профилактических бесед".
Некоторые ветераны его недолюбливают. Чересчур независим, слишком интеллигентен. Вдобавок — еще и академик (и вправду: действительный член Международной академии информатизации). В прошлом — прекрасный спортсмен (боксер и, как теперь называется, "знаток восточных единоборств"), художник, шахматист, "ворошиловский стрелок", знаток лошадей и автомобилей. Одним словом — шпион. Ей-богу: настоящий шпион.
Литературным даром тоже не обделен. Его книга, вышедшая крошечным тиражом (ведомство тов. Крючкова расстаралось), называлась "Шпион, которому изменила Родина".
Военных наград Борис Витман не носит. Почему?
— Главная награда Родины — 10 лет лагерей. Куда ее надеть? И как носить?

Марк Дейч.

Полицаи и подлецы

Коммунисты в своем амплуа

Оно конечно: праздник.
Не знаю, как он теперь называется, а водки по любому поводу выпить можно.
Но все равно: красные полотнища мерещатся, муляжи ракет на Красной площади и списочные колонны трудящихся, победивших в социалистическом соревновании. Эти картинки Босха еще долго будут нас преследовать. А слух и вовсе подводит: хочешь "Яблочко" спеть, а получается — "Союз нерушимый...".
• • •
В Париже Владимир Путин отправился на кладбище, где похоронены русские эмигранты. И дело не в том, что российский президент остановился у памятника "белой гвардии" — по поводу братоубийственной войны нынче многие проливают слезы. И первые среди слезливых — коммунисты, которые эту самую войну развязали. А в том, что Путин целенаправленно поклонился могилам Бунина и Галича — двух самых талантливых писателей-диссидентов советской эпохи. Причем к могиле Галича президент свернул внезапно, в заранее утвержденном маршруте по кладбищу последнее пристанище замечательного поэта явно не значилось. Тем ценнее это искреннее движение души.
Ни гневом, ни порицаньем
Давно уж мы не бряцаем.
Здороваемся с подлецами,
Раскланиваемся с полицаем...
(Александр Галич)
Подлецы и полицаи нас давно к этому призывают. Дескать, не надо ни порицать, ни гневаться. Дескать, мы все — один народ, одна семья. Ну за исключением некоторых отщепенцев... До Галича дело еще не дошло - этот отщепенец слишком близок к нам по времени, — но Бунина полицаи и подлецы уже давно в число своих друзей записали. Гордятся нобелевским лауреатом, "великим сыном русского народа". Забыв, что Бунин умер на чужбине и в нищете по их вине. Что их, большевиков-коммунистов, писатель на дух не переносил. Про "Окаянные дни" они тоже забыли. Во всяком случае, делают вид. О своем окаянстве эти товарищи вспоминать не любят.
• • •
Недавно член коммунистической фракции Думы тов. Василий Иванович Шандыбин (его еще почему-то называют "рабочим депутатом") разоткровенничался. Поведал нам, электорату, что его супруга как только завидит мужа, то есть Василия Ивановича, по телевизору, так сразу слезами заливается.
Понимаю. Душераздирающее зрелище. Никаких слез не хватит.
На 1 Съезде народных депутатов СССР тоже был такой избранник, таксист из Харькова, Сухов. Своего рода символ. Абсолютно дремучий человек. Но тот, в отличие от Шандыбина, хоть невежеством своим не гордился, напоказ его не выставлял.
А Василий Иванович со своей воинствующей дремучестью — тоже символ. Нынешнего новейшего времени. Про такого раньше говорили — "простой советский человек". А простота — она хуже воровства.
• • •
Обидно бывает, когда умного и талантливого человека донимает эта простота, и он пытается что-то объяснить, до чего-то достучаться.
К подлецам и полицаям не достучишься.
Тут вот "Советская Россия", почему-то именующая себя "народной газетой", решила поквитаться с замечательным писателем, фронтовиком Виктором Петровичем Астафьевым. Почему "поквитаться"? Есть тут своя предыстория, к которой причастен ваш покорный слуга.
Во второй половине 80-х в московском самиздате появилась переписка историка Эйдельмана с писателем Астафьевым. По нынешним временам ничего особенного в ней не было — историк пенял писателю на некоторую толику великорусского национализма, а писатель историку — на еврейскую озлобленность. Но тогда это была "бомба", которую я передал в западные СМИ.
Разразился скандал. Полагаю, что Эйдельман в какой-то мере на него рассчитывал — однако вовсе не для того, чтобы привлечь к себе внимание (хотя не исключаю, что этот мотив тоже присутствовал). Симптомы ксенофобии, которые были очевидны и при советской власти, в период заката империи отчетливо обозначились в виде шовинизма и антиинородчества. Запахло погромами.
"Патриотическая братия" подняла тогда Астафьева на щит. К чести Виктора Петровича, он быстро понял, что к чему, и громко объявил о своем разрыве с лагерем Проханова — Белова. "Братия" сделала еще один шаг — теперь уже к ненависти. Ну мы это знаем: "Кто не с нами..." и так далее. С тех пор "патриоты" постоянно травят немолодого и не слишком здорового писателя. На днях "Совраска" опубликовала очередную порцию своего... как бы это помягче выразиться... варева под названием "Откровенное объяснение с писателем В.П.Астафьевым". "Откровенность" состоит из двух частей.
• • •
Часть первая — от имени некоего "беспартийного патриота-большевика". Это он сам так себя именует. Уже смешно.
Поначалу сей "беспартийный большевик" рассказывает о своей родословной. О том, как его отца раскулачили, но он, отец, тем не менее в колхоз не пошел, а до конца жизни жил хоть и в деревне, но сам по себе. Единоличником, стало быть. И советская власть его не преследовала, "ибо он ей не вредил".
Чтобы раскулаченного — да не загнали в колхоз? Сомнительно. Разве что папа чем-то сильно угодил этой власти. Вот только чем?
Далее сын этого папы, "беспартийный патриот", утомительно подробно пишет о том, как хорошо жилось ему при коммунистах. И трехкомнатную благоустроенную квартиру ему дали, и "Жигули" он купил, и на сберкнижке было у него накоплено двадцать тысяч рублей.
Двадцать тысяч — это по тем временам еще четыре "жигуля". Неплохо зарабатывал сын раскулаченного. При этом в анкетах небось никогда правду не писал: дескать, папу моего во время коллективизации того. Прищучили. А тот так и остался единоличником.
Или, может, еще один Павлик Морозов? Неубиенный?
Любопытно, что сей "беспартийный патриот" ни словом не упоминает о том, где же это он зарабатывал свои немалые денежки. В каком таком Эльдорадо. Зато Астафьева сильно попрекает. Мол, только благодаря советской власти стал Виктор Петрович писателем. А то был бы пастухом, свинарем или вовсе безработным.
Еще один Сухов. Или Шандыбин. Этим невдомек, что писателями рождаются. Это большевиками становятся. Хоть партийными, хоть бес.
• • •
Часть вторая — от имени "депутата горсовета". Какого горсовета, неизвестно, да и не важно это. А важно, что тут уже некая идеологическая подоплека присутствует. Уже в самом начале своего послания "депутат" заявляет, что Астафьева он не знает, произведений его не читал и читать не будет.
Что-то подобное мы уже слышали. "Антисоветских пасквилей Солженицына я не читал, но..."
Это бы еще ладно. "Люди моего поколения, — пишет далее "депутат", — не видели ни ГУЛАГа, ни Сталина с Берией. Это для нас история, а для наших детей — древняя история".
Ну зачем же вы так, товарищ "депутат"? Видеть необязательно.
Я маленькая девочка,
Танцую и пою.
Я Сталина не видела,
Но я его люблю.
Вот и вся недолга.
Ну и все прочее — в том же ключе. Советском. Дескать, клевещет Астафьев на советскую власть. А почему клевещет? А вот почему (внимание, граждане!):
"Астафьев не понял, что его используют. Он стал шабесгоем — прислужником жидов - врагов России. Недавно в Москве собрались писатели, представители ПЕН-клуба. Среди четырех писателей от России русским был один Астафьев".
Не завидуйте, товарищ "депутат". Ну что поделаешь: евреи — талантливый народ. И русские — талантливый народ. И узбеки. Неталантливых народов нет. А вот бездарных людей — сколько угодно. Антисемитизм — он как раз от бездарности. Это еще русский философ Николай Бердяев заметил. Талантливый, между прочим.
У Астафьева, заявляет "депутат", "аберрация зрения".
Надо же, слово какое знает: "аберрация". А со зрением у Астафьева действительно не очень. С войны, после контузии. Но аберрация скорее у этих товарищей, "беспартийного иди... извините, патриота-большевика" с "депутатом". Аберрация совести. Впрочем, совесть для них — понятие чрезмерное. Подлец он и есть подлец.
• • •
Чем же так прогневал замечательный писатель Виктор Астафьев редакцию "Совраски" и ее читателей? Обратимся за разъяснениями к самому Виктору Петровичу. Своим "оппонентам" он ответил так: "Мы с вами жили, вероятно, в разных странах и на разных землях. Я с семьею жил очень плохо, схоронил двух дочерей, одна из которых умерла с голоду, вторая от "хорошей" жизни получила еще в детстве болезнь сердца и умерла в 39 лет. Досрочно окончили свои дни все многочисленные родные моей жены и мои, кроме того, закопано в землю, измучено в лагерях смерти 12 миллионов человек, которые возводили гиганты нашей индустрии и создавали вашу хорошую жизнь. Вероятно, от хорошей жизни разбежались крестьяне из сел и опустела деревенская Россия, вероятно, от хорошей жизни торчал наш народ в очередях за всем, что составляет суть жизни человека, — за хлебом, за селедкой, за сахаром, уж о масле и колбасе — это и стоять не надо было, это просто отсутствовало наяву и виделось во сне нашим трудящимся, 87 процентов дохода которых присваивало государство и кормило партию свою, элитную часть общества, да сорило деньгами и добром на содержание так называемых друзей наших.
Ничего удивительного в том нет, что мы жили с вами в разных странах, я еще и воевал в другой армии, очень далекой от той героически-хвастливой, всех и все побеждающей, правда, при соотношении потерь 1:10, ну да кому это интересно знать.
А еще я знаю, что у нашего народа была всегда короткая память или отсутствие ее вовсе. Вы — рядовые представители этого беспамятного и неблагодарного народа, а неблагодарность есть тягчайший грех перед Богом, о чем вы забыли или никогда не знали".
Вчитайтесь еще раз, граждане, в эти строки. Они сейчас очень уместны — как раз накануне "красного дня календаря" и очередных коммунистических призывов: под красными знаменами топать к нашему светлому прошлому.

Марк Дейч

Масон ли Путин?

Лозунг дня: соблюдение законов на коммерческую основу.
Террористов, говорит, будем мочить в сортире. Это г-н Путин так высказался. Нелицеприятно.
С тех пор у сортира постоянно дежурит засада. Однако без толку. Террористы почему-то туда не ходят. То ли о засаде прослышали, то ли предпочитают опорожняться на свежем воздухе.
А война между тем продолжается. Вдали, как вы понимаете, от сортиров.
Оно нам нужно? Эта война?
Нужно, нужно. Особенно поначалу. "Малой кровью" и "на чужой территории". К тому же на войну все что угодно спишется. И наш агрессивный патриотизм, и бардак в экономике. Ну как же: война!..
Правда, в скором времени, как и предсказывалось, стала повторяться недавняя история: с Кавказа пошли гробы. Тут мы призадумываться стали. Дескать, не пора ли завязывать? И сколько еще за ради наших патриотических чувств молодых ребят положить нужно?
Тем более что ситуация вырисовывается странная. Так называемые "боевики" вроде бы повсеместно окружены, и ухлопывают их ежедневно чуть ли не сотнями, а война — продолжается. А самое главное — командиры этих самых "боевиков" живы, здоровы и в ус не дуют. Вовсю раздают интервью и вообще, судя по всему, чувствуют себя вполне комфортно.
В чем же дело-то, а?
А ведь был вполне приемлемый выход из этого тупика. Изначально бью. Помнится, в самом начале своего премьерства г-н Путин как-то обмолвился, что способы "воздействия" на чеченских террористов обсуждаются с представителями Моссада.
Консультации сотрудников Моссада нам бы пригодились. Они в таких делах достигли весьма реальных успехов. Но самое интересное заключается в том, что мы и сами вполне можем. Когда хотим. Понадобилось нам убрать Джохара Дудаева, и ничего ему не помогло. Ни многочисленная охрана, ни гвардия его имени, ни народные танцы на центральной площади Грозного. Кто нам мешал применить тот же метод в отношении Басаева, Радуева, Хаттаба? После смерти лидера группировка боевиков чаще всего рассыпается: замену очередному "вождю" найти не так-то просто — особенно после демонстрации той участи, которая постигла предшественника. Повторять ее, участь, особенного желания обычно не наблюдается.
Я понимаю: фанатики. Понимаю: упертые люди. Опять же «Аллах акбар!».
И все-таки. Аллах-то он, конечно, акбар, но не до такой степени.
Значит, что получается? Не хотим. А почему?
Война нам выгодна. Настолько, что мы опять не стоим за ценой.
Война выгодна олигархам. Деньги на крови — самые легкие. Их никто не считает: ну как же — война, святое дело...
Она выгодна "патриотам". На пассажах по поводу «единой и неделимой» можно сделать неплохой политический капиталец. Который со временем — те же деньги.
Она выгодна власти. На волне нашего победоносного шествия по Чечне, где вот еще немного, еще чуть-чуть — и мы покончим с «бандформированиями», — на этой волне Путин легко побеждает на президентских выборах.
Гробы будем потом подсчитывать.
Удивительно, как на гребне этой волны легко сходятся, казалось бы, непримиримые политические оппоненты. К примеру, тов. Зюганов вызвал г-на Путина на телевизионную дуэль — подискутировать в открытом телеэфире. А о чем, собственно, дискутировать? Главная проблема сегодняшней России — Кавказская война, а на сей счет точки зрения двух главных претендентов на президентское кресло практически одинаковы.
Конечно, у тов. Зюганова имеются к г-ну Путину, что называется, "острые" вопросы. Например: как собирается Россия прожить год при бюджете 20 миллиардов долларов, если у какой-то там Финляндии годовой бюджет в два с половиной раза больше?
Красивый пас. Потому как ответ-то известен заранее: что же вы, товарищ, — не в курсе дела? Война у нас.
За этим красивым футболом экономические проблемы остаются в стороне. Не до них нам. Безусловно, коммунистическая "программа-минимум" — отнять и поделить — в наше время мало кого устраивает. Но ведь и путинская программа не слишком популярна. Потому как никому не известна. Правда, Владимир Владимирович не уставая провозглашает необходимость усиления роли государства. Вопрос лишь в том, что понимать под этим "усилением". А вот этого опять же никто не знает. Молчит Путин.
Зато хорошо известно, чего ждут от Путина "левые". Свои ожидания они продекларировали по пунктам:
прекращение деятельности коммерческих банков;
отмена коммерческой тайны;
возвращение к исполнению обязанностей генерального прокурора Скуратова;
создание при электронных СМИ общественных наблюдательных советов;
восстановление смертной казни;
отказ от создания профессиональной армии.
Если Путин ничего этого не сделает, значит, он — масон. Так прямо и пишут.
"Правые" тоже полны ожиданий. И тоже как бы не беспочвенных. Во-первых, г-н Путин промямлил что-то такое одобрительное относительно экономической программы СПС. А во-вторых, и.о. президента весьма недвусмысленно высказался относительно все еще любимой многими Советской власти:
"Власть Советов не сделала страну процветающей, общество — динамически развивающимся, человека — свободным".
Действительно: не сделала. Что отнюдь не помешало Партии Поддержки Путина (она же — "Медведь") в случае конъюнктурной необходимости быстренько побрататься с думскими коммунистами. При полном — я уверен — одобрении и поддержке г-на Путина.
Вполне по коммунистически: хорошо то, что нам выгодно.
Забавная история приключилась и с назначением Бородина, бывшего управделами президента, государственным секретарем Союзного государства России и Белоруссии. Знал ли Путин, подписывая это назначение, об ордере на задержание Бородина, выданном швейцарцами? По-моему, знал. Тогда — зачем? А очень просто. По словам Бородина, это он "сделал Кремль", он же "содержит сборную России по футболу"."У меня, — сообщил Бородин, — вообще проблем нет".
Теперь будут. Потому что — как проще всего избавиться от человека, который "сделал Кремль"? Правильно: повысить. Отработанный метод.
Кстати: именно Бородин через "Мабетекс" заказал для бывшего генпрокурора, шалунишки Скуратова, 14 костюмов стоимостью почти в 40 тысяч долларов. Правда, нынешние защитники Скуратова утверждают, что костюмы некачественные и в действительности стоят гораздо дешевле.
Вполне допускаю. Управделами ведь тоже нужно было чего-то заработать.
Генпрокуратура вспомнилась мне не случайно. Буквально на днях г-н Путин подписал постановление, согласно которому наши стражи Закона будут работать теперь не за так. Нет, я не оклад жалованья имею в виду. С ним — все по-прежнему. Не так чтобы очень хорошо, но и не слишком плохо. Но к нему, к этому окладу, работники Генпрокуратуры получили от Путина возможность прибавки.
Суть проста. Ежели кто-нибудь покусится на деньги некоей фирмы, а Генпрокуратура эти деньги сумеет вернуть, то 10 процентов от возвращенного официально осядет у прокурорских.
Соблюдение Закона на коммерческой основе.
Могу себе представить, как рьяно возьмутся за такие небезвыгодные дела прокуроры. Уж они наработают, будьте уверены.
Если в этом и заключается "усиление роли государства", тогда извините.